Очень, кстати, эффектным негром с ботинками сорок седьмого размера и одеждой размера этак шестидесятого. И ростом под два метра. И головой с копной черных толстеньких косичек. В общем, эдакий ласковый кофейный бегемот с томными глазами, напоминающими два кило грильяжа в шоколаде.
И как, скажите, этому бегемотику играть на сцене, допустим, Гамлета? Или Чацкого? Это ж какой хохот поднимется в зале, если здоровущий негр выйдет на подмостки в роли чеховского дяди Вани?! Спектакль насмарку, сборы нулевые.
Эй, вот только не надо про расизм и все такое! Если герой негр, то автор это не сам придумал. Кому не нравится - можете дальше не читать. Ксенофобы!
Хотя, конечно, были в негромкой актерской карьере Трифона два светлых, в смысле положительных, момента. Роли Отелло и Тома (из известной «Хижины»). Но и тут не все получалось гладко. Дядя Том в исполнении Трифона выходил не заморенным плантаторами хиляком, а роковым мужчиной, вождем бунтующих масс, что противоречило авторской концепции. А шекспировский мавр получался настолько устрашающим, что актрисы, исполняющие роль Дездемоны, все поголовно начинали визжать, едва дело доходило до известной кульминации. Потому как страшно: вдруг не рассчитает силу и натурально придушит своими здоровенными ручищами, которыми впору лишь бамперы у автомобилей мять!
Не сказать чтобы Трифон воспылал любовью к сценическим подмосткам с самого нежного возраста. Даже наоборот. Насильственное приобщение к прекрасному так разозлило нашего героя, что он, едва окончив школу, снес на помойку все свои нотные тетради, ксилофон и скрипку (что потом кричала ему родственница, даже представить страшно!). И уехал в областной центр, поступил в университет, на очень далекий от искусства факультет точного машиностроения по специальности «тара и упаковка». Тара с упаковкой были выбраны опять же в пику родственнице: мол, мечтаешь сделать из меня Карузо, так нет, буду заниматься вопросами использования ящиков, бочек и всевозможной бечевки! Но Трифона ждало жестокое изумление, когда с началом занятий он узнал, что избранная им специальность касается отнюдь не упаковочной бумаги для подарков, а самых натуральных гильз для патронов и снарядов! И по окончании университета ждет Трифона работа на каком-нибудь секретном оружейном предприятии, подписка о неразглашении и невозможность выехать за границу!
– Я предупреждала тебя о том, что ты разочаруешься в своем выборе! - кричала Трифону родственница, когда он сдуру откровенно ляпнул ей по телефону, что не такого ждал от поступления в универ. На что Трифон ответил: «С чего вы взяли? Я страшно доволен!» - и понял, что лучше не делиться ни с кем своими надеждами и разочарованиями.
Да и некогда было делиться. Первые два курса Трифон упрямо барахтался в логарифмах, увязал в интегралах и блуждал по линиям всех проекций. Возможно, так бы и жил Трифон, постигая бесконечные истины точного знания, но однажды друзья по общаге буквально силком вытащили упрямого негра на премьерный спектакль студенческого театра «Риск».
И оказалось, что страсть к сцене все еще жива в нашем герое. Он ухитрялся по ночам готовить контрольные себе и трем одногруппникам, вовремя сдавал зачеты и курсовые и еще урывал возможность побывать на спектакле. А скоро из зрителя превратился в актера: молодой и язвительный режиссер «Риска» предложил Трифону сыграть главную роль в комедийном спектакле «Лайма - лучшая подруга Тарзана». После чего Трифону сказали, что роль обезьянки Лаймы он сыграл с удивительным реализмом. Трифон не обиделся. Он давно понял, что театр - его стихия, и пошел сдавать сопромат.
Четвертый курс Трифон закончил, получив степень бакалавра и произведя некоторый фурор в преподавательской среде прекрасными идеями своей дипломной работы на тему «Использование струи воды высокого давления для очистки гильзы от остатков взрывчатых веществ». Трифону стали прочить магистратуру и аспирантуру, но он разумно рассудил, что человек, так до конца и не разобравшийся, чем же давление в паскалях отличается от давления в атмосферах, вряд ли сумеет как следует двинуть вперед гильзопатронную науку. К тому же и порох Трифон видел только в качестве формулы в учебнике.
Получив диплом, Трифон опять-таки не пошел проторенной дорогой поиска работы по специальности, а двинулся своим путем, направление коего знал только сам. Он вернулся в Кимовск и устроился в местный театр мастером сцены. Кроме того, ему иногда перепадали роли. А еще он подрабатывал в одном очень крутом и закрытом казино в роли вышибалы, и хотя еще никого не вышиб, одного вида его гигантской фигуры было достаточно, чтоб наглые посетители превращались в милых и интеллигентных людей. Кстати, в этом казино Трифон получил прозвище Кофейная Башня. Бандиты и местные олигархи так и говорили: «Порулили к Кофейной Башне, оттянемся!» Трифона уважали и даже иногда снисходили до разговоров с ним. Хотя кто еще до кого снисходил…
Фи, скажете вы, как это пошло и скучно - герой работает в бандитском казино! Где же его романтичность, где рыцарственные устремления? Нужны ли нам в литературе непоэтичные кофейные башни, которые мечами не машут, магией не владеют, пороху не нюхают, спасением мира от вселенского зла не озабочены? Как с такого героя пример брать?
А никак!
Наш Трифон Вамбонгович вовсе не для того на свет появился, чтоб с него пример брали!
И в казино он работал не по велению души. Просто деньги были нужны. Для получения второго высшего образования. И не где-нибудь, а в столичном университете культуры. Потому что с тех пор, как Трифон впервые увидел язвительного режиссера студенческого театра «Риск», решил стать режиссером сам.
Режиссером, и больше никем.
В этом, кстати, присутствовал и практический момент. Мы уже говорили о том, что ролей у негра в театре - раз-два и обчелся. А для режиссера цвет кожи никакого значения не имеет. Так-то.
Все вышесказанное отнюдь не означает, что Трифон вожделел мировой славы, потрясающих приключений и возвышенной любви с испепеляющей страстью в придачу. Просто со свойственной всем прекраснодушным людям практичностью он полагал, что успешно сделанная карьера позволит ему со спокойным осознанием собственной правоты пропрекраснодушничать всю оставшуюся жизнь. И никто не станет наконец учить его, как правильно строить модель собственного бытия.
К сожалению, он не был романтиком, и это здорово осложняло сам процесс его существования. Но об этом - в свое время. Теперь же упомянем еще об одной особенности Трифоновой натуры.
Был у Трифона один недостаток.
Несмотря на свое прекраснодушие и миролюбивый норов, все свои сознательные годы жизни Трифон Вамбонгович Оглоедов имел в сердце иррациональное и ничем не обоснованное чувство ненависти.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
