Полмесяца его безучастное лицо преследовало Мэган. Ему наплевать на ее страдания. Он не считает себя виноватым. Мэган напрасно надеялась, что Мэтт испугается, попросит прощения, обвинит во всем ту, разлучницу. Разве она не хотела простить его, не была готова принести себя в жертву? Но Мэтт не нуждался в ней. Ему было абсолютно все равно, что она думает и чувствует, и его равнодушие тяжеленной гирей давило на нее. Как давно он охладел к ней? Почему она ничего не заметила, не почувствовала? Может быть, когда он надевал ей на палец кольцо, он уже сожалел о поспешной женитьбе? Мэган не задавала вопросов.
Она боялась услышать ответы.
1
Как обычно после спектакля Мэган быстро оделась и пошла к выходу, стараясь не попасться никому на глаза. На улице моросил мелкий дождик. Он так красиво переливался в свете уличных фонарей, что Мэган, стоя под козырьком подъезда, на секунду залюбовалась тонкими струйками воды. Хотя надо было быстрее бежать на стоянку, а не ждать, пока дождь пойдет сильнее.
Мужчину с большим черным зонтиком и букетом ослепительно-белых роз Мэган заметила не сразу. Из подъезда ей казалось, что мощенная камнем площадка перед главным входом совершенно пуста. Но мужчина стоял в тени с правой стороны от подъезда и неожиданно заговорил с Мэган, когда она наконец шагнула на улицу.
— Вы промокнете, — сказал он, закрывая Мэган зонтом.
Она с удивлением посмотрела на него. Надо бы испугаться непрошеного благодетеля, но было нечто в его мягком спокойном голосе, в выражении его лица, что превратило этот жест в элементарную вежливость воспитанного человека.
— Спасибо, — ответила Мэган. — Но дождь, кажется, не сильный.
— И все равно вы промокнете, пока до машины дойдете, — улыбнулся он. — Да и цветы тоже. Это вам. — Он протянул Мэган букет.
Розы были чудо как хороши — только что распустившиеся, свежие, на крепких толстых стеблях, с редкими капельками дождя на белоснежных лепестках. Целительная сила их аромата отвлекла ее на мгновение от горьких мыслей, и уже за это Мэган была благодарна незнакомцу.
— Спасибо, — второй раз прошептала она.
— Я был на спектакле, — сказал мужчина. — Вы прекрасно играли.
Мэган улыбнулась.
— Но у меня сложилось впечатление, что вас что-то гложет, — продолжал мужчина. — Что-то очень неприятное. Вы были одновременно и на сцене, и в каком-то другом месте. Причем в плохом месте.
Его негромкий голос завораживал, и Мэган ощутила странное желание довериться этому мужчине, выплакать на его плече свою боль. Незнакомец, вынырнувший из ночного сумрака, вряд ли будет издеваться над ней. Он просто выслушает с мягкой понимающей улыбкой, и ей станет легче.
— Вы угадали, — сказала Мэган. — Мне действительно очень плохо.
— Из-за вашего мужа?
— Вы умеете читать мысли? — невесело рассмеялась она.
— Нет, я просто умею читать. Эти… сплетни напечатаны во многих газетах.
— К сожалению, это не сплетни, а чистая правда.
— Мне очень жаль.
— Мне тоже, — вырвалось у Мэган.
— Но вы переживете. Вы сильная женщина и сумеете справиться. Я говорю банальности, конечно, но он… он вас не достоин.
Лицо мужчины было по-прежнему невозмутимо, но в голосе прозвенела тревожная, страстная нотка.
— Вы меня утешаете? — усмехнулась Мэган.
— Нет. Я говорю правду. Вам нужно не утешение, а друг, который молча вас выслушает и поймет.
Это походило на колдовство. Совершенно незнакомый человек читал ее мысли, словно раскрытую книгу.
— Неужели у меня все на лице написано? — Мэган попыталась смехом скрыть свое смущение.
— Нет, что вы… Вы прекрасно владеете собой, так что не бойтесь…
Мэган вскинула голову.
— Чего я должна бояться?
— Того, что другие угадают, как вам больно.
— У вас есть ответы на все вопросы?
— Почему у меня? Ответы просто есть. Они витают в воздухе, и стоит всего лишь выбирать те, которые нужны. А дождь, кстати, прошел.
Незнакомец убрал зонт, и в свете фонарей Мэган смогла наконец разглядеть его. Высокий молодой мужчина, лет тридцати — тридцати пяти, аккуратная стрижка, правильные черты лица и глаза, глядящие прямо в душу. Мэган вдруг сообразила, что все еще стоит очень близко к нему, словно над ними до сих пор раскрыт его зонт. В тот же миг мужчина шагнул назад.
— Вы торопитесь домой?
Еще пять минут назад Мэган бы ответила «да» и немедленно ушла. Но сейчас она уже никуда не спешила. Хотелось побыть рядом с этим удивительным человеком, послушать его голос, узнать о нем что-нибудь. В его присутствии ее обволакивала необъяснимая уверенность в том, что все наладится.
— В принципе нет, — сказала она, чуть помедлив.
— Не покажется ли вам наглостью с моей стороны, если я приглашу вас куда-нибудь поужинать?
— Ужинать? Нет, — рассмеялась Мэган. — Я в такое время стараюсь не есть. А вот от чашки чая не откажусь. — Она почувствовала себя польщенной, когда увидела, какой радостью вспыхнуло его лицо.
— Здесь недалеко есть милое кафе. Можно посидеть там. — Он старомодно склонил голову.
— Как скажете.
В кафе Мэган знали. Она попробовала представить, что подумают официанты о ее спутнике. Раньше она была очень осмотрительна. Любые невинные отношения можно извратить, чтобы состряпать скандальную историю. Мэган переживала не из-за себя — она боялась огорчить мужа. Но сейчас ей было все равно, и она с удивлением обнаружила, что эта внезапная нежданная свобода не так уж плоха.
Они сели за столик для двоих и сделали заказ. Мэган украдкой разглядывала своего спутника, пока он разговаривал с официантом. Лицо его не поражало красотой, но оставляло очень приятное впечатление доброжелательности. Однако одновременно в нем чувствовалась недюжинная сила духа. Этому человеку не нужно было быть агрессивным или постоянно доказывать свое превосходство над окружающими. Он буквально излучал спокойствие и уверенность, и, глядя на него, Мэган подумала, что, в сущности, почти ничего не знает о жизни или мужчинах. В последние три года она замкнулась на одном Мэтте. Он казался ей идеалом, все остальные мужчины бледнели на его фоне. Но вот ее прекрасная любовь разлетелась вдребезги, и она с удивлением увидела, что можно не быть Мэттом Джейкобсом и все же привлекать.
— Вы так странно на меня смотрите, — улыбнулся он.
— А что мне еще остается? Я никогда не сидела ночью в кафе с незнакомым мужчиной. Я даже не знаю, как вас зовут.
— Когда говоришь о важном, как-то не до имен.
— Наверное, да, — кивнула Мэган. — Но вы-то меня знаете.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
