меня не было никакого желания. Особенно учитывая тот факт, что мой родовой дар слегка корежило в его присутствии.
Я передернула плечами, прогоняя магическое напряжение, и вышла во двор академии, чтобы вдохнуть холодный вечерний воздух. Вдалеке раздался шум голосов, и я зашагала в направлении магической арены. Там по вечерам парни устраивали состязания на потеху публике, ну или если очень хотелось оппоненту дать в глаз, и иногда это было интересно и полезно для дальнейшего общения с высокородными домами.
Ну и просто глазу приятно, чего уж там!
4
На улице была ранняя весна. Тот период, когда снега уже нет, зелени еще нет, и кругом серость, грязь и голые ветки торчат.
Путь к магической арене лежал через место, гордо именуемое академическим парком. На деле же это была очень редкая аллея из разномастных деревьев и чахлых кустиков. Когда-то давно тут, конечно, была густая стена из кустов, раскидистые вековые деревья и красивые беседки. Но потом то ли боевой факультет подрался с факультетом стихийников, то ли просто некроманты закусились с огневиками, в общем, с тех пор на этой земле мало что росло — приживалось плохо, умирало быстро, зеленело проплешинами. Прямо как на старых полях магических сражений.
Конечно, время от времени ректор или какой-нибудь декан пригонял сюда студентов с факультета естественной магии, но как можно наблюдать, результат от их потуг был примерно никакой.
Если спросить профессионала, например, меня, то вливать живительную магию сюда было бесполезно. она заберет все, что ей предложить, и попросить сверху еще немножко. С такими местами было всего два варианта работы — посыпать солью и забыть или оставить в покое и ждать. В первом случае тут гарантированно никакая дрянь из нижнего плана не вылезет, а во втором — со временем природа возьмет свое. Правда, время на это понадобится немаленькое — несколько поколений в лучшем случае.
Но меня никто не спрашивал, а я не стремилась лезть со своими советами. Узнают еще, кто я на самом деле, потом проблем не оберешься…
Впрочем, каждый раз, проходя по этой алее, я нет-нет да и прислушивалась к деревьям. Вдруг случилось чудо и какой-нибудь дерево или кустик смог побороть токсичную магию?
Вот и сейчас, пользуясь сумраком, я медленно шла и рассматривала еще спящие растения. Некоторым уже не суждено было пробудиться этой весной, а кто-то еще боролся за жизнь. А одна береза вообще привлекла мое внимание. Я даже подошла к ней, чтобы рассмотреть получше — внутри не очень сильно, но очень уверенно разгоралась жизнь.
Ладони начало покалывать от магии, и я оглянулась, проверяя, что никого рядом нет. Солнце уже склонялось к горизонту, а магические светильники в фонарях еще не зажглись, так что сейчас было противное время куриной слепоты. Но вроде бы никого не было, так что я шагнула к березке и бережно погладила ее.
Дерево как будто облегченно вздохнуло и голые ветви покачнулись в знак благодарности.
— Надеюсь, ты справишься, — тихо проговорила я и зашагала дальше.
И, хоть я никого так и не увидела, но почему-то ощущение чужого взгляда в спину нервировало.
Вот не люблю темноту, в ней вечно мерещится какая-нибудь гадость.
5
Нолан Хайрод
Сложно сказать, почему я выбрал Роуз Рест для сделки.
Конечно, была осознанная мотивация этого поступка — неблагородная сирота, которой не влетит от родителей за подобные проделки, и которой явно не будет лишней помощь по выпуску из академии.
Еще мы с ней были немного знакомы — некоторые пары по общим предметам велись сразу на несколько факультетов. Она была из тех, кто не пытался подсесть поближе к самым популярным парням, да и вообще вела себя довольно независимо. Не искала ни жениха, ни покровителя, о чем-то смеялась с подружками, слушала лекции.
У нее были ясные голубые глаза и светлые волосы. Несколько прядей от лица выкрашены в яркие цвета по моде кланов с «живой» магией, и ей это очень шло. Я иногда даже ловил себя на том, что наблюдаю, как Роуз накручивает на палец голубую прядку или убирает за ухо выбившийся розовый локон.
Роуз была красива, обладала чувством собственного достоинства, не замечена ни в каких сомнительных скандалах и училась на факультете артефакторики. Идеально!
Ладно, идеально было бы, если бы мне посчастливилось где-нибудь встретить настоящую обладательницу живой магии и добиться ее руки. Отец даже как-то предлагал посвататься в Форестам — у них была дочь моего возраста и, что немаловажно, их магия могла уравновесить нашу.
Но я отказался, ведь прекрасно понимал, какими последствиями для девушки обернется такой брак. Да и никто бы не согласился отдавать дочь за некроманта без особой нужды.
Некроманты, конечно, очень элитные маги и безумно богатые кланы, но была у этой золотой медали и обратная сторона.
И довольно печальная.
В общем, размышляя о семейной жизни, я больше склонялся повторить путь отца, но до этого надо было еще дожить. А пока стоило просто успокоить старика, чтобы он понапрасну не тратил силы еще и на всякие глупости типа моей личной жизни.
— Мы не договорили, — мягко произнес я, размышляя, а не пригласить ли Роуз на ужин, чтобы так сказать, лучше обрисовать перспективы сделки.
Но она даже не обернулась!
— Я договорила, — помахала ручкой девушка и зашагала от меня прочь.
Я провожал ее задумчивым взглядом, чувствуя какое-то внутреннее упрямство. Ну вот казалось бы — эта не согласилась, выбери другую. Другая, наверняка, мертвой хваткой лича вцепится в твое предложение.
Но я стоял, смотрел на удаляющуюся девушку, и чувствовал азартное упрямство. Такая гордая и честная девушка — именно то, что нужно для знакомства с отцом.
Теперь нужно убедить и ее в этом.
6
Роуз Рест
Магическая арена представляла собой довольно большой круг, посыпанный песочком, с восходящими рядами лавок по периметру. Здесь же проводились некоторые практические занятия, сдавались экзамены ну и случались поединки. Законные и не очень, как это бывает у студентов.
Я прошла примерно на середину высоты и присела с краю рядом со своей соседкой по комнате — Агнессой.
Агнесс была сирота, которой посчастливилось оказаться одаренной. Я думала, что она — бастард какого-нибудь древнего рода — уж больно сильный оказался дар. Мать же говорила, что все сильные рода прибирают бастардов в семью, ибо оставлять без пригляда — расточительство. С третьей стороны — Агнесс была обычным стихийником, а таких семей в
