— Просёлочные дороги в Монтане редко бывают обозначены. Но я могу вам показать.
— Правда? — мой голос прозвучал так слабо, когда очередная волна слез прорвала плотину.
Уже давно никто не помогал мне. Маленькие жесты становились чудом, когда они были столь редкими. За последний месяц единственными, кто предлагал мне помощь, были жители Куинси. Элоиза. А теперь эта прекрасная незнакомка.
— Конечно, — она протянула руку. — Я Уинслоу.
— Мемфис, — я всхлипнула и пожала её руку, моргая слишком быстро, пытаясь остановить слезы. Это было бесполезно. Я была именно тем крушением поезда, которым казалась.
— Добро пожаловать в Куинси, Мемфис.
Я вздохнула, и, черт возьми, слезы продолжали течь.
— Спасибо.
Она грустно улыбнулась мне, а затем поспешила обратно к своей машине.
— У нас всё будет хорошо, малыш, — в моем голосе звучала надежда, когда я вытирала лицо.
Дрейк продолжал плакать, когда мы съехали с дороги и последовали за Уинслоу вниз к скоплению деревьев. Между ними была узкая грунтовая дорога.
Я проезжала эту дорогу. Три раза. Только это была не настоящая дорога. И уж точно не жилая улица. Она притормозила, её тормозные огни светились красным светом, и свернула на дорожку. Пыль летела из-под её шин, пока она ехала по тропинке, всё дальше и дальше удаляясь от шоссе.
Мои колеса натыкались на каждую кочку и каждую ямку, но подпрыгивание, похоже, помогало, потому что вопль Дрейка затих до хныканья, пока я ехала по изгибу дороги к холму, возвышавшемуся над линией деревьев. Его поверхность была покрыта темными вечнозелёными кустами.
— Можжевеловый холм.
Ничего себе. Я была идиоткой. Если бы я остановилась и посмотрела на окружающее пространство, я бы, наверное, догадалась об этом.
Завтра. Завтра я обращу свое внимание на Монтану. Но не сегодня.
Дорога продолжалась ещё милю, следуя за той же линией деревьев, пока, наконец, мы не завернули за последний угол, и там, на лугу с золотистыми травами, стоял потрясающий дом.
Никаких горных лачуг. Никаких сомнительных соседей. Тот, кто владел этим домом, должно быть взял его прямо из журнала по декорированию дома.
Дом был одноэтажным, вытянутым в длину и ширину на фоне холма. Чёрная обшивка была разделена огромными листами кристально чистого стекла. Там, где в обычном доме были бы стены, здесь были окна. Через них я могла видеть открытую кухню и гостиную. В дальнем конце — спальня с белой кроватью.
Вид подушек заставил меня зевнуть.
Отдельно от дома располагался просторный трёхкомнатный гараж с лестницей, ведущей к двери на второй этаж. Элоиза сказала, что нашла для меня лофт.
Это должно быть это он. Наш временный дом.
Уинслоу припарковалась на кольцевой гравийной дорожке. Я стала за ней, затем поспешила со своего места, чтобы освободить сына. Отстегнув Дрейка, я подняла его на плечо и долго обнимала.
— Мы добрались. Наконец-то.
— Ему просто надоело его автокресло, — Уинслоу подошла к нам с доброй улыбкой. — У меня двухмесячный ребёнок. Иногда он любит машину. В большинстве случаев — не очень.
— Дрейку тоже два месяца. И он ведёт себя как солдат, — вздохнула я. Теперь, когда он наконец перестал плакать, я могла вздохнуть. — Это была долгая поездка.
— Из Нью-Йорка? — спросила она, взглянув на мои номера.
— Да.
— Это долгая поездка.
Я надеялась, что оно того стоило. Потому что я ни за что не вернусь назад. Только вперёд. С этого момента Нью-Йорк был воспоминанием.
— Я начальник полиции, — сказала она. — Ты знаешь Элоизу Иден, верно?
— Эм… да? — я говорила ей об этом?
— Теперь всё ясно. Мемфис — необычное имя, а Элоиза — моя невестка.
— Ах, — Черт побери, до луны и обратно. Это была невестка моего нового босса, и я только что произвела ужасное первое впечатление. — Э… каковы шансы?
— В Куинси? Довольно хорошие, — сказала она. — Ты будешь работать в гостинице?
Я кивнула.
— Да. В качестве горничной.
Прежде чем Уинслоу успела сказать что-то ещё, входная дверь дома открылась, и симпатичная брюнетка выскочила наружу, улыбаясь и махая рукой.
Элоиза. Её голубые глаза цвета безоблачного сентябрьского неба, сверкали.
— Мемфис! — она бросилась ко мне. — Ты добралась.
— Да, — вздохнула я, перекладывая Дрейка, чтобы протянуть руку.
Макияж, который я нанесла два дня назад в отеле в Миннесоте, стерся от усталости и слез. Мои светлые волосы были собраны в небрежный хвост, а подол моей белой футболки был в оранжевых пятнах от энергетического напитка, который выплеснулся на меня этим утром. Я совсем не походила на ту версию Мемфис Уорд, которая несколько недель назад давала виртуальное интервью Элоизе. Но это была я. Реальность было не изменить.
Я была беспорядком.
Элоиза переместилась прямо в мое личное пространство, игнорируя протянутую руку, чтобы обнять меня.
Я напряглась.
— Извини, от меня воняет.
— Вовсе нет, — она засмеялась. — Ты познакомилась с Уинн?
Я кивнула, — она была достаточно добра, чтобы помочь мне, когда я заблудилась.
— О, нет, — улыбка Элоизы упала. — Мои инструкции были плохими?
— Нет, — я отмахнулась от неё. — Я просто никогда не ездила по грунтовой дороге. Я не ожидала этого.
До этой поездки я вообще мало водила машину. Да, в Нью-Йорке у меня была машина, но у меня был и водитель. К счастью, я провела достаточно времени за рулём, отправляясь в Хэмптон и обратно, чтобы чувствовать себя комфортно в этой поездке.
— Мы можем помочь тебе распаковать вещи? — спросила Уинслоу, указывая в сторону лофта.
— О, всё в порядке. Я справлюсь.
— Мы поможем, — Элоиза нажала на кнопку открывания багажника.
Сумки и чемоданы, которые я запихнула внутрь, практически выпрыгнули наружу. Да, все мои вещи поместились в «Вольво». Но это не значит, что запихивание их внутрь не было тяжким трудом.
Она взвалила рюкзак на плечо, затем достала чемодан.
— Правда, я могу это сделать, — моё лицо покраснело при виде того, как моя новая начальница тащит мои вещи. В чемодане, который она несла, было моё нижнее белье и тампоны.
Но Элоиза проигнорировала меня, направившись к стальной лестнице гаража.
— Поверь мне, — Уинслоу подошла к багажнику. — Чем скорее ты просто согласишься с Элоизой, тем легче тебе будет жить. Она настойчива.
Я почувствовала это, когда она отказывалась слушать, что мне придется отклонить предложение о работе. Она приказала мне ехать в Монтану, пообещав, что у нас будет дом, как только мы приедем.
— Я учусь этому, — я хихикнула. Это был первый смех за… ну, за долгое время.
Я прижалась к Дрейку ближе, вдыхая его детский запах. Стоя на земле, я позволила себе снова дышать. На один удар сердца. Потом два. Я позволила подошвам своих ботинок нагреться от камней. Я позволила своему сердцу выскочить из горла и вернуться в грудь.
Мы сделали это.
Возможно, Куинси не станет нашим домом навсегда. Но перспективы были для мечтателей. А я перестала мечтать в тот день, когда начала составлять рейтинг своих худших дней. Их было так много, что это был единственный способ двигаться вперёд. Знать, что ни один из них не будет таким ужасным, как самый первый. Знать, что если я пережила этот день, то смогу пережить и второй, и третий, и четвёртый.
Сегодня был пятый.
Всё началось на заправке в Северной Дакоте. Я остановилась там прошлой ночью, чтобы немного поспать. Двадцать минут, это всё, что я хотела. Затем я планировала снова отправиться в путь. Дрейк был в отключке, и я не хотела будить его, таща в грязный отель.
Дремать в машине было опрометчивым решением. Я думала, что нахожусь в безопасности на освещенной парковке. Мои глаза были закрыты не более пяти минут, когда водитель грузовика постучал в моё окно, облизывая губы.
Я рванула с места и, надеюсь, переехала ему пальцы ног.
Мое сердце бешено колотилось в течение следующего часа, но как только адреналин иссяк, под кожей поселилась глубокая усталость. Я боялась заснуть за рулём, поэтому остановилась на шоссе, чтобы выпрыгнуть и пробежаться под звёздами. Я продержалась целых тридцать секунд, прежде чем жук залетел под рубашку и оставил два укуса вдоль рёбер.
