Димитром не смог ничего сделать.
С тех пор все жили более-менее спокойно. Если кого и дёргали в очередной раз, то ненадолго. Тем более большая часть потерпевших про инопланетян ничего не знала, слышала лишь о факте их существования.
Но даже эта информация была засекречена. Лука понимал, почему. Если обществу станет известно, что человечество нашло планету с разумной жизнью… может произойти всё, что угодно. Ладно организованные экспедиции, но найдётся масса чудаков, которые ринутся устанавливать контакт своими силами. Полезут, как тараканы изо всех щелей. И добром, учитывая настрой инопланетян, это не кончится.
Лука убедился, что тягаться в военной мощи с планетой Чёрного сектора люди не смогут. Поэтому лучше не ворошить муравейник, а оставить их в покое.
И Саблезуб… никто не узнал, что Саблезуба они оставили там в качестве откупного. Лука, если честно, думал, что кто-нибудь из тех, кто в курсе, рано или поздно обязательно расколется. Но ничего подобного. Тайна Саблезуба осталась нераскрытой.
— Ну как ты тут? — Забормотал Хват и зевнул. Заснёт сейчас.
Лука поморщился. Хотя… фиг с ним, пусть спит. Будет храпеть — выставит его нафиг. А сейчас и самому можно ещё немного поспать.
Лука закрыл глаза и тут же раздался оглушительный звонок. Экран.
Он подскочил, схватил экран и развернул его. Приоритетное сообщение.
Вот и оно.
— Лука? — Хват поднялся и сглотнул. И кажется, совсем протрезвел. — Это что?
— Вызов к Генералиссимусу.
Хват снова сглотнул и промолчал. Его глаза были дикие и таращились так, будто вместо Луки перед ним появилась всё его начальство в полном составе. А он, к несчастью, пьян и не знает, как реагировать. И надеется где-то в глубине души, что если застыть столбом, его просто не заменят.
Лука принялся быстро одеваться.
На экране горели слова.
«Срочно. Конфиденциально. Обязательно к исполнению».
Лука всегда знал, что однажды такое сообщение придёт. Чувствовал это. Жил и служил, пытаясь вернуться к обычной жизни, но ему будто специально не позволяли. Каждый день напоминали о том происшествии, которое сделало его знаменитым и несчастным одновременно.
Он знал, что этот день наступит.
И день наступил.
Глава 1. Сборы
Документы были готовы.
Ксения посмотрела на свою новую карточку и улыбнулась. Ксения Воронцова, младший лаборант. И фотография, на которой она усердно хмурит брови, пытаясь казаться старше и серьёзнее, чем на самом деле. Просто вселенская несправедливость — столько пережить, а выглядеть всё такой же недорослю, как и два года назад.
— Нравится? — Шпрот сверкнул своей фирменной лихой улыбкой.
— Пойдёт.
— Ну ты чё? Я старался!
— Офигительно! Идеально! Волшебно!
— То-то же.
Шпрот резко оглянулся. Они стояли в коридоре НИИ «Ксенотипии», в самом углу, у чёрного выхода, и шептались. Сюда камеры не добивали. Ксения была в джинсовом костюме, а вот Шпрот облачён по всем лабораторным правилам — в белом халате, шапочке, закрывающей волосы, с защитными перчатками, которые он на время снял и сунул в карман.
— Ладно, я пойду. Лерка скоро спросит, куда я делся. — Шпрот приосанился.
— Иди.
Шпрот было сделал шаг прочь… но остановился.
— Ксеш, а ты точно хочешь лететь?
— Точно.
— Ну ты же… — Шпрот неопределённо взмахнул руками. — Ну, то есть…
— Не могу не лететь. — Отрезала Ксения.
— Почему? — С искренним изумлением воскликнул Шпрот.
— Эта проклятая планетка мне всю жизнь сломала. Хватит такого объяснения?
Ксения почувствовала волну удушливого жара и закрыла глаза. Один вздох, второй… спокойно. Покой, тишина, безопасность.
— Слушай, да чего ты выдумываешь! Ну, потусили на необитаемой планете. Крутое же приключение. Ну чего теперь? Чего вас всех туда тянет-то? Как мёдом намазано.
— А кого ещё туда тянет? — Насторожилась Ксения. — Кто-то ещё знает?
— Да. То есть нет. Ну, то есть, никто не знает, не дрейфь! Но я часто слышал, что кто-нибудь хочет туда вернуться. Типа вспомнить, как всё было.
— Главное, ты туда не лети. — Ответила Ксения и вытаращилась на него. — А то хочу напомнить, КАК именно мы там оказались.
— Ну вот опять! — Шпрот закатил глаза. Сделал такой жест, будто хотел провести по волосам рукой, но погладил лишь свою смешную шапочку. — Ладно, пойду. Лера…
— Вскоре спросит, куда ты делся. — Заученно ответила Ксения.
— Язва ты! Будешь такой, парня себе не найдёшь.
— Да и прекрасно! Не очень-то и хотелось!
— Правда?
— Правда! Чего вытаращился? Я и не ищу никого, на секундочку. И мне прекрасно!
— Чего тут прекрасного? Одной всё время?
— Шпрот! Иди уже! А твоя Лерка тебе плешь проест!
Шпрот испуганно положил ладонь себе на макушку, будто оберегая самое дорогое.
— Ну ладно. Удачи тебе… вам. Привет там всем передавай!
— Какой привет, ты чего? Я лечу тайно. Тайно! — Ксения потрясла фальшивым документом, который тот сам ей только что дал. — К тому же там не будет никого из наших!
— А, ну да. Дураков нет. — Шпрот хмыкнул и тут же закашлялся. — То есть я хотел сказать… Короче, удачи!
Он потряс поднятым вверх кулаком и побежал по коридору обратно в лабораторию.
Ксения спрятала корочку в карман и посмотрела ему вслед. Кто бы мог подумать… Шпрот — штатный лаборант настоящей лаборатории целого научно-исследовательского института. Вот до чего его жизнь довела! Правда, поговаривали, что он бросился с головой в омут науки из-за любви, мол, его молодая начальница иначе не желала иметь с ним никакого дела, но Ксения убедилась, что это не совсем правда. Шпрот и правда в теме.
Впрочем, не только жизнь Шпрота изменилась.
Ксения вздохнула. Оглядела себя. Клетчатая рубашка, джинсы, кроссовки и кепка, под которой спрятаны тёмные кудри до плеч — ничего прежнего. Вместо спортивной фигуры — почти болезненная худоба. То-то мама взглянуть на неё не может без того, чтобы не всплакнуть. Младший брат, на которого теперь вся надежда на будущее компании, вырядился
