— Дело твое, Мэг. Вот только как ты без меня будешь жить?
И завтра, и послезавтра, и послепослезавтра Мэган одинаково отвечала себе на прощальный вопрос Мэтта: ужасно. Она просыпалась на мокрой от слез подушке и густо накладывала тональный крем, чтобы скрыть мешки под глазами. Мэтт был повсюду — в шкафу висели его рубашки, которые он так и не забрал, на кухне его синяя чашка стояла на полке рядом с ее, даже его ношеная тенниска в корзине для белья пахла его до боли знакомым парфюмом. Везде были его фотографии, книжки, вещи, маленькие листики, вырванные из блокнота и исписанные его рукой. Мэган радовалась предстоящим гастролям, как не радовалась даже свадьбе.
Она твердо знала, что еще одна неделя в этой квартире — и она либо сойдет с ума от тоски, либо будет умолять Мэтта вернуться.
И то и другое было одинаково недопустимо.
Заняв любимое место у иллюминатора, Мэган почувствовала, как железные тиски постепенно разжимаются. С каждой милей росла уверенность в том, что вдали от Мэтта она полностью излечится. Ее ждет новая жизнь. Может быть, новая любовь. Мэган попыталась вспомнить лицо Фрэнка и не смогла; лишь его голос и улыбка остались в памяти. Но и это уже хорошо. Достаточно для того, чтобы захотеть его увидеть.
Мэган позвонила ему сразу, как только они устроились в Солт-Лейк-Сити. Она сидела одна в гостинице, как всегда отказавшись присоединиться к коллегам на вечеринке, и вдруг захотела поговорить с кем-то, кто был бы действительно рад ее звонку. В памяти телефона его номер и номер Мэтта стояли рядом, и Мэган усмотрела в этом знак свыше. Этот человек поможет ей избавиться от наваждения. Он вытащит ее из болота, в которое она попала по собственной глупости.
Фрэнк ответил сразу, как будто ждал ее звонка.
— Привет, это Мэган.
— Здравствуй. — Его голос потеплел. — Рад тебя слышать.
— Я в Юте, — сказала Мэган. — Даем один спектакль в Солт-Лейк-Сити и улетаем дальше в Шайенн.
— Ты сможешь найти время для меня?
— Одну ночь, не больше.
— Этого вполне хватит, — рассмеялся Фрэнк. — Я буду тебя ждать.
Он пришел на спектакль, элегантный, стильный, уверенный в себе, и снова с букетом белых роз. Мэган заметила его еще со сцены, когда вышла на финальный поклон. Он сидел во втором ряду и не сводил с нее глаз.
— Жди меня у входа через полчаса, — шепнула ему Мэган, когда он вышел на сцену и преподнес ей цветы.
Чувствуя себя заговорщицей, она быстро прошмыгнула в гримерку, переоделась и, стараясь не натолкнуться на знакомых, вышла из театра. Завтра к одиннадцати она должна вернуться к себе в номер, чтобы улететь в Шайенн вместе со всеми. И она как примерная девочка вернется вовремя. Но сегодняшняя ночь принадлежит ей.
Фрэнк ждал ее у черного «форда».
— Садись. — Он распахнул перед ней заднюю дверцу.
— А куда мы едем?
— Ко мне. Путь неблизкий, поэтому лучше поторопиться.
— К одиннадцати утра я должна быть в гостинице, — заволновалась Мэган.
— Мы все успеем. Не волнуйся. — Он провел пальцем по ее щеке.
И Мэган решила последовать его мудрому совету.
Фрэнк привез ее на вертолетную площадку на окраине города. По всему периметру были расставлены фонари, и поэтому на площадке было светло. Дул сильный ветер, и длинные волосы Мэган лезли ей в глаза и мешали разглядеть, что происходит вокруг. Фрэнк схватил ее за руку.
— Ты когда-нибудь летала на вертолете?
— Нет.
— Смотри.
Он махнул рукой, и Мэган, собрав растрепавшиеся волосы, наконец увидела в дальнем конце площадки вертолет.
— Пойдем. — Фрэнк потянул ее за собой, и они почти бегом бросились к вертолету.
Он показался Мэган огромным — темно-серая громадина с крошечной кабиной пилота. Лопасти пропеллера лениво, как бы нехотя, вращались над ним.
— Давай быстрее, а то улетит без нас.
Боковая дверца отъехала в сторону, и Мэган увидела незнакомого мужчину в защитной форме, который протягивал ей руку. Это походило на захватывающее приключение — вертолетная площадка, незнакомые лица, появляющиеся из ниоткуда, слепящие огни фонарей, оглушительный шум лопастей над головой и твердая мужская рука, сжимающая ее локоть.
Как в кино, невольно подумала Мэган, забираясь в вертолет. И тут же поправилась: нет, намного лучше. Это реальная жизнь, а не декорации, и она не изображает из себя романтическую героиню, а на самом деле является ею.
Вертолет взлетел. Мэган почувствовала легкую качку и вцепилась в руку Фрэнка.
— Не бойся, — прошептал он, — через двадцать минут мы будем на месте.
Он казался таким сильным, что Мэган совершенно успокоилась. Пока она с ним, ничего дурного не случится. Выглянув из-за спинки кресла пилота, Мэган увидела сквозь лобовое стекло бесконечное темное небо, прорезаемое вертолетными фарами.
— На машине пришлось бы ехать долго, — сказал Фрэнк. — Жаль только, что сейчас так темно. Вид отсюда незабываемый.
— Нет, все очень красиво. Мне нравится.
Мэган хотелось, чтобы пилот сказал что-нибудь, показал, что он осознает присутствие женщины на борту. Но он, как и второй мужчина, который помог ей забраться в вертолет, хранил молчание. Они оба вели себя так, словно ее не существовало, и Мэган было чуть обидно. Она не привыкла к такому отношению со стороны мужчин. Но, может быть, они получили от Фрэнка строгие указания не беспокоить ее? Все может быть. Фрэнк вел себя с ними как начальник с подчиненными, и они беспрекословно слушались его.
Ничего себе учитель, подумала Мэган, услышав, как Фрэнк дает указания пилоту. Если это его люди, то чей, интересно, вертолет? Неужели у учителей такая огромная зарплата, что позволяет спокойно летать на вертолетах? Над этим стоило поразмыслить. Мэган представила, как мужчина, назвавшийся учителем, вдруг оказывается миллионером, сколотившим состояние на… допустим, золотых приисках. Какая неожиданная развязка для случайного знакомства. Можно и фильм снять о том, как преуспевающий бизнесмен, влюбленный в актрису, знакомится с ней под личиной простого человека, чтобы она в первую очередь оценила его душевные качества, а не толстый кошелек. Хотя, кажется, это уже сто раз было.
Мэган так и подмывало спросить, откуда взялся вертолет, но она решила не торопить события. Фрэнк явно приготовил ей сюрприз, и она все узнает в свое время. Зачем проявлять недостойное любопытство и лишать саму себя радости?
Они прилетели на место через двадцать пять минут. Вертолет приземлился на утрамбованную земляную площадку. Был включен один слабый прожектор, и пилоту пришлось садиться практически вслепую. Мэган была немного разочарована. Насколько можно было разглядеть, городок представлял собой скопление беспорядочно построенных бараков высотой не больше трех этажей. Ни красивого освещения, ни нарядных улиц — только грубо построенные дома и кривые дороги.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
