успели.
— Васян, ты светишься! — раздался из-за спины шокированный возглас Я-Не-Помню-Его-Имя.
Все мы обернулись на голос и как-то резко нам стало не до боя. Потому что, действительно, Василий по какой-то неведомой причине светился изнутри каким-то грязно-серым светом. И не только он один.
— Поэт, ты тоже! — воскликнул Вася, тыча пальцем в своего другана.
Повернув голову на главного ублюдка этой компании, я убедился, что это действительно так. А потом вдруг заметил то самое серое свечение, исходящее откуда-то снизу и, опустив взгляд, понял, что и сам свечусь как чёртова лампочка.
— Чё происходит?! — взревел Поэт. — Это что за фокусы?! Твоих рук дело?!
— Сам понимаешь, какой бред спрашиваешь? — произнёс я, поднеся к лицу и с интересом разглядывая ладонь.
Страха почему-то не было, даже наоборот, это казалось очень забавным. В моей проклятой жизни, после смерти родителей на девяносто пять процентов состоящей лишь из учёбы и тренировок, происходило что-то интересное!
— Что тут?!.. — дверь спортзала с грохотом растворилась и внутрь шагнул преисполненный праведного гнева физрук.
Вот только, увидев нас троих, светящихся уже даже ярче висящих под потолком зала тусклых лампочек, застыл на месте с открытым ртом. Из-за его спины с точно такими же шокированными лицами выглянули девочки, в том числе и Катька, из-за которой, собственно, и начался весь этот сыр-бор.
— А член тоже светится! — раздался сзади голос великого исследователя Василия.
И это было последнее, что я услышал в этом мире.
* * *
Исходящий от моего тела свет вдруг вспыхнул настолько ярко, что меня ослепило. А в следующую секунду каким-то шестым чувством я понял, что стою уже не в университетском спортзале. Со всех сторон послышались удивлённые возгласы, кто-то крикнул: “Где мои штаны?!”, кто-то выругался, кто-то завизжал, раздался звук смачной пощёчины.
Зрение вернулось довольно быстро, что было неплохо. Однако это была единственная хорошая новость.
Огромный каменный мешок где-то пятьдесят на пятьдесят метров. Ни окон, ни каких-либо украшений по стенам. Единственное — потолок, нависавший метрах в трёх над головой, был не гладким, а испещрённым небольшими, шириной с кулак, отверстиями. Мечта трипофоба.
А ещё он был набит людьми. С высоты своих метра шестидесяти мне было сложно разглядеть толпу во всех деталях. Но, если люди по всему помещению стояли также плотно, как и вокруг меня, то здесь была где-то тысяча человек, плюс-минус пара сотен.
В основном мужчины, хотя были женщины. И, что сразу бросилось мне в глаза, не было ни детей, ни людей в возрасте, и все в очень хорошей физической форме.
О том, что произошло, я догадывался. Книжки почитывал, комиксы полистывал, фильмы посматривал. О том, что такое магия и кто такие попаданцы, знал.
Однако, если это было именно оно, то устроенный местными заправилами призыв явно был каким-то неправильным. Не один герой и не небольшая группа, а сразу тысяча человек, загнанных в какой-то каменный короб?
Хорошо что свет был — его испускали наши же тела. Уже не такой яркий, как в момент самого переноса, но вполне достаточный, чтобы иметь возможность без проблем оглядываться по сторонам. Вот только была проблемка: это сияние постепенно угасало. И так как, насколько я видел, никаких иных источников света в этом помещении не было, несложно было понять, что через несколько минут мы все окажемся в кромешной тьме.
А тогда простое недоумение и страх людей превратятся в панику.
Слушать чужие вопли, возмущения, требования сделать всё как было, а также сальные шуточки самых больших идиотов, которых в первую очередь волновали оказавшиеся рядом с ними девушки, а не происходящий вокруг сюр, я не собирался.
Нужно было сделать что-то, чтобы после того, как помещение погрузится во тьму, не оказаться в самой толчее и давке. Мне с моими ростом и весом, несмотря ни на какие тренировки, это сулило далеко не самое приятное времяпровождение, если не смерть. А ещё меня немного напрягали эти отверстия в потолке. Нет, боязнью дырочек я не страдал, но чёрт знает, что оттуда могло политься.
Сорвавшись с места, благо люди всё-таки стояли не так плотно, чтобы между ними нельзя было протиснуться, я устремился к ближайшему углу этого помещения. Не знаю, было ли это правильным выбором, но в моём представлении таким образом я смогу избежать ситуации, в которой меня зажмут со всех сторон. Твёрдый камень по крайней мере можно было использовать как опору, чтобы оттолкнуться, а также так я не потеряю ориентацию в пространстве.
Люди, которых я расталкивал, возмущались, кто-то даже попытался преградить дорогу, чёрт его знает зачем. Идиоту я дал под дых. Мысли о том, что я решу ударить его без причины у мужика, похоже, даже не возникло, так что и защищаться от не счёл нужным, а после просто оббежал скрюченное тело.
До стены я добрался за минуту, ещё секунд через тридцать — встал в углу и, приложив спиной к такому же шершавому, как пол, камню, ощутил какое-то, пусть небольшое, но облегчение. А потом всё стало только хуже.
Сверху, с потолка, послышалось какое-то шуршание, будто дождь по крыше, а затем, подтверждая и даже превосходя мои худшие опасения, на толпу народа из тех самый отверстий посыпались…
Черви? Да, больше всего эти твари походили на червей или, возможно, на миног. Длинные, почти метровые тела, немного сужающиеся к хвосту. А ещё здоровенная пасть с кучей треугольных зубов по кругу, обрамлённая “бородой” из совсем тоненьких щупалец длиной в палец каждая.
Паника началась куда раньше, чем я предрекал. Люди вопили, орали, визжали, сбрасывая с себя отвратительных существ, но это было только началом. Сначала один, потом десяток, потом сотня — со всех сторон начали доноситься вопли боли. Зубки червей нужно были им определённо не только для красоты.
Мне дико повезло. Моё решение добраться до стены, обусловленное совсем другими соображениями, стало спасительным. Дыры в потолке были только над центральной частью помещения. “Рамка” примерно в десять метров шириной вдоль всех стен оставалась гладкой.
Потому я избежал участи быть заваленным плотоядными червями. Вот только полностью избавить меня от них нахождение у стены не могло.
Твари сыпались с потолка неостановимым потоком. Десятки превратились в сотни, и сколько их будет ещё, было известно только тем, кто их в эти дыры сбрасывал. И ещё одной серьёзной угрозой стала человеческая паника.
Люди, будто волны от брошенного в воду камня, на всей возможной скорости устремились к стенам, как можно дальше от середины помещения. И почти сразу пустое пространство вокруг меня заполнилось людьми. Пока что это
