лицом к сестре. Обещаю, я сделаю все быстро, и вам не придется долго там стоять.
Он не думал, что сможет когда-нибудь забыть взгляд девушки. Очевидно, это для нее тяжелое испытание. Наверное, она впервые столкнулась со смертью, и этот опыт, несомненно, останется с ней на всю жизнь — но ее родители ясно дали понять, когда вчера попросили его приехать. Они могли позволить себе оплатить только два снимка, поэтому он не мог допустить ошибки; эти два снимка должны выглядеть идеально.
Он осторожно повернул Флору лицом к мертвой сестре и почувствовал, как она задрожала всем телом. Затем подошел к Мейбл и повернул ее в такое же положение, так что они обе смотрели на свою сестру с тем, что, как он надеялся, можно принять за любящее внимание, а не за ужас. После он снова вернулся к фотоаппарату и спрятал свою голову под тканью. Держа в руках вспышку, сделал сначала один, потом другой снимок.
— Вот и все. Спасибо за ваше терпение, девочки. Теперь вы можете идти.
Флора поспешила прочь от покойницы, с которой несомненно делила спальню последние двенадцать лет; возможно, они даже спали в одной кровати. Как печально, что двух таких близких сестер теперь разлучила смерть. Тем не менее, не ему что-либо говорить; его работа здесь закончена. Он сложит свое оборудование и вернется к себе домой, чтобы проявить пленки. Он, конечно, оставит себе пару копии. В его коричневом кожаном альбоме собралась неплохая коллекция.
Люди умирали от всевозможных болезней, и все больше семей хотели, чтобы их близких сфотографировали перед погребением. Увлекшись фотографией в качестве хобби, он и не предполагал, что фотосъемка на память окажется таким прибыльным бизнесом.
Он собрал свои вещи и отнес их к ожидавшей его запряженной карете. Он жил слишком далеко, чтобы носить свое оборудование по городу. Бабушка проводила его до входной двери, оставив рыдающую дочь наедине с мертвой внучкой. Две другие девочки выбежали из комнаты так быстро, как только могли, как только их отпустили. Конечно, наблюдать за таким горем изо дня в день действительно грустно, но это позволило его семье вести образ жизни, о котором они могли только мечтать.
— Как скоро вы сможете принести фотографии?
— Как только они будут готовы, я лично доставлю их. Это должно занять всего два дня, но все зависит от того, насколько я буду занят завтра.
— Спасибо за ваше время, мистер Тайсон. Мы очень ценим это.
Он кивнул, затем повернулся, сбежал по последним ступенькам и забрался в ожидающую его карету. Когда она отъехала, он поднял голову и увидел двух девушек, наблюдавших за ним из окна наверху.
Лицо Флоры выглядело мокрым, несомненно, от слез, которые она наконец-то смогла пролить, а Мейбл смотрела так, словно оценивала его. Смутившись, что их заметили, Мейбл отступила назад, увлекая за собой сестру, а он смотрел прямо перед собой, делая вид, что не заметил ни одной из них.
1995 год
— Прекрасно, действительно прекрасно — вот так, держи эту позу.
Камера вспыхнула несколько раз.
— Великолепно, ты выглядишь потрясающе. Такая скромная и в то же время чертовски сексуальная. Мне очень нравится. — Хит Тайсон подошел к девушке и слегка наклонил ее голову влево. — Вот так, не двигайся, мы почти закончили. Тебе понравятся эти фотографии; клянусь, ты никогда не выглядела настолько хорошо.
Он сделал еще несколько снимков, затем опустил камеру на шею и хлопнул в ладоши.
— Браво, браво. Ты лучшая модель из всех, что у меня были. Большое спасибо за твое терпение.
Хит ушел в свою темную комнату, желая проявить пленку и добавить эти особенные фотографии в свой секретный альбом. Оставшись лежать в шезлонге, она не стала вставать и переодевать длинную, легкую льняную ночную рубашку, в которую он ее одел.
Девушка оставалась там до тех пор, пока он не приходил и не поднимал ее на самодельную тележку, на которой отвозил в морозильную камеру в гараже. Когда Хит оставался доволен своими фотографиями, он раздевал ее и клал обратно в холодную черноту большого морозильника, купленного им, у деревенского мясника, когда тот закрывался.
Захлопнув металлическую дверь, он запирал ее там до следующего раза, либо до тех пор, пока ее тело не начнет слишком сильно разлагаться, в зависимости от того, что наступит раньше. Скорее всего, разложение, потому что он не думал, что когда-нибудь устанет на нее смотреть.
В смерти есть нечто столь прекрасное, чего никогда не встретишь у живых. Ее руки уже начали чернеть, несмотря на низкую температуру. Ему хотелось знать, почему так происходит — в его коллекции викторианских траурных фотографий всегда можно было узнать умершего члена семьи по состоянию его рук.
Он пришел в восхищение, увидев впервые фотографию трех сестер, которым было не больше пятнадцати лет. Ему самому исполнилось восемь лет, когда он нашел тот фотоальбом.
Хита отправили спать, но он слышал, как отец шепчется по телефону. Он знал, что не должен подслушивать, потому что ему нельзя вставать с постели, но не мог заснуть. Он любил своего дедушку, но сегодняшний визит к нему сильно занимал его мысли.
Обычно веселый дедушка лежал в кровати в передней комнате своего дома с террасой возле оживленной центральной улицы города. Запах от него исходил довольно неприятный. Хит не знал, из-за чего, но как только вошел, ему пришлось зажать нос и стараться не дышать.
Его мать, которая отказалась войти в дом, потому что «не собирается быть там, когда он умрет», осталась дома, и в который раз Хит пожалел,
