Спускаться оказалось... Неприятно. Даари верно помнила, что это тяжелее, чем подниматься. Ее усталые ноги немели и отказывались идти. Кроме того, далеко не сразу удалось найти тропу. Сначала долго спускались почти что ощупью, частенько присаживаясь на пятую точку, что, вообще-то, в горах делать не рекомендуется. Но разве группа ослабленных опытами детей и беременная женщина удержатся на ногах на нехоженном склоне? Колючки и сухая горная тропа впивались в ладони. Низ живота Даари частенько схватывало спазмами. Не настолько часто, чтобы принять это за роды, но все-таки приятного мало. Ее мышцам таза явно не нравилась экстремальная нагрузка после нескольких месяцев принудительного покоя.
И все-таки это была великолепная прогулка.
Потому что — небо над головой. Потому что — запах прожаренных на летнем солнце за день трав. Потому что — свобода. Даари с благостным умилением взирала на все на свете: и на крыши деревни далеко внизу, и на горные вершины вокруг, и на мощеную дорогу вдоль железки, которая казалась отсюда тонюсенькой ниткой.
Спустя какое-то время им все-таки удалось наткнуться на узкую тропинку, виляющую вдоль склона зигзагом (а так обычно ведут себя все горные тропинки). Дети радостно загомонили, Даари тоже обрадовалась... Пока тропинка не нырнула в сосновый лес ниже по склону.
Толстенные деревья шумели кронами над головой, стало темно — из раннего вечера они провалились сразу в густые сумерки. Привычное дело: в Ло-Саароне, когда спускаешься из Верхнего города в Нижний, можно сразу потерять полчаса светового дня, а то и больше в пасмурные дни. Но Даари все же сделалось не по себе.
— Привал, — объявила она. — Десять минут отдыхаем.
Время им засечь было нечем, так что на самом деле отдыхали, пока Даари снова плела щит. В этот раз выходило медленнее: нити магических каналов ткались из воздуха с трудом, ей даже пришлось поискать по сторонам тропы какой-нибудь природный источник, хоть плохонький. Своей энергии совсем не хватало.
В итоге кое-как щит она сделала, подвесила его полусферой перед собой и велела детям выстроиться позади в цепочку. К счастью, ни у кого из них не было сил носиться вокруг, плюс многие уже успели сбить обувь и прихрамывали. А то бы Даари намучилась их пасти.
— Потерпите чуть-чуть, — Даари старалась говорить со спокойным энтузиазмом. — Скоро выпьем горячего чая!
— Скоро-скоро! — поддакнула Сия, но по голосу девочке слышалось, что она тоже держится из последних сил.
Пошли дальше. Под пологом леса было душно, несмотря на вечер, Даари быстро взмокла. Пот щипал глаза, а утирать его было сложно, потому что левой рукой приходилось все время контролировать щит, а правая нужна была, чтобы держать равновесие. Живот начал болеть все сильнее. Не роды, просто связки в паху. Ну, Даари очень на это надеялась.
Делалось все темнее, тропинка еле различалась под ногами — и то только потому, что кто-то выложил по ее краю контрастные светлые камни. Должно быть, деревенские постарались. Или даже заговорщики? Вот умора, если это та тропинка, которой пользовались они...
Боевой маг — здоровый полуголый мужик в стандартном кожаном обмундировании, весь увешанный амулетами — вырос на тропинке перед ними внезапно и тихо, как призрак. Непонятно было, то ли он сбоку поднялся, то ли спустился, то ли вообще спрыгнул с дерева. Даари вскрикнула, шарахнулась назад и только каким-то чудом не упала. Щит усилился будто бы сам собой: Даари автоматически натянула составляющие нити, вливая больше энергии. Дети позади нее тоже заорали.
— Тихо! — автоматически рявкнула Даари. И добавила уже полуголому мужику: — Не подходи, зашибу!
Должно быть, это очень смешно звучало. Но мужик не засмеялся. Он ударил кулаком в грудь и опустился на одно колено.
— Сиятельная госпожа Сат, — сказал он, — вы меня не узнаете?
— Нет. А должна? — подозрительно поинтересовалась Даари.
Она запрещала себе расслабляться, запрещала себе думать, что, может быть, его послал Владыка.
— Меня зовут Сантир Дождевой Филин, — сказал совсем еще молодой мужчина. — Мы с вами пересекались полтора года назад, через моего друга детства Кетара Сиита.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Демоноборец?! — Даари все еще держала щит в полной боевой готовности. — Ты что, тоже с заговорщиками?!
Почему-то она сразу начала обращаться к этому парню на «ты». От страха, наверное. Даари отдавала себе отчет, что в схватке профессионала не одолеет. Будь на ее стороне внезапность, еще можно было бы что-то изобразить. А тут... И подпитки от драконьей пещеры у нее нет. И сам этот маг наверняка не один. Но так просто опустить щит и сдаться на милость победителя она не могла. Руки не подымались. Точнее, не опускались.
— Никак нет. Я верный слуга Владыки. У нас полигон неподалеку, мы как раз тренировались, когда пришел сигнал, что откуда-то отсюда стартовала тварь, очень похожая на дракона. Предположительно, демон. Моя группа должна была прочесать гору. Мы наткнулись на вас. А там я вас просто узнал. Очень рад, что вы живы, госпожа.
Он говорил официально, без ненужных славословий, коротко, по существу. Даари очень, очень хотелось ему поверить. Тем более, что она тоже его узнала. Ну, как узнала... Сантира Дождевого Филина, тезку ее временного начальника по космической службе, она видела мельком и очень давно, никогда о нем с тех пор не вспоминала. Кроме того, его дружба с сыном мафиозного босса говорила за то, что у него больше шансов оказаться среди заговорщиков.
Плюс Дождевые Филины — разве не этот клан оказался замешан в ту странную дуэль, которую раскрыла Даари? И Гешвири обручена тоже с Дождевым Филином... Не с этим, конечно, но все-таки. В общем, подозрительно.
— Я вам не верю, — сказала Даари.
Очень глупо, она все равно не смогла бы ему сопротивляться. Но оставалась крохотная вероятность, что он все-таки один? Пытается взять ее на блеф? Против одного какой-то минимальный шанс у нее есть, особенно если он будет пытаться взять живой.
— Вы можете не опускать щит, если не доверяете мне, — сказал Филин. — Просто не пугайтесь, мы с моими ребятами будем вас сопровождать. Ну и дорогу подсветим. Можем кого-то из детишек понести, если надо.
— Меня! — пискнула одна из девочек помладше.
— Тихо! — снова рявкнула на них Даари.
Потом сказала Сантиру:
— Мы пойдем сами. Пугаться не будем.
Вокруг, среди деревьев, замелькали тени, почти неотличимые от обычных, лесных теней. Потом в самом деле вспыхнули фонари, тропинка стала видна ясно и четко.
— Хотите воды? — предложил Филин. — Еще у нас есть галеты.
Даари помотала головой, хотя рот сразу наполнился слюной. Пить, конечно, очень хотелось, но страх был сильнее.
— А я пить хочу... — тоненько сказал кто-то за спиной Даари.
— Сейчас спустимся и попьем, — вместо Даари ответила Сия. — Пока нельзя, а то ножки будут заплетаться.
Какая все-таки молодец девочка!
Так они и спускались вниз: Даари упорно держала щит, хотя рука очень быстро начала дрожать, а демоноборцы следовали по обе стороны от тропы (что очень неудобно, поскольку им приходилось передвигаться боком по склону), подсвечивая и охраняя.
Где-то через полкилометра Даари сдалась, убрала щит, позволила нескольким демоноборцам взять детей на руки — ну и заодно напоить из фляжек. Да и сама согласилась опереться на руку... Нет, не Филина, а одной из двух девушек в его отряде: с мужчиной старшей супруги идти за руку неприлично. Девушка тоже оказалась знакомая, Раири Солоро, Даари с ней давным-давно обменялась несколькими письмами, якобы собирая информацию для научной работы. Раири возвышалась над Даари на две головы, и опираться на ее руку было почти то же самое, что на руку Филина.
— Мы так рады, что вы выжили, госпожа, — почтительно шепнула она. — А уж как старшая сестрица обрадуется! Она знала вас лучше, чем я, очень переживала...
— Сестра? — голова Даари работала совсем заторможенно.
— Кавторанг Катти Солоро, вы с ней вместе служили.
