одним берегом к соседской территории, где жил лучший друг Насти, Илья. Небольшая полянка перед прудом, специально оборудованная для детей, была окружена ветвистыми фруктовыми деревьями, которые скрывали своих обитателей от посторонних взглядов.
В любое время года здесь можно было прекрасно провести время, отдохнуть и посмотреть, как образуются круги на воде. Настя и Илья подолгу здесь сидели, болтали на разные темы, и им было хорошо и спокойно, – словно время останавливалось и давало возможность насладиться тишиной и запахами сада.
Отелло радостно взвизгнул и бросился вперед. Он едва не повалил на землю Илью, который сидел на коленях и что-то царапал на земле сухой веткой.
– Я думала, что тебя еще нет, – удивилась Настя.
– Отец отправляется в море, ему сделали большой заказ, – пояснил Илья, отряхивая коленки, – я отправляюсь вместе с ним, поэтому пришлось встать пораньше.
Он обнял Отелло и, не поднимая головы, спросил:
– А ты что так рано?
– Что-то не спится, – Настя подозрительно посмотрела на Илью. – Значит, ты уходишь в море? Надолго?
– Еще точно не знаю. Отец говорит, что сегодня будет прекрасная погода, скорее всего, вернемся только ночью.
Настя опустила глаза, как будто на что-то обиделась.
– Я с ним говорил, – сказал Илья, – он не может взять тебя с нами. Что скажут твои родители? Да и вообще…
– Что вообще?
– Он любит быть один. Иногда мне кажется, что он и меня не видит. Не переживай. Когда-нибудь мы обязательно все вместе отправимся в море. Вот увидишь.
Настя горько вздохнула.
– Ничего, я буду тебя ждать, а ты мне привезешь самую большую королевскую креветку. Хорошо?
– Обязательно, – засмеялся Илья. – Самую большую.
На середине пруда забил хвостом маленький окунек. Настя стала считать круги, но сбилась и даже немного расстроилась.
– Ладно, я пойду, – сказал Илья голосом старого моряка, будто он уходил в далекое плавание, – отец наверно уже ждет. Встретимся завтра утром, если ничего не случиться.
– Удачи, – только и сказала Настя, помахав ему вслед рукой.
В тени деревьев было прохладно, хотя солнце палило изо всех сил. Настя села на деревянную скамеечку, которую смастерил Илья, и задумалась. Ей было забавно смотреть, как Отелло, словно ошпаренный, носился вокруг пруда в надежде поймать хоть одну из рыб. Еще немного, и он готов был нырнуть в воду.
Вдруг Настя заметила на земле, на том самом месте, где сидел Илья, надпись. Она подошла поближе и прочитала: «Я ухожу в море».
На первый взгляд ничего особенного в этих словах не было. Илья не ожидал встретить Настю так рано, потому и написал их, чтобы она его не искала. Только и всего. Но Насте эти слова показались какими-то не настоящими. От них веяло недосказанностью и целой историей. Она, вдруг, увидела в них второй смысл, который сама не вполне понимала. Интуиция подсказывала ей, что в словах заключено совсем не то, о чем хотел сообщить Илья. Они были волшебными. И это было продолжением сна. В этом она была уверена.
Не успела Настя подумать обо всем этом, как Отелло пронесся мимо нее и стер все слова. Они растаяли, как будто их и не было. Остался лишь маленький клубок пыли.
Настя хотела разозлиться, но не успела, потому что послышался легкий едва различимый звук, похожий на колокольчики. Настя прислушалась. Действительно, в воздухе плыла нежная мелодия, похожая на ту, что была утром в комнате.
Мелодия тонула в окружающих звуках, но была отчетлива. Вместе с мелодией появилась странная дымка, какой-то полусвет, маленьким облачком зависший над прудом. Насте даже показалось, что звуки исходят именно оттуда. Воздух стал прозрачнее, в нем появились посторонние запахи, как от полевых цветов.
Длилось все это несколько секунд, почти мгновение, однако Настю охватил такой восторг и удивление, словно перед ней разыграли настоящее представление. Она была уверена, что даже в краски окружавших ее предметов кто-то невидимой рукой добавил цвета.
Когда мелодия прекратилась, а дымка исчезла, наступила полная тишина. Даже Отелло стоял как вкопанный и не дышал, поджав хвост. В этот момент Настя вдруг почувствовала неведомый ей раньше страх. Он шел из глубины, без всяких видимых причин, словно это был не ее, а чужой страх.
Она вернулась домой, решив никому ничего не говорить, хотя ее так и распирало обо всем рассказать родителям.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
в которой Синегория охвачена войной, а в Зелиборе зреет коварный план
Синегория раскинулась на огромном пространстве среди высоких заснеженных гор, с глубокими реками и бескрайними равнинами. После долгих междоусобных войн в Синегории осталось всего два королевства – Зелибор и Белогорье.
Зелибором управляли две королевы – Чара и Мира из династии Варанов, которая покорила все существовавшие до этого королевства. Белогорье же оставалось под властью династии Кондоров – единственной соперницы Варанов. Им управлял наследный принц Ярек, мечтавший о мире и благополучии в Синегории.
Но, несмотря на все могущество Зелибора, день, в который произошла битва у Черного Ручья, навсегда вошел в историю Синегории как начало падения династии Варанов и путь к новой жизни.
Битва была жестокой и не равной.
Войска Зелибора, возглавляемые королевой Чарой, выстроились в боевой строй, растянувшись на несколько километров. С высоты птичьего полета это был хорошо отлаженный механизм, вооруженные солдаты двигались строго по команде и занимали позицию там, где это было необходимо. Любой генерал позавидовал бы такой армии.
Войска Белогорья, расположившиеся в километре напротив, не имели такого блестящего и внушительного вида. Единственное, на что они надеялись, так только на мобильность и быстроту. Принц Ярек с нескрываемым волнением оглядывал свои войска, они казались ему маленькой мышкой перед огромным разъяренным слоном.
Но, по правде сказать, у армии Белогорья было свое преимущество, которое и сыграло решающую роль в битве. Так или иначе, на ее стороне оказалось много подданных Зелибора, симпатизирующих принцу, да к тому же сама природа была не ласкова к его противникам.
Меж двух холмов, где Черный Ручей делает поворот, армии сошлись в решающей и смертельной схватке, от которой зависело очень многое. Династия Варанов против династии Кондоров. Никто не хотел уступать, но принцу Яреку и его родному дяде, герцогу Борилу, уступать было просто невозможно, для них это могла быть последняя битва.
Кондоры ожидали нападения в полдень. Однако королева Чара все не отдавала приказа к атаке. Она дожидалась наступления сумерек, чтобы магия ее жрецов обрела еще большую силу.
Наконец, когда стемнело и поднялся ветер, первые отряды Варанов ринулись в бой. В то же мгновение звон металла и крики воинов смешались и наполнили равнину омерзительным эхом войны. Земля превратилась в грязь за считанные минуты, а затем начала прятаться под мертвыми телами, падавшими на землю, словно орехи глубокой осенью.
Битва продолжалась несколько дней, но победителя в ней не оказалось. Армии отступили, унося с поля боя убитых и раненых.
Официального перемирия заключать не собирались. Никто из генералов, как с одной, так и с другой стороны, не хотел, да и не мог, продолжать битву. Измотанные солдаты падали от усталости; пыль, поднявшаяся выше гор, затмила не только солнце, но и разум.
Спустя несколько дней в Большом Тронном Зале за королевским столом Варанов две сестры Чара и Мира разгневанные итогом битвы, условились раз и навсегда покончить с Белогорьем. Конечно, они и раньше об этом думали, может быть даже чаще, чем требовалось, но именно сейчас, Белогорье показалось им настоящей занозой. И с этой занозой надо было что-то делать, но они никак не могли придумать, что именно.
Все, что они предпринимали до сих пор, начиная с магии и, заканчивая подкупом, не сломило Белогорье. Казалось, оно вот-вот рухнет, сдастся, попросит пощады, но вдруг – и удача опять на его стороне, а Варанам опять приходилось все начинать сначала. Ни с одним из завоеванных королевств не было так тяжело.
Хотя царицы и были родными
