приходить последним.
Он вёл себя так, словно до самой встречи был занят заключением сделок и зарабатыванием денег, и не суетился. Всё дело было в том, как себя подать. Он подошёл к фуршетному столику и буфету, накрытому на нем, и, не спеша, ознакомился с ассортиментом.
Поскольку было утро, в буфете можно было позавтракать: фрукты, выпечка, кофе, чай и сок. Он взял себе, похоже, кекс с клюквой и апельсиновый сок и сел на ближайший свободный стул.
— Хорошо. Давайте начнем, — заговорил старший партнер Алонсо Перейра. — Во-первых, я хотел бы, чтобы вы знали, что отдел маркетинга и PR прилагает все усилия для расширения присутствия «Paragon» в Интернете. Они наняли штатного координатора социальных сетей, — он указал на лежащий перед ним документ. — Её зовут Мэрайя Кларк, она приступит к работе в понедельник, так что прошу поприветствовать её и оказать тёплый приём.
— Координатор социальных сетей. Господи. Это что, реальная должность? — пробормотал он, когда Алонсо попросил руководителя отдела маркетинга подробнее рассказать о том, чем будет заниматься новая сотрудница.
Как партнёра, который участвовал в годовой прибыли компании, его интересовало, во сколько именно обойдётся фирме этот человек, который будет сидеть и целыми днями прокручивать ленты социальных сетей.
Эван Кляйн, сидевший рядом с ним, наклонился ближе.
— Не жалуйся. Я видел её, когда она приходила на встречу с отделом кадров. Она симпатичная.
Ксандер повернулся, чтобы бросить на Эвана взгляд.
— Симпатичная — это не совсем то, что я ищу. Ни в романтическом партнёре, ни в новом сотруднике.
— Мы все не можем жениться на моделях, — ответил Эван.
Жениться? Он мог иногда ходить на свидания с Хилари, моделью, о которой так язвительно говорил Эван, но не более того.
Ксандер фыркнул.
— Поверь мне, я не собираюсь ни на ком жениться в ближайшее время.
В его жизни не было времени на любовь или на семью.
И уж точно у него не было времени высиживать совещания по поводу каждого нанятого компанией сотрудника низшего звена, не говоря уже о том, чтобы лично приветствовать их.
Он надеялся, что это дерьмо скоро закончится. У него была работа, а сейчас работа — это всё, что имело значение.
ГЛАВА 1
ШЕСТЬ МЕСЯЦЕВ СПУСТЯ
— У вас есть наше предложение, — сказал Ксандер, когда его длинные ноги преодолели пространство между стенами его кабинета.
Дойдя до двери, он повернулся и зашагал обратно к окну, из которого открывался вид на Большое Яблоко с высоты птичьего полета, сверкающему нехарактерно яркой белизной благодаря падающим с облаков хлопьям снега.
В офисе было тепло, так как из кондиционера поступал горячий воздух, но, подойдя к окну достаточно близко, он почувствовал, как сквозь стекло проникает холод.
Глядя на верхушки зданий, он продолжил.
— Бейли Ноулз не купишь меньше чем за десять тысяч за пост. Поэтому, если вы хотите, чтобы ваша новая помада красовалась на её губах перед десятью миллионами её подписчиков, это обойдётся вам в десять тысяч. Я предлагаю вам заключить сделку до того, как она наберёт одиннадцать миллионов подписчиков. Тогда цена возрастёт до одиннадцати. Позвоните мне, когда будете готовы подписать контракт.
Не дав им времени сказать что-то ещё, он сбросил звонок, сел и откинулся в своём кресле.
Сжав пальцы, он стал ждать. Он ожидал, что пройдёт несколько минут, прежде чем они перезвонят, но они это сделают. Он в этом не сомневался.
— Ну и дьявольская ухмылка.
Ксандер поднял глаза и увидел Эвана, стоящего в открытом дверном проёме.
— Правда? — спросил он, почувствовав, как его ухмылка становилась всё шире.
— Да. С такой ухмылкой ты бы побил Гринча. Кого ты сейчас трахнул? — спросил Эван, сделав ещё один шаг вглубь комнаты и с нетерпением ожидая ответа.
— Ты имеешь в виду, какому потенциальному клиенту-партнеру я предоставил бесценную возможность? Это небольшой косметический бренд с иллюзиями, что они смогут договориться со мной и снизить цену на Бейли.
Эван рассмеялся.
— Новая жемчужина в нашей короне. Да, этого не случится. Александр Баррингтон не ведёт переговоров.
Ксандер кивнул.
— Верно. Они пытались разыграть карты с правами женщин и представителями меньшинств.
Он не занимался такой ерундой. Будучи одним из лучших юристов Нью-Йорка в индустрии развлечений, он занимался тем, что зарабатывал деньги для своих клиентов — и, в свою очередь, для компании и для себя. Чем больше, тем лучше, для всех.
На гладкую поверхность его стола упала тень. Сквозь окна углового кабинета было видно, как солнце после полудня скрылось за офисным зданием на противоположной стороне улицы.
В это время года в бетонных каньонах Манхэттена становилось холодно и темно.
— Полная темнота наступит через сорок пять минут или около того, — он взглянул на свои смарт-часы.
Адреналин от переговоров начал спадать, но день ещё незакончен.
Ксаднер до мозга костей ощущал, что уже восьмой час находился за своим рабочим столом. Сегодня рано утром он разговаривал по телефону с Лондоном. А западное побережье только-только возвращалось с обеда.
Пора было отправляться в комнату отдыха к автомату с эспрессо.
Со скрипом кожи и грохотом колёсиков отъехавшего кресла, он поднялся и схватил свой телефон, чтобы взять его с собой.
Сделав шаг к Эвану, он спросил.
— Кофе?
Эван усмехнулся.
— Всегда.
Ксандер прошёл по ковровому покрытию офиса к двери комнаты отдыха, где столкнулся лоб в лоб с невысокой, но стремительной, звенящей, разноцветной кляксой, бегущей так быстро, что она отскочила, развернув его, прежде чем пролепетать псевдоизвинения и продолжить путь.
Он нахмурился, глядя ей вслед, а затем спросил.
— Что это было?
— Новый сотрудник отдела маркетинга.
Ксандер знал, кто она такая. Он был на совещании, когда Алонсо объявил, что у них в штате появился координатор социальных сетей. Но он спрашивал не об этом.
— Я имел в виду, что на ней было надето?
— Я бы сказал, что это рождественский свитер, судя по красному носу Рудольфа и бубенцам.
— Она немного… не в себе? — спросил Ксандер совершенно серьёзно.
Эван рассмеялся.
— Я думаю, она просто наслаждается праздниками. Очень. Весь октябрь она носила одежду на тему Хэллоуина — мне особенно нравились легинсы с черепами. А потом был кардиган с индейкой на День благодарения. Похоже, она перешла к теме Рождества.
Он выбросил из головы весёлое пятно, когда она заняла место за одним из столов в открытой общей рабочей зоне, которая, по мнению какого-то эксперта, была хорошей идеей. Сплочение коллектива и всё такое. Слава Богу, его должность позволяла иметь настоящий кабинет со стенами и дверью.
Переместившись к кофейному автомату, Ксандер насмешливо
