Неудивительно, что Маледикт не захотела сюда спускаться. Это место может очистить только огонь. Вонь была настолько прогорклой, что заслезились глаза, и я споткнулся — головокружение мешало твёрдо стоять на ногах. Гоблины расценили это как признак слабости и с победными воплями снова набросились на меня. Один из них, спрыгнув с высокого камня, попытался проткнуть мне глаз, и это привело меня в бешенство.
Повернув голову, позволил твари обрушиться на рога. Взмах шеи отбросил его на пару других, и они рухнули в кучу. Я рванулся вперёд, топча их передними ногами. Хвост беспрерывно мотался из стороны в сторону, не давая тварям атаковать заднюю часть. Резко развернув крылья, расплющил троих о стены. Кружась и прыгая среди копошащейся толпы, я каждым движением убивал по меньшей мере нескольких.
Постепенно я пробивался вглубь пещеры, проходя среди множества кристаллов маны. Тепло запертой энергии приятно ощущалось на чешуе, и я слегка расслабился, когда понял, что кристаллы не обжигают. То, что моё тело не разбивало кристаллы, когда случайно задевал их, тоже было неожиданностью, но приятной. Если один их них взорвётся, то сдетонируют и остальные, и тогда мне явно не поздоровится. Поэтому я сделал себе пометку не использовать огненное дыхание, пока нахожусь здесь. Эта решимость почти исчезла, когда один гоблинов каким-то образом исхитрился подползти под меня и попытался буквально проткнуть мою задницу заострённой бедренной костью. Я дико заорал и растоптал тварь в паштет, не в силах унять свой гнев и остановиться. А когда поднял голову и посмотрел на остальных, то увидел, что они в страхе отступают. — Вернитесь сюда, маленькие засранцы!
С рёвом рванул вслед за ними, преследуя мерзких тварей по туннелю, по которому они мчались. — Попробуйте проткнуть теперь мой живот, а⁈ Я мотнул головой в сторону, размазывая трёх отставших гоблинов по стене. — Вам всем не жить, мать вашу! Я взвился вверх, а затем опустился, чтобы раздавить передними лапами ещё одну пару. Гоблины взвыли, пытаясь вырваться, но мне было всё равно. Захлёбываясь от адреналина, пронёсся сквозь плотную толпу тварей, как танк… и издал вопль, когда земля исчезла под ногами. Каменный коридор закрутился перед глазами, крылья распахнулись и взмахнули, пытаясь удержать меня от падения. Пришлось перевернуться в воздухе, чтобы сориентироваться, и мой хвост сильно ударился о стену расщелины. Почему под землей образовался этот чёртов каньон?
Пространство было тесным, что ещё больше усложняло задачу удержаться в воздухе. У меня было мало места для манёвров, а драконье тело не предназначено для парения. С большим трудом мне удалось замедлить падение, но по-настоящему спасло то, что смог вцепиться когтями в каменную стену. Когти чередили по камню, высекая искры и прочерчивая борозды в скале, пока скорость не уменьшилась настолько, что я смог остановиться. Где-то наверху надо мной кричали гоблины, и я без колебаний начал карабкаться в ту сторону. — Если бы твари были умнее, можно было бы подумать сказал, что они сделали это специально, — пробормотал про себя, с трудом затаскивая своё массивное тело на отвесную стену.
Едва приподнял голову над краем, чтобы заглянуть в туннель, как один из гоблинов попытался ударить меня в лицо. Я откинул шею назад, чтобы избежать удара, а затем ударил монстра головой. Рог пронзил грудь твари, а когда я тряхнул головой, то обнаружил, что гоблин крепко застрял. Его кровь стекала по бокам головы и заливала один глаз. Проклятые гоблины! Второй глаз заслезился, и из-за проблем со зрением я не сразу смог разглядеть толпу мерзких тварей, подползающих с грубыми копьями. — Нет! Открыв пасть, выпустил пламя на свободу. Багровый огонь, стекавший по туннелю, имел чёрную сердцевину, которая неестественно мерцала. Камни трескались и трещали от жара. Я продолжал выдыхать пламя, перебираясь через уступ и спускаясь обратно на пол коридора. Когда наконец остановился, от гоблинов с копьями не осталось и следа, только стеклянная гладкость полурасплавленного камня. — Хорошо, что кристаллы маны здесь не встречаются, — подумал, топая по светящейся земле. Туннель изгибался в сторону от разрушенной стены, и я наконец расслабился, когда обрыв исчез из поля зрения.
То, что по мере продвижения снова слышал крики этих настырных существ, раздражало меня до глубины души. Неизвестно, сколько там этих тварей и сколько времени понадобится, чтобы убить их всех. Ярость душила меня и когти впивались в пол, когда бежал по коридору, на бегу соскребая с рога труп. Я когда наконец удалось стереть кровь с века и очистить заплывший кровью глаз, вздохнул с облегчением.
Восстановленное зрение тут же принесло свои плоды — я не угодил в яму-ловушку за углом. С шумом остановился и посмотрел вниз, на шестиметровый обрыв. На его дне беспорядочно торчали шипы из сломанных костей, а когда осмотрел стены пещеры, то увидел узкие дорожки по бокам ловушки. Наверное, для полутораметрового гоблина это будет довольно болезненное падение.
Я без особого труда перепрыгнул ловушку и сделал три шага вперёд, поздравляя себя, а затем остановился, услышав отчётливый щелчок. Земля снова ушла у меня из-под ног, когда открылась вторая ловушка. СУКИНЫ ДЕТИ! Я кувыркнулся вниз по жёлобу, земля наклонилась под крутым углом. Яма оказалась настолько тесной, что не было возможности раскрыть крылья, и хотя изо всех сил цеплялся когтями за стену, мне удалось затормозить только перед самым падением на землю. Вставая на ноги, раздробил ещё несколько костяных заточек, но поскольку они не пробивали чешую, не обратил на них внимания.
Теперь я был просто в бешенстве.
Багровый свет озарил пещеру вокруг — мои глаза начали светиться, стиснутые зубы заскрипели, а когда увидел, что на меня смотрит орда гоблинов, то и вовсе потерял дар речи. Зарычав, изрыгнул огненный шар красно-чёрного цвета, превративший тварей в орущие мечущиеся факелы. Большинство из них не успели даже сдвинуться с места, но те, что стояли с краю, бились и отскакивали от стен пещеры, пытаясь погасить охватившее их пламя. Я сделал вдох и выпустил второе инферно. Огненная волна охватила всё вокруг, и гоблины вспыхивали, как спички, жар убивал их мгновенно. Я перелез через их обугленные трупы, и несколько мёртвых тел рассыпались в белый пепел, когда задел их.
Сузив глаза, увидел, что сразу за ямой, прямо передо мной оказалась деревня гоблинов. Грубые лачуги были сделаны из костей и шкур. Вонь вокруг стояла просто неимоверная: несло тухлым мясом,
