Еще бы! Все видят, как он прямо в небо несется на чудесных качелях, которые сделало солнце!
КАК ПОЯВИЛОСЬ ЭХО
В глубоком овраге жила Тишина. С людьми была почти незнакома она. Каждый день она слушала, как заливаются птицы, как поют соловьи и щебечут синицы.
— Пускай, — говорила она, — птицы поют и порхают. Это ни капельки мне не мешает.
Но однажды увидела Тишина: вдоль оврага идет не спеша человек, а с ним рядом — собака. Идет человек и держит винтовку в руках… И вдруг Тишина услышала гулкое:
— Ба-а-ах!
Тишине показалось, что пуля ей сердце пронзила, и в ту же минуту ее оставили силы. Но через мгновенье она победила испуг, схватила этот противный оглушительный звук и бросила его человеку обратно — чтобы тот понял и сам, как это неприятно!
А человек посмотрел на сумрачный склон и начал кричать собаке:
— Барон! Барон!
Тишине не понравился этот бессмысленный крик.
— Барон! Барон! — до охотника донеслось через миг.
— Барон, ко мне! — закричал он. — Барон, ко мне!
— Барон, ко мне! — послышалось в тишине.
— Чудеса! — удивился охотник. — Ну и потеха!
С этой поры появилось на свете эхо.
ЖАДНЫЙ МЕЛЬНИК
На медленной, узкой речушке стояли три мельницы. Речка течет не спеша — а колеса, знай себе, вертятся. Но в маленькой речке летом воды не хватало, и прорыли три мельника три неглубоких канала, а верней, три канавы — и речку по канавам пустили, и поровну драгоценную воду делили.
Шли крестьяне с зерном — сегодня на эту, а завтра на соседнюю мельницу.
Жизнь идет не спеша, а зерно, знай себе, мелется!
Но был среди мельников завистливый и угрюмый, и вот однажды он хитрое дело задумал. Решил, что воды достается ему слишком мало, так стоит, пожалуй, перекрыть оба соседских канала: тогда вся река в канаву его устремится и втрое быстрей колесо его мельницы будет крутиться. К соседям его забудут крестьяне дорогу, а он станет важной персоной — деньжат заработает много.
Еле дождавшись, когда выйдет на небо месяц рогатый, мельник к соседским канавам прокрался с лопатой и, накидав в них целую гору земли и камней, всю воду из речки пустил по канаве своей.
Осмотрелся, довольный: вокруг тишина, ни души, и направился к дому подсчитывать будущие барыши.
Но как только мельник вернулся домой, нежданно-негаданно хлынул дождь проливной. В мгновение ока переполнила канаву вода — сколько мельник живет, он такого и не видал никогда!
С ревом несся поток, руша все у себя на пути — разве можно на силу такую управу найти? Остается тут только на чудо надеяться…
Но воды становилось все больше — и рухнула мельница.
Сам же мельник той ночью едва уцелел.
Говорить вам не стану, как о затее своей он жалел, как горько тужил и как долго печалился.
На этом история наша кончается.
ДОМ НА КОЛЕСАХ
Когда-то, в селе среди гор и долин, жил тихо и мирно крестьянин один. Жил в низком домишке с детьми и женой, довольный своею нехитрой судьбой.
Любил поиграть со своими детьми, вести разговоры с чужими людьми. Весной он трудился в саду дотемна, но часто его упрекала жена:
— Да разве не видишь ты, как мы живем? Вот-вот превратится в развалины дом. Давно уже нужен надежный нам кров! А ну-ка, мой милый, зови мастеров. Скопили мы денег, пускай и с трудом — зато всем на зависть построим мы дом!
А был тот крестьянин совсем не упрям.
Он спорить не стал, а пошел к мастерам.
— Добро! — отвечали ему мастера. — Возьмемся за дело мы прямо с утра! Но место нашел ты, где дому стоять? И где под фундамент нам яму копать?
— Давно присмотрел я для дома местечко — решил его строить на поле у речки.
— Ну что ж, поработаем, братцы, на славу! — И стали копать под фундамент канаву.
Работали дружно они до обеда, но тут наш хозяин увидел соседа. Тот шел по дороге с тяжелым мешком.
— Что строишь, дружище?
— Семье своей дом.
— Да что же за место ты выбрал, сосед? Тут поле, там речка… Послушай совет! Ведь мы не чужие. Скажу тебе сразу: я дом бы поставил у старого вяза.
— Спасибо, что прямо сказал ты и честно! И вправду, неважное выбрал я место. Тут поле, там речка… Что скажет хозяйка? Эй, стойте, ребята, лопаты бросайте! Да как же я сам не подумал о том? Конечно, под вязом поставлю я дом! Копать было нужно там прямо с утра!
На новое место пошли мастера: где рыть и где строить — хозяйское дело. И снова работа у них закипела. Опять застучали кирки и лопаты.
Но тут мужичок показался усатый.
— День добрый! — сказал. Посмотрел с интересом. — Нет, место для дома не здесь, а за лесом. Тебе не прожить в этом месте и дня. Здесь ветры гуляют, ты вспомнишь меня!
— Да, ветры тут знатные… Прав ты, пожалуй. Еще повезло нам, что вырыли мало. Спасибо, дружище. Будь жив и здоров!
Хозяин повел через лес мастеров.
Пришли. И действительно — тишь, благодать. И снова он яму велел им копать. Но тут подошел к ним случайный прохожий:
— Здесь строить? На что это, братцы, похоже! Тут солнца не видно и воздух сырой. Уж лучше в долине ты дом свой построй!
Налево — направо, повыше — пониже, на склоне — в лощине, подальше — поближе. Но так и не смог наш хозяин решить, где дом ему строить, где будет он жить. А все потому — вам скажу по секрету — что очень хорошие были советы!
И ночь наступила, уснуло село, а утром на зорьке, едва рассвело, к хозяину в дом постучались опять работники-плотники:
— Где нам копать?
Хозяин сказал:
— Я не спал до утра, и вот что я за ночь решил, мастера. Чтоб мне не жалеть и не плакать потом, решил на телеге построить я дом. Поставлю я дом на колеса — и это поможет учесть мне любые советы.
— Что ж, можно построить и так, коль охота!
И снова взялись мастера за работу. Стучали, строгали, рубили, пилили — и быстро хозяину дом сколотили. Понравился дом и хозяйке, и детям. Крестьянин в нем зажил на зависть соседям.
Когда же ему говорил кто-нибудь:
— Тут место плохое! — Он трогался в путь. И дом на колесах он ставил, где нужно.
Так жили они беззаботно и дружно. Но как-то однажды, на самом рассвете поднялся немыслимый, бешеный ветер. Валил он дубы, рвал с корнями березы, метался и бился о дом на колесах!
И дом покатился по скользкой дороге, по полю, вдоль речки, по склонам пологим. Летел он под ветром со скоростью страшной по мокрым холмам, по оврагам и пашням, ломая кусты и деревья, как свечки.
И прямо с обрыва дом бухнулся в речку!
На темных волнах покачался мгновенье и потихоньку поплыл по теченью. Плыл ночи и дни он, с ветрами не споря, и вот наконец-то доплыл он до моря.
Хозяин с семьею там весело жили: купались, смеялись и рыбу ловили, смотрели весь день в небеса голубые и, самое главное, некому было ни утром, ни ночью, ни даже в обед хозяину дать очень ценный совет.
ПЕТУХ В САПОГАХ
Жил-был петух. Его любопытство не знало предела. Свой нос, а вернее свой клюв, он всюду совал то и дело. Как-то залез в чулан, и хоть там не видно ни зги, отыскал среди хлама старые сапоги. Обул их, довольный, прошелся вперед и назад и закричал:
— Ку-ка-реку! Теперь я солдат!
Вышел во двор и военной походкой пошел по дорожке — от страха на дерево прыгнула старая кошка. Свернул на другую тропинку отважный вояка — и в ужасе бросилась прочь и исчезла в овраге собака. Гуси и утки стремглав побежали к плотине. Стало от этой картины страшно и крупной скотине.
Ну а петух ударял сапогом по земле для потехи — и яблоки падали с яблонь, сыпались с веток орехи. Падала с крыш черепица, валились заборы. И бросились люди спасаться — кто в поле, кто в горы. Дрожало от страха вокруг население:
— Да это опасней, чем землетрясение! Кто защитит нас и кто нам поможет? Спасайся, кто может! Спасайся, кто может!
И темною ночью, пока еще не рассвело, покинули люди и птицы, и звери село. Ушли кто куда, и исчезли во мгле. Остался петух — единственный житель в селе. И даже приблизиться люди боялись к селу.
И вот обратились с великою просьбой к орлу:
— Ты смелая птица, орел! Покружись над селом — петух испугается, не посмеет сразиться с орлом!
— Что вы! — ответил орел. — Чепуха! Ведь он в сапогах! Я не смогу одолеть петуха. А коль надоем я ему разговорами, рассердится он и проткнет меня шпорами!
Что делать, оставили люди в покое трусливую птицу, отправились в горы, а там отыскали лисицу:
— Ах, лисонька, мы к тебе с просьбой, ты нам помоги! В нашем селе петух раздобыл сапоги, в них марширует, кричит, нам жить не дает. Сверни ему шею — мы вновь заживем без забот. А ты еще несколько квочек получишь впридачу!
— Заманчиво! — сладко вздохнула лиса, — но ведь вот незадача: для меня это слишком уж трудное дело, и вообще мне ловить петухов давно надоело!
