Можете не сомневаться – к девяти часам она навсегда исчезла из нашего офиса. Да, кстати об увольнениях: сегодня мне предстоит нелегкое утро.
Замечаю, что Брианна уставилась на меня.
– Ах да. Через тридцать один день мы с моей лучшей подругой Джули уедем и проведем три незабываемые недели в Италии. Не могу дождаться. – Почти пробежала свою дневную норму – три мили; должно быть, бомбардирующие мозг эндорфины сделали меня такой разговорчивой.
Брианна смотрит на меня с изумлением, медленно переступая по беговой дорожке.
– Целых три недели? У меня никогда не бывало отпуска длиннее одной. И я никогда не отдыхала за границей. – Улыбается и слегка краснеет. – Если честно, я штат Вашингтон покидала всего раз – когда мы с подружками ездили после выпускного в Лас-Вегас.
В это трудно поверить. Из заявления о приеме на работу я знаю, что Брианна окончила среднюю школу и больше нигде не училась. Значит, она почти семь лет не выбиралась за пределы штата?
– Как, ты не любишь путешествовать? Наверное, ощущаешь себя как в тюрьме, всю жизнь просидев в Сиэтле? – Джули упрекает меня в отсутствии такта, и в чем-то она, наверное, права, потому что Брианна вдруг задирает нос и обжигает меня злобным взглядом.
Во всяком случае, пытается это сделать, потому что через мгновение на ее лице появляется растерянная улыбка. Внезапно чувствую себя бессердечной тварью, из тех, кто мучает маленьких щенков и котят. А я ведь не хотела ее обидеть…
– Я не как в тюрьме, и не говорила, что безвылазно сижу в Сиэтле. Каждое лето мы на неделю уезжаем на Уидби-Айленд, и я часто навещаю бабушку с дедушкой в Спокане. Я даже поднималась на Рейнир.[3] Так что при чем тут тюрьма?!
Брианна отворачивается и начинает возиться с кнопками на беговой дорожке. Вероятно, ее мысли где-то далеко, потому что установленный ею уровень сложности теперь почти соответствует нагрузке при подъеме на Рейнир с трупом. Я молча схожу с тренажера.
В любом случае я ведь ее начальница, а не подружка. Не очень люблю неформальное общение с персоналом. Сначала вы вместе обедаете, потом ведете разговоры за чашкой кофе. Затем узнаете, что про вас распускают сплетни, будто вы поднимаетесь по карьерной лестнице через постель, а дальше подчиненные сказываются больными четыре дня в неделю и ждут понимания, ведь вас связывают дружеские отношения. Я, конечно, не из тех, кто плачет, когда люди, которых я считала друзьями, меня просто используют…
Во всяком случае, такое случалось нечасто. И больше не повторится.
Да и кому нужно множество друзей? Я никогда не буду прежней ловкой тринадцатилетней девочкой.
Накидываю на шею полотенце и отправляюсь в душ. Хорошо, что в здании, где находится наш офис, открыли спортзал – теперь не приходится топать через три квартала, как раньше. Никогда в жизни не занималась спортом. Пока мне не исполнилось тридцать и сила земного тяготения не начала подлое наступление, я спортом вообще не нанималась. Исааку Ньютону жилось проще – приходилось иметь дело лишь с падающими яблоками, а не с обвисшей грудью и задницей. Мне всего тридцать три, и я не желаю выглядеть дамой средних лет.
Даже когда действительно ею стану.
Я понимаю, придется трудиться не покладая рук, чтобы позволить себе любую пластическую операцию, если потребуется, и выполнить личный пенсионный план Кирби Грин. Иначе в ближайшие двадцать лет моя медицинская страховка вряд ли сможет покрыть даже подтяжку бровей. Девушка должна думать о будущем, так ведь?
Входя в душевую кабинку, очень, очень сильно стараюсь не думать о том, верят ли окружающие, что я и в самом деле такая крутая, какой пытаюсь казаться.
Интересно, когда же я наконец смогу убедить в этом себя?
2
Брианна
Ария – произведение для одного голоса
– Бри, где она их держит?
Я отвела взгляд от загадочных иероглифов, которые моя начальница Кирби хотела выдать за рукописный текст. Я пыталась расшифровать нацарапанные как курица лапой каракули, что она представила как проект маркетингового плана на четвертый квартал, но удача от меня отвернулась. Впрочем, уверена, Кирби старалась. Просто у нее полно дел. Пришлось переключить внимание на Джейми, моего коллегу и приятеля по работе.
– Что? Кто, где и что держит?
Тот улыбнулся той самой чарующей улыбкой, которая всегда выручает его в трудных ситуациях и заставляет всех одиноких женщин Сиэтла выпрыгивать из трусиков – по крайней мере так утверждается в бессчетных легендах о нем.
– Где Кирби держит своих летучих обезьян?
Я судорожно оглянулась и бросила взгляд в сторону кабинета Кирби, надеясь, что моя начальница не слышала прозрачного намека Джейми, сравнившего ее со Злой Ведьмой с Запада.[4] Не знаю, подчиняется ли Кирби бухгалтерия, но мне бы не хотелось, чтобы его уволили.
– Тсс! Замолчи! Кирби у себя, и у нее отвратительное настроение. Ты что, хочешь, чтобы она тебя услышала?
– Хочет ли он, чтобы я услышала что? – спросила Кирби, как всегда, вовремя выглядывая из-за перегородки.
Звук ее голоса на мгновение заставил меня зажмуриться. Мама всегда говорила, что я главный миротворец в семье, но даже у меня иногда возникают проблемы с моим новым боссом. Иногда отвергнутое мной предложение о работе секретарем в строительной компании казалось все более привлекательным. Надо было идти туда, так нет, мне ни хотелось чего-то другого…
– … чего-нибудь экзотического, – пробормотала я.
Кирби влетела ко мне. Как обычно, она выглядела так, будто только что сошла со страниц журнала «Вог». Правда, сегодня Кирби была чуть-чуть бледновата. Это была настоящая красавица, похожая на Дженнифер Гарднер,[5] с длинными, шелковистыми темными волосами и неправдоподобно высокими скулами. Все мужчины в офисе пускали слюни, когда она проходила мимо. Что касается меня, я, к сожалению, не вызывала повышенного слюноотделения даже у моего парня. То есть я хотела сказать – жениха. Никак не могу привыкнуть к этому слову, да и к самой мысли о свадьбе.
Начальница между тем пролистала свои записи, которые я пыталась расшифровать.
– Что значит «экзотического»? Кстати, вы беседовали о работе? Или просто обменивались сплетнями? Джеймс, вам разве нечего посчитать? Брианна немного занята, знаете ли.
Джейми высунул язык – прямо над ее склоненной головой – и подмигнул мне:
– Слушаюсь, госпожа вице-президент! Удаляюсь в мир бухгалтерского учета. Увидимся за обедом, Бри.
Кирби небрежно черкнула еще одну фразу в верхней части пятой страницы, подрисовав стрелку к абзацу, в котором говорилось что-то о демонических верблюдах.
