Рик ступил в нее из коридора — и решетка входа с оглушительным лязгом упала за его спиной.
— Так я и думал, — проговорил он себе под нос, невольно вздрогнув от громкого звука.
А из глубины пещеры потянуло сквозняком, словно где-то открылся еще один проход, и ветер принес за собой новый запах — тяжелый, мускусный, похожий на вонь мокрой шерсти дикого зверя. Откуда-то из глубин донеслись какие-то невнятные звуки, шорохи, подвывание.
Рик замер. Яркий луч ударил из посоха в свод пещеры, украшенный гроздьями влажных серовато-белых, похожих на жир, наростов. Начертание света впечаталось в камень и сделало видимыми все обломки, валуны и щели — и темный провал входа в следующую галерею. Рик повернулся к нему лицом, пнул в сторону попавшийся под ногу камень и приготовился к атаке.
И вскоре из прохода в галерею ворвалась стая… Он даже не мог с уверенностью сказать, что это за существа. Размером с крупную собаку, местами совершенно голые, местами покрытые рыжей свалявшейся шерстью. Сквозь тощую кожу проступали очертания ребер, и Рику даже показалось, что кое-где он заметил торчащие наружу кости. Десяток зверей, ощерив зубастые пасти, застыли в напряженных позах, готовые в любой момент к прыжку.
Дожидаться их рывка Рик не стал. Используя аспекты огня, воды и земли, он ударил по ним смешанной атакой. Каменный град вперемешку с огненными шарами и потоками воды обрушился на уродцев. Животные, испугавшись огня и воды, бросились врассыпную, царапая скользящими по камню когтями Жалобный визг забился о своды. Кровь обагрила валуны, запахло паленой шерстью и обожженной плотью. Некоторые из тварей бросились обратно в проход, но большая часть стаи сейчас хрипела, роняя кровавую слюну, и дергалась в агонии под потоком камней.
Так они тренируют ахъятов? Сворами облезлых псов?..
Слишком просто. И странно…
«Рик, наверху!» — вдруг воскликнула Рут.
Он, не задумываясь, отпрыгнул на всякий случай в сторону — и поднял голову вверх.
Его глаза округлились.
— Харрата шадр, это что еще такое?.. — проговорил Рик, попятившись к коридору, который привел его сюда.
А над головой шевелился каменный свод. Он словно дышал, вздымаясь и опадая, как грудь человека, меняя на глазах ржавый цвет на серовато-розовый. Теперь гроздья наростов выглядели самым настоящим жиром, и Рик ощутил себя в чреве живого существа. Это было омерзительно.
Вокруг начертания света разными оттенками вспыхнули четыре неизвестные Рику руны, и свод вдруг выплюнул множество тонких и длинных красных корней, словно гигантская сангва решила поживиться добычей.
Ледяной щит поспел вовремя, но живые корни с шипением прошили его насквозь, как если бы были сделаны из раскаленного металла, и впились в Рика. Он взревел, призывая из пустоты свой фламберг, а острые, горячие, живые и похожие на червей отростки вгрызались ему в шею, руки и ноги, в спину, в живот. Рик выхватил меч и рванулся в сторону, выдергивая из себя окровавленные нити, но тем временем новые уже оплетали его, пытаясь прорасти через кожу в мякоть и распуститься внутри новым корневищем. Они приносили не просто физическую боль. Рику казалось, словно ему разрывают на части дух, будто что-то вытягивает его магическую энергию, как пиявка высасывает кровь.
— Каменный щит! Стена огня! — крикнул Рик, потому что мысленные приказы остались без ответа.
«Рик, мы стараемся, но ничего не выходит! — плачущим голосом откликнулась Рут. — Мы здесь будто парализованы! Я не понимаю, что происходит!»
Тогда Рик призвал щит пустоты. Но как только полупрозрачная фиолетовая мгла накрыла его, тут же сверху протянулись новые корни. Они были гораздо толще тех волосков, что донимали Рика до сих пор — как розовые дождевые черви, они извивались, оплетая полусферу щита. А потом все сразу впились в него. Плотный щит почти мгновенно истончился, превратившись из кокона магической энергии в прозрачный и хрупкий мыльный пузырь.
Рик создал новый — и еще больше корней потянулось к нему, еще быстрей и агрессивней разрушая щит.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Так мы отсюда вообще не выберемся, — проговорил он и, стиснув зубы покрепче, вместо того, чтобы обновлять щит и провоцировать усиление атаки, постарался ускориться настолько, насколько это было возможно. В одной руке у него свистел меч, в другой вертелся посох. Рик ни мгновенья не стоял на месте, пытаясь прорваться обратно в коридор, рассекая червеподобные отростки.
И вдруг его плечо пронзила острая, обжигающая боль — в онемевшую руку впился один из толстых корней, и это походило уже не на укол иглы, а скорее на пылающую спицу, которую кто-то проталкивал все глубже, прокручивая ее в ране…
Рик закричал. Фламберг вдруг исчез, но зато ослепительно ярко полыхнул посох. От него в разные стороны разлетелось цветное облако, сотканное из ослепительно-голубого сияния заклинания осколков света и оранжево-красного, создающего огненную стену. Облако ударило во все стороны, разрывая корни на части и опаляя их.
Живые отростки со змеиным шипением отпрянули в стороны и испуганно втянулись обратно в свод, который мгновенно потерял свою рыхлость, изменил цвет и снова выглядел, как камень. Руны погасли. И только у ног Рика все еще шипели и извивались обрубки.
— Дрянь какая, — пробубнил он, чувствуя, что и в нем самом все еще что-то шевелится. Взглянув на свою руку, он, содрогнувшись, поймал ускользающий и липкий от крови живой корешок и осторожно потянул его из ранки. Корень обвился вокруг пальца. Он еще сильней зашевелился внутри, словно стараясь хоть как-то удержаться — но Рик продолжал медленно вытаскивать его. Наконец, корень был извлечен полностью. Сморщившись, Рик поднес к лицу окровавленного червя, чтобы разглядеть получше: действительно, тот очень походил на сангву. Отбросив его в сторону, Рик наклонился и вытащил еще два из бедра — тоненькие, как волоски, но от этого не менее отвратительные. Еще один такой же он вынул у себя из плеча.
— Рут, Приск, Вальд, вы там как?.. Верк?.. — спросил Рик, чувствуя, как начинает кружиться голова и все тело наливается свинцовой тяжестью.
Рут молчала. Вместо нее ответил Вальд.
«Верка больше нет, Рик, — хриплым голосом сказал он. — Храбрый мальчик больше тебе не ответит.»
— Что?.. — проговорил Рик, не веря услышанному. — Как это Верка больше нет?! Верк!!! — закричал он так, что пещера откликнулась громким раскатистым эхом.
«Его выпила эта проклятая гора, Рик.»
— Не может быть, я все еще чувствую в себе ледяной аспект!.. С чего вы взяли, что его больше нет?! Может, он просто заблудился?.. Как те, другие души?.. Верк!!!
Пол качнулся под ногами, и Рик, пошатнувшись, выбрался из галереи в коридор и, придерживаясь рукой за стену, тяжело сел на пол — горячий, как разогретая летним солнцем мостовая.
«Рик, ты как?» — всхлипнув, спросила Рут.
— Кажется, в этой дряни с потолка был какой-то яд… Можешь создать начертание чистоты?..
«Могу, но оно тебе ни к чему — ты не отравлен…»
Кровь стучала в висках все сильнее, в ушах будто шумела вода.
— Тогда почему я чувствую себя больным и пьяным одновременно?..
«Потому что… Ты опустел», — шепотом ответила Рут.
— Можешь ты хоть раз ответить прямо, или Шадр и тебя заразил недомолвками и недоправдой?! — уже крикнул Рик, срывая пуговицы с кафтана на груди, чтобы тесная одежда не мешала дышать. Каждый новый вдох давался все труднее.
Он попытался призвать обратно свой фламберг — но ничего не вышло. Он попытался снова — но так же безуспешно.
«Рик… мы потеряли не только Верка. Лива тоже… И Олуса. А еще эти щупальца выпили из тебя все потерянные души. Они как… как магия Нокса, с помощью которого он может проникать в сознание. А эти проникли в твою душу и выпили их всех… — голос Рут становился все тише, неразборчивей, словно Рик слышал ее сквозь толщу воды. — С тобой осталась только я, Вальд, Приск и Хиджин. Природный аспект, Путеводная Звезда, Тень и вода…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Тут она запнулась, не зная, какими словами сказать последнюю новость. Рик сделал это сам.
