Стефания открыла дверь. На лице посыльного блестели капельки пота и крови, едва отличимые друг от друга в неясном свете луны и огней. Левая рука висела плетью, из плеча торчал обломок стрелы.
- Госпожа! - голос мальчика не дрогнул, несмотря на раны и ужас ночи. - Противник прорвался за стены! Повелитель приказал уходить!
Стефания кивнула. Она спокойно развернулась и вернулась в комнату за готовым к походу узелком. Сейчас было не время паниковать. Она должна быть сильной. Окинув взглядом комнату, она потушила свечу и вышла на улицу.
За стенами дома было шумно. Кто-то бежал, пытаясь спастись. Уже слышны были звуки борьбы на улицах и крики испуганных жителей. За спиной полыхало зарево - где-то возле восточных стен горели постройки. Мальчишка посыльный уверенно вел Стефанию переулками к тайному ходу, на ходу рассказывая о происходящем.
- В этот раз они объединились. И те лорды, что раньше грызлись между собой, и разбойники. Даже видели наёмников из степей - их не так много, но они свирепы, как звери. Хорошо, что у нас много оборотней, иначе легли бы сразу. Воины лордов не так сильны, но совместная мощь их магов... - мальчик запнулся, глянул на Стефанию, но та шла за ним, сжав губы и больше никак не проявляя своих эмоций. На мгновение он заколебался, стоит ли ей рассказывать всё. И решил всё же скрыть, насколько сильно ранен её муж. - В общем, они поднялись на стену и смогли открыть ворота. Предводитель отправил гонцов к западному бастиону. Императорская армия не может нам не помочь. Но они прибудут к нам не раньше, чем утром. Предводитель приказал скрыться за южным лесом – там есть небольшая деревенька с нашими людьми. Эти гады не станут прорываться туда…
- Долго еще? - спросила Стефания, когда они нырнули в очередной узкий проулок. Срок еще не подошел, но тревожная ночь сделала свое дело, живот тянуло всё сильнее. От боли накатывала слабость. Стефания сжимала губы, боясь упасть. Казалось, что ноги едва её держат. Она надеялась, что, когда они укроются в лесу вдали от города и битвы, она сможет отдохнуть хоть несколько минут.
- Совсем немного, госпожа, - ответил мальчик, иначе оценив её вопрос, но понимая, как тяжело беременной женщине дается их путь. Он сам, несмотря на ранение, чувствовал себя вполне сносно. Знал, что это лишь благодаря гуляющему в крови адреналину. Но стоит им остановиться, его кровь успокоится, тело ослабнет, и продолжить путь ему будет сложнее. Потому стремился увести свою госпожу подальше и как можно скорее прежде, чем его он поддастся болезненной слабости.
Тайный ход был кое-как замаскирован в лачуге на краю города, а выходил он из скрытой в кустарнике землянке. Местные мальчишки знали о нем, часто используя для своих игр. Потому в подземном тоннеле кое-где попадался мусор.
- Поторопитесь, госпожа, - сказал посыльный, заметив, что Стефания отстает. - Отойдем подальше от города, а там и передохнем.
Потушив факел, которым освещал путь до самого выхода из города, мальчик отбросил его в сторону, выхватил у Стефании узелок и пошел дальше, сквозь лес. Она смотрела на его спину, оценивая мужество и силу человека, который был еще молод, хотя и ребенком давно не считался. Напомнив, что и ей нужно быть сильной, она пошла быстрее, но тут же оступилась и, чтобы не упасть, схватилась за плечо спутника.
- Извини, - прошептала она, отняв руку от раненого плеча посыльного. Её рука теперь была липкой от его крови. Но мальчик не проронил не звука. В темноте не было видно его лица, но Стефания была уверена, что он едва сдерживается, чтобы не показать ей, как ему больно.
Через некоторое время посыльный остановился, и она замерла рядом с ним. Они вместе прислушивались к звукам, но ничего подозрительного не было слышно. Лишь шум осаждаемого города за спиной, но не рядом. Ни один из них не был оборотнем и не мог услышать того, что недоступно человеческому уху. И все же мальчик не зря носил звание личного посыльного предводителя. Заподозрив неладное, он взял немного в сторону и, доведя Стефанию до плотного кустарника, усадил ее под деревом.
- Посидите здесь, я осмотрюсь, - шепнул он и скрылся в тенях. Стефанию не нужно было учить осторожности. Она не раз сопровождала мужа и его войско и знала, когда нужно быть тихой, чтобы даже зверь её не услышал. Она вглядывалась в темноту, едва сдержав стон, когда её тело свело судорогой от первой схватки. Она не проронила не звука, когда в стороне засвистела стрела, впиваясь в чье-то тело, а после раздались звуки короткой битвы.
- Он мертв, - прозвучал из темноты чужой голос. Стефания поняла, что только что потеряла друга и единственного защитника. А когда их преследователи зажгли факела, и лес перестал быть для нее надежным укрытием.
- Она где-то здесь, ищите! - прозвучал другой голос.
Стефания медленно поползла в сторону противоположную от преследователей, огибая кустарник. Когда ей показалось, что преследователи уже не должны видеть её, встала в полный рост и зашагала вглубь леса - бежать она уже не могла.
Стефания не была наивна и не надеялась убежать от преследователей. Единственной надеждой были слова гадалки, которые она не переставала себе повторять. Но реальность была иной. Все чаще женщина останавливалась, пережидая усилившиеся схватки. И лишь только это спасло её от мгновенной гибели.
Мимо просвистела стрела, когда она склонилась к дереву, чтобы не упасть. Следующая стрела оцарапала ногу, и Стефания с безнадежным отчаянием снова зашагала вперед. Она до последнего не хотела использовать подарок Мансура. Не известно было, куда её занесет магический портал, и как скоро найдет её муж после. Однако следующая стрела, впившаяся в руку, изменила её решение. Сжав артефакт, она активировала его словом-командой. Несколько мгновений, вызвавших слабость и тошноту - и вот она стоит на тихой полянке, освещаемой светом луны. Нос щекотал запах цветущих трав, каких не было в их краях. А чуть вдалеке среди деревьев в окнах избушки плясали огоньки.
Глаза Стефании заполнили слезы. Она была спасена. Прихрамывая, она направилась к лесу, уже не стесняясь рыдать в голос.
Однако, не успела она скрыться под сенью леса, когда за её спиной дважды раздались хлопки открывшихся порталов. Посыльный предупреждал её о магах, но неужели они не пожалели столь ценный бойцов, чтобы догнать обычную женщину? Значит, они не просто гнались за случайной беглянкой, а целенаправленно искали именно её? Не успела она об этом подумать, спину обжег огненный шар, а её саму кинуло вперед. Она едва успела схватиться за так кстати попавшееся деревце, чтобы не упасть. С руки осыпались несколько сгоревших амулетов, уберегших её от мгновенной смерти. И тут же она почувствовала боль нового удара.
До заветной избушки было так близко. В отчаянии она подняла взгляд, моля всех известных ей богов о чуде, которое спасет её. Последнее, что увидела Стефания перед собой прежде, чем рухнуть на землю, фигуру человека, поднимающего арбалет...
***
Аверьян возвращался с поздней охоты. День выдался неудачным. Он весь вечер пробыл в лесу, уйдя далеко от дома, и уже в сумерках подстрелил двух не слишком крупных зайцев. Путь к дому был долог. Он шел в темноте знакомыми тропами с единственной мыслью: жизнь контрабандиста давно ему не походила. Примерно с тех самых пор, как он встретил свою Розалинду.
Они и друг другу-то не подходили вовсе. Он - прожженный жизнью контрабандист с весьма гибкими принципами. Она - воспитанница ныне упраздненной школы гувернанток Святой Азалии, самой строгой школы империи, где из воспитанниц в буквальном смысле создавали идеальных служанок для богатых господ. Когда-то она сбежала с ним, поселившись в глуши леса в охотничьем домике. Который, к слову, тоже не подходил ей с её изящными манерами и не менее изящной, почти детской, фигурой. Каждый раз, возвращаясь домой, Аверьян удивлялся тому, как допустил, что она заперта здесь, пока он пропадает в весьма рискованных предприятиях. Она никогда не жаловалась, радостно встречая его каждый раз и расспрашивая о приключениях. Но всё чаще Аверьян замечал, как она убирает в глубь шкафа красивые наряды, которые он привозил ей, но которые ей некуда было носить.
