В ходе работы над книгой перед автором встал целый рад чисто «технических» вопросов. И первый заключался в том, как… титуловать Давида, да и всех остальных еврейских монархов.
Как известно, русская переводческая традиция издревле переводила ивритское слово «мелех» как «царь», и все израильские самодержцы не только в Библии, но и в научных текстах называются в силу этой традиции «царями». Однако на английский язык слово «мелех» всегда переводилось как «king» — «король», и в 90-х годах XX века в основном среди русскоязычных авторов, работающих за пределами России, стало принятым использовать именно это слово, то есть называть Саула, Давида, Соломона и всех прочих «королями».
«Слово «царь» пришло в русский язык с латынью, с именем императора Юлия Цезаря. Царями именовались, прежде всего, монархи, правители державы — самодержцы… За что была оказана первыми переводчиками Библии такая честь Шаулу и Давиду — не знаю, но термин этот явно не подходит к небольшому государству Шаула, Давида, Шломо…
Поэтому я предпочел слова «король», «королевство», оставив «царство» для Святой земли, но не для смертных ее правителей: Царство Божье. Да ведь и на современном Ближнем Востоке нет царств, нет царей, а есть короли — саудовский, иорданский, король Марокко — так они и называются в газетах»[3], — объяснял инициатор этого новшества Давид Малкин.
Ну что ж, формально он, безусловно, прав. «Царь» — это от латинского «цезарь», «кесарь», то есть император, а масштабы еврейского государства на империю никогда не тянули — разве что на королевство, да и то маленькое. И все же, подумав, автор решил придерживаться устоявшихся в русском языке правил, ибо традиционное восприятие в итоге всегда оказывается сильнее самой железной логики. К тому же, если разобраться, слово «мелех» на иврите на самом деле означает «властитель», «правитель», «владыка». Именно в этом контексте оно употребляется по отношению к Богу: Он — «Мелех а-олям», то есть Владыка, Царь Вселенной, при этом никому из владеющих русским языком не придет в голову назвать Всевышнего «королем Вселенной». Поэтому Саул, Давид и Соломон именуются в этой книге царями, а древнее Еврейское государство именно царством, а не королевством.
Большие трудности возникли также с именами действующих героев, географическими названиями и т. д. Дело в том, что в силу фонетических различий иврита и русского языка, а также из-за того, что буквы «каф», «пэй» и «шин» в иврите обозначают сразу два звука, то и звучание имен собственных при переводе зачастую не совпадает: Шаул превращается в Саула, Шломо — в Соломона, Шмуэль — в Самуила, пелиштим (пилиштимляне) — сначала в филистимлян, а затем и вообще в палестинцев и т. д. Эти несовпадения усилились существованием в дореформенном русском алфавите буквы «фита», обозначавшей промежуточный звук между «т» и «ф». В результате в принципе хорошо знакомые и используемые русским читателем в обиходе ивритские имена Тамар (Тамара), Натан, Йонатан и другие в синодальном переводе стали читаться, как Фамарь, Нафан, Ионафан…
Автор книги дает имена героев и географические названия в той транскрипции, в какой они приведены в синодальном переводе, однако при первом упоминании в скобках приводится их оригинальное звучание.
И все же наибольшую сложность представлял вопрос, какой именно перевод Библии на русский язык цитировать в тексте. Конечно, заманчиво было бы воспользоваться знакомым читателю синодальным переводом, но, к сожалению, это оказалось невозможным. Во-первых, потому что в нем, увы, есть неточности. Во-вторых, в книге порой цитируются немецкие и английские источники, а перевод Библии на английский язык, выполненный с латинской «Вульгаты», в отличие от синодального, сделанного с греческой «Септуагинты», в точности повторяет структуру еврейской канонической Библии — «Танаха», который у христиан принято называть Ветхим Заветом.
Поэтому в итоге автор решил пользоваться считающимся более точным переводом Давида Йосифона, в котором, помимо прочего, лучше передается фонетика оригинала. Однако и перевод Йосифона, как увидит читатель, иногда грешит несоответствиями, и в отдельных случаях автору приходится давать в книге собственный подстрочный перевод библейского текста. Впрочем, язык «Танаха» при всей его внешней простоте так лаконичен и одновременно многозначен, что сделать его адекватный, передающий все оттенки смысла перевод на другой язык практически невозможно.
Но в связи с использованием перевода Йосифона неминуемо возникла проблема ссылок на цитаты. Как уже было сказано, авторы синодального перевода Ветхого Завета несколько изменили порядок и оригинальные названия его книг. Основные сведения о жизни и деятельности Давида содержатся в четырех книгах «Танаха»: в «Первой книге Самуила» и «Второй книге Самуила» (две книги «Шмуэль»), в «Первой книге Царей» («Мелахим») и в первой из двух книг «Диврей ха-ямим», что буквально означает «Слова дней», а обычно переводится как «Деяния дней», «Летопись дней», «Книга Хроник», либо «Хроникон». В «Септуагинте» и, соответственно, в православном христианском каноне Ветхого Завета, «Книге Хроник», дано название «Паралипоменон» (по-гречески — «пропущенное», очевидно, переводчики «Септуагинты» рассматривали ее как дополнение к остальным библейским книгам). Название «Паралипоменон» принято и в «Вульгате». В большинстве переводов Библии на новые языки получило распространение и употребляется название «Хроникон». Им и решил воспользоваться автор в этой книге.
Ссылки на «Первую книгу Самуила» и «Вторую книгу Самуила» имеют авторское обозначение «I Сам.» и «И Сам.» — и далее, как принято, указаны пронумерованные главы и строки. Цитаты из «Первой книги Царей» отмечены как «I Цар.», а из первой книги «Хроникона» — «I Хрон.». При этом следует помнить, что выбранные сокращения не соответствуют сложившейся в русском языке традиции цитирования Библии, так как двум книгам Самуила в «Танахе» соответствуют Первая и Вторая книги Царств в Ветхом Завете в синодальном переводе, а «Первой книге Царей» — Третья книга Царств.
Наконец, последнюю проблему представляло цитирование псалмов Давида, большинство из которых были написаны в связи с конкретными событиями его жизни. Автор признается, что был соблазн использовать поэтические переводы этих псалмов, выполненные различными русскими или еврейскими поэтами. Однако в итоге он пришел к выводу, что ни один из этих переводов, увы, не отражает всей глубины и мощи оригинальных текстов. Отказался он — вновь из-за множества неточностей — и от цитирования Псалтыри в синодальном переводе, и от перевода «Псалмов» Д. Йосифона. В итоге все псалмы в книге приводятся в переводе Александра Каца[4]. Их текст близок к подстрочнику, достаточно точен, но, увы, в нем нередко утрачивается исходная поэтичность псалмов. Так как нумерация и разбивка «Псалмов» в оригинале и в синодальном переводе несколько отличаются друг от друга, то в книге приводится порядковый номер псалма в оригинале, а рядом, в квадратных скобках, — его номер в синодальном переводе Псалтыри.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
