особенности топологии оптоэлектронных устройств, случайно или целенаправленно заложенные в них конструкторами. Это позволило ему незаметно внедриться в исходный код, заблокировав все попытки сторожевых программ распознать пришельца.
Не сработала эта тактика только с перепрошитыми артефактами Роя, внедренными в систему управления «Ифрита» при модернизации. Вот только в основном это были периферийные устройства или сопроцессоры. Они смогли избежать захвата троянской программой, которая просто не знала, что с ними делать, но вернуть контроль над всей системой с их помощью было невозможно.
С технологией, примененной агентом Федерации, Призрак никогда раньше не встречался. Она родилась в секретных лабораториях СБ и, похоже, даже у создателей проекта «Выживание расы» не было к ней доступа. «Ифрит», к слову, никакого отношения к этому проекту не имел, а значит, и эвристический алгоритм, который теоретически мог бы помочь Призраку восстановить контроль над системой управления, в память корабельного вычислителя зашит не был. Впрочем, что такое этот эвристический алгоритм, Призрак и сам толком не знал, и совсем не факт, что даже будь «Ифрит» частью проекта «Выживание расы», это помогло бы в сложившейся критической ситуации.
Призрак пытался бороться. В его полном распоряжении оставались ресурсы вычислителя «Скаута». С корабельной сетью он был связан только хорошо защищенными каналами связи, и троянская программа не смогла через них проникнуть. Впрочем, возможно, перед ней просто не была поставлена такая задача, ведь она создавалась для перехвата управления самим кораблем, а не его грузом.
Тем не менее, обстановка ухудшалась с каждой минутой. Агент Илли Нойт полностью контролировал боевую рубку и уже предпринял попытку взять под контроль ангар, в котором находился «Скаут». Правда, в этом он успеха пока не добился. В специальной нише в стене ангара был закреплен боевой робот поддержки разведывательно-диверсионных групп, практически полный аналог «Странника», хоть и другой модели. Агент Федерации попытался отдать ему приказ вывести из строя «Скаут», но Призрак вовремя задействовал генератор помех и еще подчиняющиеся ему сопроцессоры в системе управления «Ифрита» и заблокировал связь в этой части корабля.
Если бы агенту СБ удалось отдать приказ роботу, у Призрака возникли бы очень серьезные проблемы. В ангаре малый внутрисистемный разведчик практически беззащитен. У него, конечно, есть пушки, но стрельба из них внутри корабля-носителя практически наверняка привела бы к гибели «Ифрита», а значит, и Рича, на что Призрак не мог пойти ни при каких обстоятельствах.
Искусственный интеллект полностью отдавал себе отчет в том, что никакие стандартные решения, зашитые в его память, для данной ситуации не подходят. Переломить её в свою пользу можно было только применив некий новый подход, но самостоятельно генерировать подобные идеи Призрак не умел, о чем не раз честно говорил своему оператору. Вот только сейчас связь с Ричем отсутствовала, а сам он находился на грани гибели, и осознание этого факта погружало виртуальную личность Призрака в состояние, близкое к системному сбою, причем настолько близкое, что в какой-то момент это привело к срабатыванию защитного механизма, заставившего активироваться эвристический алгоритм проекта «Выживание расы».
Призрак понятия не имел, какие возможности разработчики заложили в эту автономную программу, делившую память вычислителя «Скаута» с его виртуальной личностью. Судя по всему, эвристический алгоритм не являлся полноценным искусственным интеллектом. Вернее, возможно, и являлся, но не в привычном понимании, уж слишком узкой была его специализация. Тем не менее, сложившуюся ситуацию эвристический алгоритм оценил практически мгновенно.
Прямой обмен информацией между ячейками памяти вычислителя занимал ничтожные доли секунды, но Призрак вполне успевал принимать и обрабатывать поступающие директивы, непрерывно следовавшие одна за другой.
«Прямая угроза жизни оператора с допуском уровня Б-1…»
«Прямая угроза утечки информации о проекте «Выживание расы…»
«Анализ ситуации… Выполнено».
«Поиск решений… Применение стандартного пакета нейронных сетей… Приемлемых вариантов не найдено…»
«Разархивация расширенного пакета… Обработка входящей информации… Приемлемых вариантов не найдено…»
Для Призрака этот монолог выглядел так, будто эвристический алгоритм рассуждал вслух, по каким-то причинам желая, чтобы он был в курсе его мыслей и выводов.
«Инициирован процесс снятия граничных условий варьирования синаптических коэффициентов… Анализ рисков саморазрушения виртуального сознания программы-носителя… Выполнено Сопоставление рисков и угроз… Превышение критического порога риска… Снятие ограничений признано нецелесообразным…»
Принимая к сведению информацию, поступающую от эвристического алгоритма, Призрак продолжал следить за происходящим в боевой рубке. Командир в точности выполнил требование Илли Нойта, и сейчас снятая им гарнитура продолжала лежать на главной консоли корабельного вычислителя. Агент СБ конечно же не забыл проверить, что устройство выключено и не ведет прием и передачу информации. Убедившись в этом, он вновь сосредоточил всё внимание на Риче, и это стало его первой ошибкой.
Гарнитуру следовало физически вывести из строя. Впрочем, Илли Нойт вряд ли мог знать, что имеет дело не со стандартной моделью, а с накачанным бетронием гибридным устройством, обладающим целым набором необычных функций. Например, возможностью дистанционной активации защищенного канала связи, засечь который сканерам «Ифрита» было не по силам.
Получив внешнюю команду, гарнитура беззвучно включилась, и теперь Призрак вновь мог получать информацию из боевой рубки «Ифрита». Миниатюрная камера, встроенная в гарнитуру, смотрела вертикально вверх и не показывала ничего, кроме потолка, но микрофон продолжал исправно выполнять свои функции.
- Ты, конечно, думаешь, что у нас ничья, - с очень нехорошими интонациями произнес агент СБ. – Я ведь не могу полностью контролировать корабль, а значит, у тебя есть поле для маневра.
В боевой рубке «Ифрита» повисла напряженная пауза. Рич отвечать не торопился, а, возможно, и вообще не собирался реагировать на слова фальшивого Ильи.
- Молчишь? – в голосе Илли Нойта прозвучала злая насмешка. – Зря. Лучше бы тебе добровольно отключить блокировки, мешающие «Ифриту» уйти в прыжок. Я дам тебе немного времени на размышление, но потом, уж извини, перейду к более жестким аргументам. Не сомневайся, они покажутся тебе более чем убедительными. Знаешь, что такое бикрилин?
- Коктейль из сыворотки правды и препаратов для подавления воли? – на этот раз Рич отмалчиваться не стал.
- Это было бы слишком просто, - слегка растягивая слова ответил агент. – Просто, но не особо эффективно. Под таким коктейлем ты перестанешь нормально соображать, а для снятия блокировок ты мне нужен в ясном сознании и с искренним желанием сотрудничать со Службой безопасности Федерации. Моему контролю над кораблем мешают не только внедренные на Бригане-3 артефакты Роя. Они ведь не по собственной воле не хотят выполнять команды вычислителя «Ифрита». Мне противодействует искусственный интеллект твоего внутрисистемного разведчика. Он знает, что я захватил рубку и держу тебя под прицелом. Думаю, он понимает
