Читаем без скачивания Между процедурами. Записки слишком занятой медсестры - Сату Гажярдо

И ведь даже в отпуске не можешь отключиться. Вот, допустим, ты в Париже – и стоит только увидеть рядом больницу, все, ты пропала! Уже не можешь не думать о том, как там все устроено, какие люди работают. Заканчивается все тем, что ты заходишь туда взглянуть, как говорится, одним глазком и в то же время ловишь себя на мысли, что ты точно чокнутая. Потом заставляешь себя спуститься к пляжу и выбрать себе хорошенькое местечко на первой береговой линии. В тесноте, между пенсионерами, детьми, строящими замки из песка, и женщинами с руками на поясе, похожими на самовары.

Походы на пляж похожи на прогулки в аптеку, только на свежем воздухе. Люди прогуливаются по берегу, а ты, не упуская малейших деталей, изучаешь швы на них.

«Вот те на, смотри-ка на него, ну и вес, надо же было так аппендицит криво вырезать! А вон тот, вот так рубец, словно пузырь. А эта, с головой, бритой наполовину. Бедняжка, ей, наверное, мозговую опухоль вырезали. Ан нет! Это сейчас так модно».

У нее голова бритая наполовину, ей вырезали опухоль? А-а-а, это всего лишь модная стрижка!

Но есть одна вещь, которую я никак не могу понять: почему для моих подруг я всегда должна знать ответ на любой медицинский вопрос. Раз я медсестра, то должна знать все о детях, желчном пузыре, о том, можно ли умереть, если смешать антибиотики с алкоголем, может ли убить пузырек воздуха в шприце или, наоборот, какой инкубационный период у мононуклеоза[4], какие вакцины надо поставить подруге сестры, чтобы ехать в Эфиопию, что принять ее мужу при боли в животе, можно ли доверять прививке от гриппа. И спрашивают, есть ли у меня денек, чтобы проколоть уши дочке соседки и сделать пирсинг ее матери, которая кормит грудью, может ли она принимать тот или иной препарат и сколько стоит коробка с двадцатью таблетками. Люди! Я медсестра, а не Google!

А вот в моей семье все по-другому. Вся уверенность во мне и доверие, которое питают ко мне мои подруги и соседки, обратно пропорциональны тому отношению, которое царит в моем доме. Мои родственники думают, что любая кассирша из супермаркета, билетерша или продавщица фруктов разбирается в медицине лучше, чем я:

– Сату, дочка, как же меня замучил радикулит! Врач прописал мне эти уколы…

– Не беспокойся, мама, я тебе их поставлю.

– А разве ты умеешь?

– Мама!

Примечание российской медсестры: если твои соседи бабушки и мамы, то от них лучше скрывать свою профессию.

Униформа и шкафчики

Ну, это несерьезно форму медсестры пижамой называть!

В жизни любой медсестры есть некое до и после, и определяет этот момент одежда, то есть день, когда ты надеваешь санитарную униформу. Позднее ты замечаешь, что такие же брюки носят парикмахеры, ветеринары, пекари, но эта одежда все равно тебя вдохновляет.

В один из дней изучения сестринского дела тебя посылают купить униформу, и в этот момент ты начинаешь чувствовать себя частью чего-то важного. Ты примеряешь ее дома, смотришься в зеркало, фотографируешь себя и выставляешь эти фото в Facebook. Ты восхищаешься ею потому, что еще в ней не работала, и думаешь, что она красивая, удобная и в ней ты просто звезда!

С униформой нас связывают многие часы нашей жизни, но есть что-то фундаментальное, чего мы не знаем о ней: кто эти модели, по которым делают выкройки униформы? Таких людей не существует в этом мире! Ведь у них неправильная фигура! Скорее всего, их шьют по выкройкам пижам: для худых и высоких, толстых и низких.

Больничную униформу, скорее всего, шьют по выкройкам пижам: для низких и высоких, а третьего не дано!

По прибытии на работу ты должна надеть униформу. Час назад ты сняла с себя пижаму, сорок минут назад надела повседневную одежду и теперь снова должна раздеться и переодеться в пижаму, называемую здесь формой. Если ты кого-то подменяешь, то, скорее всего, тебе дадут далеко не новую форму. Ты смотришь на нее и думаешь: «Или та, что ее носила, уже на пенсии, или ее просто списали по старости». Да, ты угадала, второй вариант. Она не могла ее на себя надеть, потому что она настолько изношена, что сквозь нее видно бирку трусов и все кружева лифчика. Интересно, кто решил, что именно такая одежда мне подойдет? Но я все равно ее надеваю и хожу как ни в чем не бывало. Я смелая, я все могу!

Если ты работаешь порядка трех лет на одном месте или состоишь в профсоюзе, то тебе, вероятно, выдадут персональный шкафчик[5]. Получение личного шкафчика – это настоящая удача и мечта всех медсестер!

– Мама, мне дали, мне его дали!

– Что? Постоянное место работы?

– Почти! Личный шкафчик!

Если ты работаешь подменной медсестрой, то со временем узнаешь обо всех укромных комнатках больницы, закрывающихся изнутри, где можно быстренько переодеться.

Только подменная медсестра может быстро и незаметно переодеться в незнакомой ей больнице!

Но неважно, подменная ты или нет, со временем у нас развивается тысячелетнее искусство, доступное только медицинскому персоналу: эквилибристика[6]. Любая медсестра Испании способна скинуть с себя обувь, свитер, носки, все убрать и вновь надеть белые носки и униформу. И все это стоя на одной ноге, без страховки, удерживая равновесие одной рукой! Однажды, во время пересменки медсестер, та, что переодевалась у крайнего шкафчика, потеряла равновесие и из-за неловкого движения упала на рядом переодевающуюся коллегу, которая в свою очередь упала на другую, вызвав эффект домино. Подобное случается с завидной регулярностью. Кстати, для себя я решила: в день, когда закроют все больницы, подам резюме в цирк!

Сестра, воздух в капельнице!

Осторожно, нас всех может убить маленький пузырик

По дороге домой в метро я случайно услышала разговор двух женщин, которые говорили о больнице, и, естественно, я не упустила возможности «погреть уши».

Речь шла о некой третьей женщине-пациентке, которая лежала в больнице, и никто из ее семьи не приходил к ней следить за капельницей…

Следить за капельницей! Для них почему-то не считается важным дренаж или то, что женщина переживает болевые ощущения и что некому помочь ей дойти до туалета, если у нее вдруг закружится голова, или то, что кто-то может проникнуть к ней в палату и что-то украсть. Все это ерунда, а вот очень важным оказывается процесс наблюдения за капельницей. От нее можно умереть? Она что – опасна?

Всем известно, что есть капельницы, которые в процессе капания «устают» и перестают капать; также есть такие, которые вдруг пользуются тем, что их не контролируют, сами по себе начинают капать быстрее, но самые страшные капельницы из всех (в высшей степени злодейские!) те, которые «генерируют пузырьки воздуха». И эти женщины из метро были одними из тех, которые знают, что воздух убивает. Вероятно, у одной из них попал в больницу с пневмонией 96-летний дядя, и добьет его именно этот пузырек воздуха в пакете с парацетамолом, а не инсульт.

Я думаю, что все это они почерпнули из какой-нибудь утренней телевизионной программы про здоровье, в одном из выпусков которой когда-то говорили про капельницы. Эти программы смотрят все дедушки и бабушки, чтобы стать бессмертными. Они сродни футбольному матчу Мадрида с Барселоной: пока они идут, никто не посещает поликлинику.

Самые злые капельницы – это те, которые генерируют пузырьки воздуха!

И вот так, смена за сменой, ночь за ночью, без остановки я бегу на звонки людей из палат, которые обнаружили пузырек воздуха в капельнице, малюсенький пузырек, который приклеился к внутренней стенке пакета, сам испугавшийся трех членов семьи и медсестры, так пристально за ним наблюдающих. И ты думаешь: «Если я его оттуда не уберу, они опять меня вызовут, но если я это сделаю, то мне придется слить половину антибиотика». И в конце концов ты решаешь вопрос резко: «Да нет же, господа! Этот маленький пузырек воздуха не сможет спровоцировать у пациента смертельную эмболию[7], что его может убить, так это банальный страх».

Вы все еще покупаете йогурты?

Есть два класса людей: те, кто ими лечится, и те, кто нет

Вы уж извините, но кто-то же должен рассказать всю правду о йогуртах. С вашего позволения, на правах медсестры я, пожалуй, начну.

В каждой рекламе детям дают по два йогурта, а в жизни все происходит по-другому: один давали мне, а другой – моему брату, если он хорошо себя вел. С тех пор у нас с ним сложилось чувство несоответствия рекламы с нашей реальной жизнью, либо наши родители были жадными. Ну что же, бывает! Но теперь реклама пестрит «лечебными йогуртами» так, что уже не знаю, где моя бабуля купит лекарство: в супермаркете или в аптеке.

Йогурт № 1: йогурт-звезда, йогурт президента сборной по футболу Испании. Его производители начали с рекламы, в которой у одного дядьки случился инфаркт, пока он играл в пинг-понг, из-за того, что он не ел этот йогурт… Инфаркт! От пинг-понга! И так напугали людей, что теперь у половины страны он в холодильнике! Если вы принимаете что-нибудь от холестерина, его пить не нужно. Если же вы возьмете стаканчик молока и растворите в нем двадцать миллиграммов симвастатина[8], то в момент получится тот же Йогурт № 1.