Читаем без скачивания Церебрум - Алеся Троицкая

– Прости, – дёргано прохрипел он, крепко обнимая задеревеневшее тело. – Ты не виновата, что тебе хочется простого счастья.

Аромат первой и единственной его девушки вновь окутал с ног до головы, заставляя на миг забыть, где они находятся и что вокруг них враждебный мир. Иринарх стер с лица любимой бесконечные слезы и с удовольствием вдохнул пряное благоухание, исходившее от Эсфиры, вспоминая, как они впервые встретились.

Абсолютно случайно, будучи еще ребенком, он, Иринарх, воришка из Изнанки, залез в их дом, чтобы опустошить скудный запас холодильника.

Он до сих пор помнил, как тогда испугалась Эсфира чумазого оборванца в потрёпанной и мешковатой одежде. Помнил, как она схватилась за огромный половник, будто это было самое опасное на свете оружие, тыкала в его сторону и угрожала, что закричит и позовет своего хозяина. А тот в свою очередь поймает и передаст безродного ищейкам. Вспомнил, что он сел смирно посередине небольшой кухоньки и сказал, что если это сделает ее чуточку счастливее, пусть будет так. Он вытянул руки, позволяя их связать. Но Эсфира его удивила. Она не только не стала кричать, как грозилась, а вышла из кухни и тихонько прикрыла за собой дверь. Через секунду в проеме вновь показалась белобрысая голова с двумя косичками:

– Сахарное печенье в третьем ящике справа. Если вскроешь замок, оно твое.

После этого Иринарх стал частым гостем, всегда удачно подгадывая время отсутствия ее принципала. Он предложил Эсфире дружбу. А через несколько лет, поняв, что их связывает что-то большее, стал ее мужчиной. В свои неполные восемнадцать, как думал парень, хоть и не верил в религиозную чушь, – его поцеловал сам ангел, в своем бескорыстии одарив чувствами, которые в их мире были недоступной роскошью.

– Эсфира, даже не проси, я тебя не брошу, – голос парня стал тихим, в нем улавливались нотки отрешенности. – Когда, этот металлолом узнает, он тебя не простит. Он не даст тебе оставить ребенка!

– Нет. Мой принципал на самом деле не плохой, хоть и мыслит рационально. Он поймет, правда, я в этом уверена.

На самом же деле Эсфира не была уверена в своем хозяине, возможно, поэтому до сих пор скрывала живот в безразмерных нарядах и пыталась часто не попадаться ему на глаза. Но надежда, она и дана для того, чтобы верить. По крайней мере с Иринархом она была согласна в одном – если сейчас совершит глупость и убежит, то станет объектом преследования. И в случае их поимки ее ждет печальная судьба: либо мгновенная смерть, либо отправка в Архию, что не являлась участью легче, так как примитивы из Архии не возвращались вообще. Что там делали с ними, каждый мог только догадываться, но слухи ходили ужасные.

– Поймет? Ты сама в это не веришь!

Девушка заглянула в ореховые глаза.

– Я верю всем сердцем, все будет хорошо. Я рожу нашего малыша и позабочусь о нем. Ты знаешь, здесь я в безопасности. Для Церебрума важен каждый примитив, не зря о нас пекутся и нас охраняют.

– Примитив… – презрительно произнес парень и поморщился.

А Эсфира между тем продолжила:

– Ведь ты не будешь отрицать, что, пока у меня есть хозяин, я под защитой, с крышей над головой, едой и чистой водой. Нашему ребенку не придётся ни в чем нуждаться. Ему не придётся жить так, как жил ты. А если повезет, Антигус разрешит его оставить в своем доме и не продаст.

– Дурочка… Какая ты еще наивная дурочка.

Иринарх легонько поцеловал Эсфиру в лоб, тяжело вздохнул, но не отчаялся. В его голове уже назревал план, как увести ее и не родившегося малыша за стену. Он хотел учесть все нюансы и трудности, с которыми они могут столкнуться. Он даже знал, что в нужный момент сможет уговорить девушку, если хорошо все подготовит. Но разве он мог догадываться, что все будет зря, а мимолетный поцелуй, который он оставил на ее милом личике, будет последним?

– Я люблю тебя, Эсфира. И я вернусь за вами.

***

– Вы Антигус? Хозяин Эсфиры?

– Да, – принципал с прилизанной причёской поспешил подняться и протянуть руку в знак приветствия мужчине в медицинской робе.

– Прошу, проследуйте за мной.

– Если вы видите в этом необходимость… – недоумение Антигуса можно было легко прочесть по лицу.

Он робко прошёл за доктором в просторный кабинет, где не было ничего лишнего и все казалось подчеркнуто строгим: в бело-сером исполнении.

– Прошу, присядем.

– Ваше приглашение настораживает, доктор, я не понимаю, для чего я здесь, – оставаясь на ногах, сказал Антигус.

Но доктор не ответил. Он неспешно, с вычурной небрежностью прошествовал за широкий стол и чинно уселся в черное кресло, которое вносило в светлый интерьер диссонанс, как, впрочем, и его алая форма врача.

– Прошу, угощайтесь… – доктор указал на полусферическую вазу, которая была доверху наполнена цветными энерго-кристаллами.

Устоять перед соблазном было невозможно. Алчно блеснули глаза, и Антигус в небрежной манере подошёл к столу.

– Позволите, я возьму два?

– Да, да, пожалуйста.

Но жадная рука не удержалась и зачерпнула горстку, быстро спрятала в кармане. Не заботясь больше о приличиях, Антигус отправил один кристаллик, размером с ноготок, себе под язык. Пару секунд ушло на то, чтобы он растворился и передал телу заряд энергии. При этом лицо принципала конвульсивно дернулось, а глаза прикрылись, легкая эйфория ненадолго сменила напряжение.

Уже пребывая в лучшем расположении духа Антигус под пристальным и немного нетерпеливом взглядом уселся в белоснежное кресло напротив.

– Что-то с Эсфирой, да? Говорите правду, доктор…

– Нет.

– Нет?

– Нет, у нее не все хорошо, – доктор сложил пальцы домиком и чуть наклонился вперед. – Мне сообщили, что вам пришлось буквально силой тащить ее к нам, это правда?

Поерзав на месте, Антигус произнес:

– Да, да, вы правы. Я не знаю, что случилось, она обычно робкая и покорная, но сегодня, когда я ей сообщил, что поведу на плановую стерилизацию, ее как будто подменили.

– Ох уж эти безродные примитивки, с ними столько проблем… – доктор протяжно вздохнул и жестом велел продолжить.

– Она стала подавленной, агрессивной. Вы не поверите, пыталась от меня сбежать! – удрученно воскликнул Антигус, понимая, что если его примитивка сломалась, другую он вряд ли сможет себе позволить, да и лишних денег на усыпление у него нет. – Мне ничего не оставалось, как ограничить ее движения, надеть намордник и притащить силой.

– Я правильно понимаю, вы не выявили причину ее поведения? – доктор, на лице которого еще при создании умерли все эмоции, кажется, искренне удивился.

Неужели Антигус настолько глуп и наивен? Хотя, если судить по обшарпанному виду и тому, что он проживает на окраине Церебрума, все возможно. Ведь у людей этого квадранта уже можно наблюдать психические отклонения от недостатка питания.

– Нет, доктор, я надеюсь, стерилизация приведет все в норму. И она станет прежней.

– Хорошо, – доктор резко выпрямился и направился к выходу.

– Что хорошего? – тут же подскочил с места и Антигус. – Когда отдадут мне примитивку?

– Точно не сегодня, – доктор открыл дверь, но Антигус загородил собой выход. Ему не нравился неоднозначный ответ.

– Что вы от меня хотите? – проницательный взгляд доктора остановился на недовольном Антигусе.

– Я хочу, чтобы вы вернули мне Эсфиру немедленно. Мы воспользуемся услугами другого социального учреждения.

– Это невозможно, – спокойно произнес доктор, все еще буравя мужчину пронизывающим взглядом.

– Но почему? – отчаянно протянул Антигус и сам удивился тому, как здорово у него получилась эта эмоция.

– Да потому, что поздно ее стерилизовать, она беременна! Вы понимаете, чем это чревато? Вы понимаете, что вам за это грозит?

– Огромный штраф, – глаза принципала расширились от страха. – Если она произведет на свет себе подобного, мне светит огромный штраф, я должен буду в течении десяти лет выплачивать Архии неустойку, что для меня равносильно смерти. Мои скудные доходы лишат меня возможности вовремя питаться. А это недопустимо и приведет…

– Вот именно, поэтому готовьтесь к неприятным последствиям, – оттеснив Антигуса в коридор, доктор закрыл дверь и попытался скрыться за ближайшим поворотом.

– Стойте, вы не можете! – теряя себя от безысходности, Антигус засеменил за доктором, но поймал на себе пару любопытных взглядов и понизил голос до шёпота: – Прошу, не наказывайте меня за мою беспечность. Я, правда, никогда не подозревал за своей Эсфирой ничего противозаконного. Я даже не могу предположить, с кем она могла спариться.

Доктора признания Антигуса не впечатлили, он изломил бровь.

– Когда вы приручили примитивку, вы должны были осознавать ответственность и понимать, что подобные эпизоды имеют место быть, поэтому и следить за девчонкой нужно было тщательнее либо приводить раньше, а не тянуть до крайности.