Прицельно глядя на задрожавшую челюсть инспектора, Виктор пытался возродить давно забытое чувство ненависти к этому всплывшему из небытия человеку и всему, что было с ним связано, но не смог. Прошедшие годы сгладили былые переживания, заставив по-другому смотреть на жизнь.
Гаишника передернуло, он скривился как от зубной боли и отвел взгляд. Выражение лица его было такое, будто его сейчас ударят. Как тогда, уже много лет назад...
* * *
Это было в небольшом приморском городе. В тот день Витька Храмов, помнится, рисовал паровоз, старательно заштриховывая его черным карандашом. Получалось не очень, паровоз вышел уродцем с кривыми колесиками. Раздался звонок в дверь и Витька услышал, как мама прошла в прихожую. Глазка в двери не было, да ее никто и не запирал, только на ночь.
- Мам, кто там? - крикнул Витька из детской, но тут он услышал знакомый голос Игореши Вельского:
- А Витя выйдет?
Витька радостно метнулся к дверям.
- Мам, можно? Мам, мы ненадолго?! - с надеждой, заглядывая ей в глаза, спросил Витька.
- Только ненадолго, - строго сказала мать.
Дождавшись её благосклонного кивка, Витька, следом за Игорьком, кинулся вниз, крича «ладно!» в ответ на догоняющее предупреждение матери «осторожней там, через дорогу!».
В лучах солнца, греющих уложенную на лестничных площадках серую плитку, летали частички пыли. При виде ее Витька всегда задерживал дыхание, боясь, что пыль накопится у него в легких, и ее будут оттуда доставать. Воздух в подъезде отдавал прохладой и почему-то свежей зеленью, а на улице был горячий, лишь изредка движимый легким ветерком.
- Ты на велике? - спросил Витька, прыгая через две ступеньки.
- Угу, поедем в парк?
- Сейчас, свой вынесу! - резко затормозив, Витька метнулся обратно, вверх по лестнице.
Добравшись до двери, выслушав еще раз напутствия матери и дав обещание быть самым осторожным и послушным, Витька вытащил на лестницу велосипед и со звоном и грохотом покатил его вниз, где его ждал Игорек.
Они учились вместе в четвертом «а», в их компанию входили еще двое ребят, но с Игорьком Витька дружил крепче. Игорек был парнем хорошим, правда иногда скрытничал, а также любил слегка приврать, но кто этим не грешит? Отличился он по-крупному лишь однажды, в третьем классе, проявив себя полным козлом. Случай тот был давно и всеми был забыт, по крайней мере, никто о нем с тех пор не вспоминал, и Игорька давно уже не дразнили.
Заболевший в тот день учитель с утра не появился, а в школе как-то упустили этот момент, и весь класс, прождав около часа и поддавшись на провокацию доморощенных подстрекателей, решил смыться. Операция по тайному покиданию здания школы прошла блестяще, если бы не один неприятный казус. Игорек добросовестно объявился в параллельном классе на втором уроке и скромно занял пустующее место за одной из парт. Естественно, учитель, увидев незнакомую физиономию, был удивлен и поинтересовался причиной появления оной в его классе. Тут-то все и началось!
С Игорьком никто не разговаривал, наверное, с месяц. А Витька непонятно почему сразу оправдал его в своих глазах, жалел и какое-то время был единственным, кто с ним водился. Потом, как это обычно бывает у детей, все забылось, заговорилось, заигралось. Ничего подобного Игорек больше не совершал, поэтому все ему простили пакость по отношению к классу. Но, как оказалось, это было не последнее его преступление.
- Погнали? - спросил Витька, усаживаясь в удобное кожаное седло новенького, недавно подаренного родителями велосипеда.
Игорек на своем «школьнике» молча набирал скорость, вознамерившись преодолеть подъем, не сходя с велосипеда. После подъема начинался длиннющий спуск, проходящий по двум улицам и упирающийся в большой парк. Добравшись до верха, мальчишки перестали крутить педали и, замерев от легкого страха и удовольствия, под шелест шин покатились по гладкой брусчатке, лишь изредка притормаживая, чтобы не навернуться. -Тротуары были засыпаны упавшими каштанами, многие раскрылись и выглядывали из кожуры коричневыми лакированными боками. Если такой каштан попадет под колесо, не поздоровится, лететь придется далеко и долго.
Редкие прохожие, взбираясь по круто уходящей вверх улице, изредка останавливались отдохнуть, любуясь видом старинных домов, освещенных мягким светом послеполуденного сентябрьского солнца и открывающейся изумительной панорамой города. Они осуждающе смотрели на мчащихся вниз мальчишек.
Перед перекрестком пришлось притормозить и пропустить трамвай. Витька, прислонив велосипед к пыльному фонарному столбу, стал завязывать некстати развязавшийся шнурок.
- Давай скорее! - крикнул Игорек, дождавшись когда перекресток опустеет, и шустро запрыгнул в седло, - я поехал, догоняй!
- Сейчас, подожди! - ответил Витька.
Справившись наконец с ботинком, он уж собрался пуститься вдогонку за другом, который, тем временем, был уже у входа в парк.
Но тут, откуда ни возьмись, с высокого парапета, прикрытого тенью растущих на склоне каштанов, спрыгнули трое незнакомых мальчишек лет по тринадцать-четырнадцать, явно хулиганской внешности. Таких бандитских рож в их районе точно не было. Один из хулиганов, чернявый такой, схватился за руль Витькиного велика давно немытыми руками с бородавками, двое других обошли и встали по сторонам.
- Дай покататься, - в приказном, угрожающем тоне попросил пацан, стоящий справа.
Тот, чернявый, что держал руль, дернул руль из стороны в сторону, вознамерившись вырвать его из рук Витьки.
- Не дам, - ответил Витька, косясь на замершего вдали Игорька и соображая, как бы выйти из щекотливой ситуации целым и невредимым.
- Чё ты жмешься, - хрипло сказал тот, который держался за руль, - один круг только, и все.
Витька крепко вцепился и не давал вырвать руль из рук. Он тянул время. Но Игорек все еще был внизу.
- Не дам, - насупился Витька, не выдавая растерянности. Драться тут было бесполезно. И накостыляют, и велик отберут, гады.
- Ладно, жмот, живи пока, - вдруг миролюбиво сказал чернявый и отпустил руль. И тут же сиплый, что стоял справа, с размаху залепил Витьке в правую скулу, а сзади хорошенько прилетело под зад ботинком. Захохотав, хулиганы двинулись в проулок.
Витька отряхнулся, зло выругался и покатил велосипед к входу в парк. Слезы душили его, но он тогда не заплакал.
- Где ты там застрял? - крикнул Игорек, выезжая из-за колонны, когда Витька приблизился настолько, чтобы он мог услышать, - вечно ты тормозишь!
- А ты что, не видел ничего?
- Что не видел? - Игорек, балансируя и медленно делая круг вокруг колонны, сосредоточенно смотрел на переднее колесо своего велосипеда.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
