максимально дискомфортной.
Вот только этот уровень дискомфорта, и так нараставший с самого моего попадания в этот каменный мешок и пока не показывавший даже намёка на спад, как оказалось, было возможно усилить ещё раз в десять.
Пристально наблюдая за происходящим то ли лавкрафтавским, то ли гигеровским ужасом, я не пропустил момент, когда одно из тел впервые дёрнулось. Центральная часть червя в нём “растворялась” чуть быстрее, чем в остальных, и, похоже, уже успела дойти до “кондиции”.
Вздрогнула сначала рука, потом нога, а потом как-то резко всё тело начало дёргаться, будто в эпилептическом припадке. Но спустя минуту подёргивания стали становиться более плавными и осмысленными. А спустя ещё пару минут неведомая тварь, уперев руки в пол, впервые попыталась встать, издав при этом звук, который я не смог интерпретировать иначе как причмокивание.
По хребту пробежал целый табун мурашек, волосы на голове встали дыбом, сердце ушло в пятки. Этот звук, такой, казалось бы, знакомый, сам не раз его издавал, выражая “похвалу” особенно вкусной еде. Но почти в полной тишине, да ещё и из уст оккупированной червём человеческой оболочки, он прозвучал настолько инородно и жутко, что я, кажется, впервые по-настоящему почувствовал, что мне страшно.
Ни сам факт переноса, ни полившийся с потолка дождь из червей, ни осознание собственной надвигающейся смерти — ничего из этого не смогло меня пробрать. Вероятно, потому, что до сих пор я не до конца верил в реальность происходящего.
Но вот это вот тихое: “ЧМОК!” — как-то враз заставило меня осознать: да, всё — правда. Жуткая, похожая скорее на ночной кошмар, а не на реальность, но правда. Потому что каким-то образом я понял: это “ЧМОК!” было именно по мою душу.
И довольно закономерно я понял ещё одну вещь. Если я так и останусь лежать — то я так и кончусь, зачмоканный этой тварью до смерти. Уже пережив одну смерть, во второй раз я не хотел подыхать тем более.
Уперев руки в пол я, игнорируя дрожь и боль, резко нахлынувшую с утроенной силой, начал подниматься. В нескольких метрах от меня ровно тем же занимался червь, пытавшийся освоиться в управлении человеческими конечностями.
Со стороны мы, вероятно, смотрелись бы даже комично. Будто два вековых деда, уже забывших даже как стоять ровно. Но на самом деле это была нешуточная битва, на кону в которой стояла моя жизнь. Кто первый встанет — тот и победил.
И первым на ноги поднялся не я.
Глава 3
Встав на полусогнутых ногах и наклонив вперёд корпус, как какое-нибудь шимпанзе, захваченный червём человек издал низкий утробный рык, похожий на звук активно бурчащего желудка, и попёр на меня. Между нами было всего метра четыре дистанции и обычно это расстояние можно было преодолеть за несколько шагов.
К счастью, пол был завален человеческими телами и тварь, не научившаяся пока нормально ходить и лишь шаркавшая по полу ступнями, запнулась об одно из них и рухнула мордой вниз. Вот только это всё была вообще ни разу не хорошая новость. Потому что с учётом роста, её голова хлопнулась об пол всего сантиметрах в тридцати от моей левой руки. Я всё ещё пытался подняться, стоя на четвереньках и пытаясь совладать с дрожью в конечностях.
И не было похоже, чтобы этот удар, от которого по залу даже эхо раздалось, как-то навредил твари. Полежав всего секунду, видимо пытаясь сориентироваться в пространстве, она вновь начала подниматься на руки.
И на этот раз вставать в полный рост ей было даже не нужно — всего лишь немного себя подтолкнуть — и впиться зубами мне в предплечье. Почему-то я не сомневался: даже после захвата человеческого тела червь остался такой же прожорливой мразью.
Времени на попытку сбежать не было. Да и некуда было бежать. Я лежал в углу залы, все пути отступления перекрывал захваченный червём бедолага. А значит оставался только один вариант.
Сражаться.
Бросив попытки принять вертикальное положение, я изо всех имеющихся сил оттолкнулся руками от пола, чтобы хотя бы встать на колени. И очень вовремя, потому что в том месте, где только что были мои пальцы, клацнули челюсти зомби. Монстр буквально нырнул вперёд носом в попытке достать меня, вновь громко стукнувшись об пол подбородком.
Если бы следующим движением он повалил меня — мне бы точно настал конец. То ли из-за моих активных телодвижений, то ли из-за того, что уже прошло достаточно времени, но я ощущал, что боль в теле начала постепенно отступать. Но точно недостаточно быстро, чтобы я смог оказать твари достаточное сопротивление.
А потому нужно было атаковать первым, пока она не успела снова принять устойчивую позу. Из такого положения, в котором я находился сейчас, единственным подходящим вариантом виделся удар локтем. Обхватив правой рукой левое плечо, а левой — правое запястье, я качнулся вперёд и рухнул вперёд, прямо на шею пытающейся подняться твари.
Получилось очень удачно — локоть угодил зомби прямо в шею под черепом. Я ощутил, как уже в третий раз клацнули об пол её челюсти, и почувствовал хруст позвонков. Нормальный человек от такого если не умер бы, то точно оказался бы парализован. Но, похоже, после того как тело оккупировал червь, мозг перестал играть для него какое-либо значение.
Единственное, чего я добился — какой-то будто бы вялости в движениях головы твари, но желания сожрать меня она не потеряла ни на грамм. И, так как я после удара оказался в крайне неудобном положении, на этот раз увернуться от её челюстей не успел.
Зубы монстра впились в моё плечо с такой силой, что я охнул от боли, на мгновение перекрывшей то пламя, что полыхало в теле. Тварь и правда пыталась меня сожрать. Оторвать кусок, разжевать, проглотить и повторить ту же процедуру снова и снова, пока от меня ничего не останется.
По максимуму напрягая мышцы плеча, чтобы монстру было как можно сложнее сомкнуть челюсти, я приподнялся, опираясь на локоть, и изо всех сил заехал ему в висок левой рукой. Потом ещё раз, и ещё, и ещё. В какой-то момент я почувствовал под костяшками хрустнувший череп, кожа на костяшках разорвалась, встретившись с острыми выступающими углами костей.
И уж не знаю, получилось ли у меня задеть какой-то нерв, или я просто сбил монстра со своего плеча. Но его челюсти, уже наверняка успевшие окраситься красным от моей крови, соскользнули и очередным ударом я откинул его голову
