Правда, она не предполагала, что дама, которую он ведет под руку, тоже становится объектом всеобщего внимания. Взгляды, устремленные на Дамиана, переходили и на нее, – завистливые взгляды, рассматривавшие их как пару. Но это не лишало Натали уверенности.
Все равно Дамиану не удастся сбить ее с толку. Какое ей дело до того, сколько женщин сохнет по его милости? Она-то уж знает, как себя с ним повести. Она стреляный воробей и повидала на своем веку столько, что ее на мякине не проведешь. То, что он распалился от ее внешнего вида, говорит лишь о его легкой возбудимости и является скорее оскорбительным, чем лестным.
Дамиан никогда не женится – в этом она не сомневалась. Правда, он был уже однажды женат, в возрасте двадцати пяти лет, еще до их знакомства. Кажется, жена сама от него ушла, что тоже кое о чем свидетельствует.
Натали обрадовалась, когда они наконец сели за свой столик. Поставив сумку рядом со стулом и покрыв колени салфеткой, она, улыбнувшись суетившемуся официанту, заказала шампанское. Все эти действия помогли ей обрести уверенность в себе и собраться с мыслями, чтобы достичь той цели, ради которой она и явилась на эту встречу.
Чувствуя, что Дамиан не сводит с нее глаз, Натали подняла голову, стараясь вести себя как можно более естественно.
– Как прошло ваше путешествие? – спросила она.
– Успешно.
Ответ прозвучал правдиво: Дамиан, казалось, излучал энергию, силу и вдохновение. Натали улыбнулась.
– Значит, теперь вы будете регулярно циркулировать в Гонконг и обратно?
– Нет.
Веки с густыми темными ресницами на несколько секунд прикрыли глубоко посаженные глаза, которые издали казались черными, а на самом деле были светло-серыми.
– Я продал акции, Натали. Некий китайский консорциум приобрел всю компанию, чтобы распространить свое влияние за пределами Гонконга, если это не возбраняется.
Натали была поражена: невероятные события происходили в этот день. Одно с другим не сходилось, и невольно напрашивался вопрос:
– У вас возникли финансовые проблемы? Может быть, по моей вине? Вы выплатили мне долю Бретта...
– Нет, не в этом дело, – возразил он. – Я вам уже говорил... знаю, что это звучит жестоко, но смерть Бретта... – Тут он умолк.
– ... разрешила все мои финансовые проблемы, – закончила Натали начатую им фразу. А также и другие проблемы, подумала она с горечью. Но какой ценой!
– Я не хочу говорить на эту тему, – произнес Дамиан, и в голосе его зазвучали враждебные нотки.
– Надеюсь, вы продали акции не из-за меня, – заметила Натали. – Я могу вернуть деньги, если они вам нужны; я к ним не прикасалась.
– Деньги здесь ни при чем. Я просто не хочу больше работать на эту компанию.
– Почему? У вас все так хорошо получалось. Разумеется... – Тут ее мысли перескочили в другую плоскость. Может быть, из-за смерти Бретта? Дамиан блестяще продавал компьютерные программы и успешно разрабатывал то, что требовали клиенты, а Бретт занимался исполнением заказов. Его талант заключался в организации всей работы.
– Без Бретта все стало другим, – сухо заметил Дамиан. – В компании остались опытные сотрудники, умеющие делать бизнес. Но мне не хватает того понимания, каким обладал Бретт. Я все время его вспоминаю: мы дополняли друг друга.
– Да, да, я знаю.
Они были очень близки, возможно, более близки, чем родные братья. Иногда они ссорились, как кошка с собакой, но в конце концов мирились и стояли друг за друга горой. Их дружба порой наносила ей ущерб.
В это время официант принес напитки и предложил меню. Тупо читая названия блюд, Натали думала о том, что Дамиан горюет не меньше, чем она сама. А может быть, его горе еще глубже – ведь он был там, на вершине скалы, когда Райн, а за ним и Бретт, пытавшийся спасти сына, упали в пропасть, где и нашли свою гибель. Она хоть не присутствовала при трагедии.
Вот опять борьба со слезами. Она не должна все время думать о смерти ребенка: надо спрятать горе глубоко-глубоко. Оно и без того уже поглотило часть ее жизни. А теперь ей не следует отступать от принятого решения. Выбрав для начала салат и атлантическую семгу, Натали отложила меню. Дамиан все время наблюдал за ней.
– Что же вы теперь думаете делать? – спросила она, взглянув на него.
– Я вынужден оставаться в компании примерно с полгода, пока все не утрясется. А потом... потом мне обеспечен тот же бизнес, по крайней мере года на три.
– У вас вагон времени.
– В голове у меня уже созрел проект.
– Какой же?
Он внимательно посмотрел на нее, словно между ними существовало особое взаимопонимание.
– Неужели вы не догадываетесь?
– Не имею ни малейшего представления, – кокетливо ответила она.
Дамиан помолчал, словно оценивая ситуацию. Она никак не хотела вникать в смысл его слов, делая вид, что ей просто любопытно узнать о его планах.
– А каковы ваши планы, Натали? – спросил он, решив подступить к вопросу с другой стороны. – Вы пришли на это свидание с определенной целью?
Его вопрос озадачил Натали. Может быть, Дамиан расценил ее обновленный вид как желание обольстить его? Ее возмутило такое предположение. Как смеет он воображать подобные глупости?! Так вот почему он бросает на нее эти жадные взгляды! В ее янтарных глазах заметались золотистые искры.
– Да, у меня есть определенная цель.
– Ну, какая же?
– Я бы хотела сказать вам кое-что.
Дамиан заулыбался, стараясь подбодрить ее.
– Так скажите же мне, пожалуйста, – произнес он, разводя руками, словно приглашая к откровенной беседе.
– Во-первых, я не желаю, чтобы вы ходили за мной по пятам, словно пес.
Улыбка замерла на его губах.
– Я просто хотел вам помочь, Натали. Вы были... так потрясены, так беззащитны.
– Я больше не беззащитна.
– Ну и прекрасно!
– Я больше не нуждаюсь в ваших советах. Я живу своей жизнью так, как считаю нужным, а не так, как вам нравится.
Он изменился в лице, и взгляд его стал настороженным.
Натали решительно вскинула голову.
– Я не желаю, чтобы вы в моем присутствии упоминали имя Бретта, – добавила она, но мысли ее путались под строгим взором Дамиана.
– Это все? – спросил он.
– Более или менее. Но я могу и добавить, если вы настаиваете.
– Иными словами, вы хотите, чтобы я исчез.
– Да, вот именно.
– И как деловой партнер и как друг?
– Да.
Другого выхода нет, если он путает дружбу с сексом. Так далеко ее благодарность не простирается. И все же она почувствовала, как холод проникает ей в душу. Дамиан долгое время был центром, вокруг которого строилась ее жизнь, оплотом ее существования. Голова ее закружилась от невероятности того, чего она от него потребовала. Неужели она действительно этого хочет?
