чуть поджилки не затряслись, только я представил, что они так с нами дело ведут.
— Верю, верю! А Димитр там что делал? Он вроде не участвует в управлении. — Озадачилась Ксения.
— Да он там чтобы остальных пугать! Точно тебе говорю! Чтобы авторитетом давить! Чуть что, папаша Зоин к нему. Правда, Димитр? Ты же согласен? Именно это мы хотим предложить? А тот только кивает и зубами скрежещет.
Ксения усмехнулась.
— Короче, сдал Зоин папаша. — Тишка махнул рукой. — Сам уже ничего решить не может.
— Он просто стар. — Ксения перестала улыбаться. — А Димитр спас его дочь. Её отец далеко не глуп и понимает, что Димитра им само небо послало. Людьми, которым можно доверять, не разбрасываются. Выучи этот урок, великий будущий управленец корпорации.
— Всё равно не понимаю. — Тишка поджал губы. — Он же не наш… простой военный. Ещё и не полностью человек.
И эта пренебрежительная ухмылка… которую Ксения когда-то видела в зеркале. И это едва заметное движение, будто он отряхнул с себя грязь.
Ксения вдруг подскочила и схватила брата за грудки, прямо за дорогущий костюм. Безжалостно смяла, встряхнула так, что у Тишки зубы клацнули. Хотя он был выше, но Ксения умудрилась смотреть на него таким взглядом, будто он ещё ей до пояса не дорос.
— Тишка. Не смей больше такого говорить, понял? Никогда! Ты, глупый ребёнок, понятия не имеешь, что такое настоящий мужчина! Все эти финтифлюшки… — Она ткнула Тишку в костюм, в его дорогущие часы, в тонкий провод экрана. — Эта пурга… — Дёрнула его за волосы. Отвернулась. — Ничего не стоят.
Тишка молчал. Ксения оглядела комнату. Она жила здесь много лет, но сейчас чувствовала себя так, будто впервые сюда попала. Как будто это всё не её.
— Ты думаешь, что лучше Димитра, потому что ты богат. Но это обман, фантом, пережиток цивилизации. У тебя в голове ветер, Тишка… ветер и пустота.
— Ну, спасибо. — Обиделся тот.
— Ты не виноват. Тебя таким вырастили. И меня.
— А ты предлагаешь бросать детей в одиночестве где-нибудь на выживание, чтобы они реальной жизни отведали? — Фыркнул брат.
— Нет, конечно, нет… Ни в коем случае! Просто, понимаешь… выходит, что из-за цивилизации, из-за сытости и безопасности мы забыли, что главное. Что… — Ксения потрясла руками, потом уставилась на пустые ладони, будто там должно было что-то лежать, а его нет. — Что на самом деле нам нужно для счастья.
— И что тебе нужно?
Она вздохнула. Ответа на этот вопрос у Ксении не было. Психолог говорил, что ответ ей никто не подскажет, его придётся искать самой. А Ксения не могла.
Она снова осмотрелась.
— Я завтра уезжаю. — Сказала Ксения. — Надеюсь, что ненадолго. Улетаю.
— Улетаешь? Куда?
— В космос.
— Куда?! А родители в курсе?
— Нет.
Объясняться дальше Ксения не посчитала нужным. Тишка ждал, по глазам было видно, что ждал, а когда не дождался, растерялся.
— Но… разве тебе можно улетать?
— А разве нет?
— Но твои приступы…
— Не твоего ума дело.
— Я твой брат!
— А не мой врач.
— Ксеш, ну ты не передёргивай. Я беспокоюсь. Ты не знаешь, что мы пережили, когда ты пропала. Не представляешь даже. Как мама… Говоришь, я ничего не понимаю, но я слышал, как она… даже не плакала. Она выла. Думаешь, я совсем ничего не знаю? Куда ты собралась?
— Мне нужно немного свободы!
— Да у тебя море свободы! Ты вообще ничего не делаешь. Отдыхать можешь, сколько влезет. Ходить, куда хочешь. Да вообще… Это у тебя нет свободы? Куда больше-то?
— Мне нужно… побыть одной.
— Одной?
Тишка обиделся. Ксения видела по его лицу, но сказать ничего не смогла, отвернулась. Она должна искать… и она искала. Сама толком не понимала, что. Они вернулись целые и невредимые… почти. По крайней мере, физически невредимые. Но Ксения будто потеряла что-то там, в пустоте космоса. Она не помнила возвращения. Мало что помнила после того, как вошла в эту проклятую пену.
Ну вот… стоит позволить себе вспомнить, как голова отказывается работать. Только ужас, какой-то подлый животный ужас тут же подбирается, чтобы завладеть Ксенией и поместить её в мир кошмаров.
Спокойно, дыши… Но это не всегда помогает.
— Ксеш… — Тишка взял её за руку. — Сядь.
Она послушно опустилась на кровать, брат сел рядом.
— Может, если бы ты рассказала, что с тобой там случилось… Может, тогда тебе стало бы легче.
Рассказать? То, что она даже вспоминать не может без приступов паники и удушья? Папе и маме рассказать? Чтобы они тоже представляли, что случилось с дочерью?
Ксения поболтала головой.
— Ничего не случилось. Я жива и здорова.
— И к врачам ходишь как на работу?
Она упрямо молчала. Тишка отстанет, куда ему деваться.
— Куда хоть летишь? — Вздохнув, спросил он.
Тут тоже следовало отвечать с осторожностью. Тишка мог и проговориться раньше времени. Не специально, конечно, но суть от этого не меняется.
Ксения задумалась и сказала:
— С друзьями слетаю в небольшое путешествие. Недалеко. Там заодно небольшая миссия научная намечается, ищут некоторые минералы.
— Ты что, решила наукой заняться?
— Да… Ну, не то чтобы. Просто хочется что-нибудь сделать для тех, кто в космосе. Как-то их обезопасить. Я думала… Но создать, например, средство связи, которое будет работать всегда и везде, я не могу, мозгов не хватит. А найти нужные минералы могу. Тут и надо-то всего летать по разным местам и пробы брать. Это будет мой посильный вклад в общее дело.
— Эко тебя торкнуло. — Тишка шутливо поднял брови и замолчал.
Ксения тоже молчала. Недавно она убедилась — некоторые вещи не стоит говорить вслух, почему-то пока они внутри тебя, то звучат здорово — правильно и убедительно. А стоит произнести их вслух, как всё портится.
— Отправлю завтра родителям с борта видеосообщение. — Сказала Ксения. — А ты убеди их, что я в порядке и я знаю, что делаю.
