вытирает слезы со щек. — Ты не умрешь.
Прежде чем я успеваю сказать что-то еще, он выбегает из больничной палаты.
Боже, это слишком тяжело.
Как мне попрощаться с отцом, зная, что он будет совсем один в этом мире? Как попросить его продолжать жить после того, как меня не станет?
Я готова на все, лишь бы избавить его от горя и одиночества.
Глава 2
Ренцо
Проверяя с Элио состояние груза, я слышу заразительный смех Джулио, который спорит с Фабрицио и Винченцо.
— Джулио, не стоит себя мучать, — бормочу я. — Я никогда не сделаю тебя охранником.
Он останавливается на середине удара и делает недовольное лицо. — Да ладно, Ренцо. Я почти так же хорош, как Фабрицио и Винченцо.
Я фыркнул, а Винченцо ответил: — Если бы. — Чтобы доказать свою точку зрения, он ловко сбивает Джулио с ног, заставляя его упасть на задницу.
Раскатистый смех Элио наполняет воздух, когда он качает головой, его тон наполнен сарказмом, когда он говорит: — Да, ты очень хорош.
Нахмурившись, Джулио поднимается на ноги. — Я был застигнут врасплох.
Поднимаясь со стула, я говорю: — Элио, проследи, чтобы груз в Китай не опоздал. Контракт с Триадой очень важен.
— Сделаю, босс.
Когда я иду к двери, Джулио догоняет меня. — Куда мы едем?
— В ресторан, — отвечаю я, выходя со склада.
— Будем обедать? — спрашивает он. — Я умираю с голоду. Успел нагулять аппетит во время спарринга с парнями.
Я бросаю на него взгляд. — Нет. Чтобы проверить, все ли идет хорошо. Ты когда-нибудь не думал о еде?
— Конечно. Когда я тренируюсь, чтобы стать твоим охранником, я вообще не думаю о еде.
Вздохнув, я говорю: — Ты мой водитель, и на этом разговор окончен.
Джулио всего двадцать лет. Его отец, Сантино, был водителем моего отца, пока тот не скончался от сердечного приступа пару лет назад. С тех пор Джулио практически стал моей тенью, а чтобы он не отвлекался, я сделал его своим водителем.
Когда я рос, я видел Сантино чаще, чем собственного отца, и я всегда считал Джулио членом семьи.
Находясь рядом со мной, он постепенно узнает все о бизнесе, и когда он будет готов, я сделаю его младшим боссом Элио.
Я близок со многими людьми, но Джулио для меня как младший брат, а это значит, я его оберегаю.
Конечно, я забочусь обо всех своих людях, но есть несколько человек, которых я люблю, как родную кровь. Элио, Франциско, Винченцо и Джулио находятся на самом верху, вместе с другими главами Коза Ностры.
Джулио открывает дверь черного "Бентли", а когда я забираюсь внутрь, закрывает ее и спешит обойти машину спереди, чтобы сесть за руль.
Пока мы отъезжаем от склада, он молчит.
В пяти минутах езды от La Torrisi, ресторана, который я открыл, когда мне был двадцать один год, Джулио спрашивает: — Почему?
Не отрывая взгляда от вида за окном, я отвечаю: — Почему я не разрешаю тебе быть моим охранником?
— Да.
— Потому что моя работа - защищать тебя. А не наоборот.
— Но...
— Хватит, Джулио, — огрызаюсь я. — Господи.
Когда он паркует машину перед рестораном, в его тоне слышится раскаяние: — Я не хотел тебя расстраивать. — Оглянувшись через плечо, он встречает мой взгляд. — Я просто хочу быть в состоянии обеспечить твою безопасность.
Вздохнув, я смотрю на него и отвечаю: — А я хочу, чтобы ты был в безопасности. Это мой долг как старшего. — Наклонившись вперед, я кладу руку ему на плечо и сжимаю его. — Я обещал твоему отцу, что буду присматривать за тобой. Позволь мне сдержать свое обещание.
Уголок его рта приподнимается, затем он кивает. — Хорошо.
Открыв дверь машины, я говорю: — Пойдем. Давай поедим.
Он хихикает, вылезая из машины, и как только мы заходим в ресторан, я слышу громкое урчание желудка Джулио.
— Сделай свой заказ, а потом встретимся в офисе, — бормочу я, оставляя Джулио в главной части ресторана.
Как только я вхожу в свой кабинет, мой телефон начинает вибрировать, и когда я достаю его, то вижу на экране имя Франко.
Франко - один из глав Коза Ностры. Я близок с Дарио, Анджело и Дамиано, но Франко - мой лучший друг.
Я отвечаю с улыбкой: — Привет. Как дела?
Я слышу, как он зевает, прежде чем пробормотать: — Черт, я умру от недосыпания.
Я смеюсь, садясь за свой стол, и, включив ноутбук, говорю: — Вот что бывает, когда у тебя тройняшки.
Франко женился несколько лет назад и только что стал гордым отцом трех прекрасных малышей. В последнее время я не часто его видел, потому что семья занимает все его время.
Если подумать, то и Анджело я вижу нечасто. Он так же занят своей женой и ребенком.
Я не единственный холостяк в нашей группе. Не похоже, что Дарио и Дамиано остепенятся в ближайшее время, так что я по-прежнему провожу с ними время раз в две недели.
— Да-да. — Франко снова зевает, прежде чем прочистить горло. — Твой груз добрался до Перу без проблем.
— Спасибо за новости. — Откинувшись в кресле, я спрашиваю: — Когда мы уже встретимся?
— Ты всегда можешь приехать и помочь с детьми.
Я разражаюсь смехом. — Я пас. Я не очень хорошо отношусь к плачущим детям.
Джулио заходит в кабинет и садится напротив меня.
В этот момент я слышу детский плач на другом конце телефона, и Франко испускает усталый вздох. — Мне пора.
— Удачи, — усмехаюсь я, прежде чем завершить разговор.
— Франко? — спрашивает Джулио.
— Да. Он чертовски устал. Тройняшки не дают ему покоя.
Джулио смотрит на меня с минуту, а потом спрашивает: — Ты когда-нибудь собираешься жениться и завести детей?
Покачав головой, я переключаю внимание на экран ноутбука. — Нет.
— Но тебе нужен наследник, который займет место, когда ты уйдешь на пенсию.
Мои глаза переходят на его лицо, а затем возвращаются к экрану. — У меня есть Элио.
Джулио берет ручку из держателя на моем столе и, схватив липкую записку, начинает рисовать карикатуры. — Да, но Элио старше тебя. Что, если он уйдет на пенсию?
— Господи, да ты сегодня просто полон вопросов, — бормочу я.
Я открываю документ с перечнем запасов ресторана и проверяю, не заказал ли Ален, шеф-повар, слишком много ингредиентов. Этот ублюдок однажды заказал столько форели, что ею можно было бы накормить целую армию, и три четверти ее пришлось выбросить на помойку.
Джулио наклоняется вперед и прикладывает маленький квадратик бумаги к экрану, а затем ухмыляется мне.
Он нарисовал карикатурного мужчину, держащего на руках кричащего ребенка.
Усмехаясь, он говорит: — Это может быть твоим будущим.
Я отрываю липкую
