И вот – я встречаю группу сама! И работаю с ней аж три дня! Двадцать пять небольших детей – 4-й или 5-й класс из какого-то маленького городка.
Это был самый конец 90-х.
На Московском вокзале из вагона выгрузились мои туристы, привезла их одна молодая энергичная учительница. (Сейчас сопровождающих гораздо больше. Кроме учителей и родителей обязательно едет врач).
Встретив меня, учительница радостно воскликнула: «Елена Львовна! Как хорошо, что Вы нас встретили! У меня столько дел в Петербурге! Столько дел! Я очень тороплюсь. Я Вам вечером, в гостинице все расскажу». Повернулась и быстро пошла к выходу…
Я опешила. Когда закричала ей вслед, она только рукой отмахнулась – некогда, мол! И ушла. Я осталась с двадцатью пятью испуганными ребятишками, которые таращились на незнакомую тётю и незнакомый город. Да! Еще рюкзачки и тяжелые сумки, ведь чемоданов на колёсиках тогда ещё не было…
Самое грустное было то, что у нас все три дня были ПЕШЕХОДНЫЕ. То есть автобус с нами не работал совсем. Так заказала группа, ведь пешком и на общественном транспорте значительно дешевле.
И что мне было делать? Я собрала их вокруг себя, представилась. Попугала, что у нас очень большой город, можно легко заблудиться. Поэтому я буду идти впереди, они – за мной. Две девочки повыше стали замыкающими.
И мы пошли. Сначала – в метро (покупка жетонов на каждого). А некоторые ребята вообще видели метро впервые в жизни… Кричу: «Взяли жетоны в правую руку! В правую!» (У нас же турникеты для правшей). Кто-то, конечно, в такой неразберихе не сделал, бросил левой, а пройти пытался справа! А турникет не пускает! Прошло несколько секунд – жетон «съелся», но ребёнок не прошёл. Снова бегу за жетоном в кассу… А перетаскивание сумок и чемоданов через турникеты!
Девчонки боятся, визжат, мальчишки стоят мужественно, вцепившись в поручень (слева, конечно…) Хоть кричу, чтоб держались правой рукой…
Ей-богу, можно снять короткометражную комедию, как группа несмышлёнышей из деревни с обалдевшим неопытным экскурсоводом заходит в метро…
Кое-как доехали до нужной станции. А дальше надо было ехать до гостиницы на трамвае! (Опять-таки, из экономии они выбрали отель на окраине).
Я нервничаю – никого не забыла? Все ли вышли на нужной остановке? Пересчитываю их каждые десять минут…
Они-то меня быстро запомнили, а мне потребовалось какое-то время…
Стоим с ними на перекрёстке, ждём. Тут один мальчишка вперёд меня вылез, почти на дорогу. Я его за руку схватила, отчитывать начала… Вдруг рядом какая-то женщина: «Что вы моего сына хватаете?» Оказалось, не мой ребёнок был…
Добрались до гостиницы, разместились, пообедали, и – обратно в центр, в Зоологический музей. Хорошо, что теперь хоть без чемоданов…
Потом – пешеходная экскурсия по городу, ужин, и – обратно в гостиницу.
Приехали – а учительницы ещё нет. Я сижу, жду её, не могу же я детей одних в гостинице бросить?
Она приехала поздно, и с гордостью стала мне показывать свои покупки – кофточки, юбочки, туфельки… Я ей говорю:
– Вы что делаете? Я же не могу с ними одна! Ведь потеряется кто-нибудь! Вы же за них отвечаете!
– Да всё у Вас получится! Я в Вас верю!
И похлопала меня по плечу…
– Серёжа! Слушайся Елену Львовну! Не подводи меня!
(Это – мальчику из группы).
Так прошли все три дня. Я не смогла её заставить выполнять свои обязанности. Мы с ребятами ездили, ходили, смотрели. Вечером я привозила их в гостиницу и дожидалась учительницу.
Мне повезло – они были маленькие и боялись потеряться. Были бы постарше, все могло пройти гораздо хуже.
Правда, один раз у меня чуть было их не увели.
Я тогда ходила в длинном сером пальто и чёрной шляпе.
Иду впереди группы, и меня обгоняет другая дама, тоже в сером пальто и чёрной шляпе. И сворачивает направо.
Вдруг краем глаза вижу, что мои дети, как цыплята за курицей, сворачивают за ней… Кричу им:
– Эй! Я здесь! Вы куда?
Посмеялись.
В целом все прошло благополучно. Мы посмотрели то, что нам полагалось по программе, и я никого не потеряла. Но нервничала ужасно.
Так как домой я попадала довольно поздно, то звонить на домашние телефоны своим руководителям и рассказывать о сложившейся ситуации у меня не получалось. (Мобильных телефонов тогда не было).
В воскресенье вечером группа благополучно уехала домой.
Когда в понедельник я рассказала об учительнице в офисе, мне чуть у виска не покрутили. Сказали, что надо было вызывать милицию, составлять протокол… Нельзя было одной с ребятами возиться! Опасно для детей!
Для меня это был серьёзный урок. Хотя, если честно, я до сих пор с трудом разговариваю с такими наглыми людьми, как эта учительница…
Как-то летом я, откатав Петергоф и сама проведя огромный Нижний парк, уже смертельно уставшая, под вечер получила новую группу. (Пришлось подменить подвернувшего ногу экскурсовода). Группа была взрослая.
Проезжая мимо Петропавловской крепости в сторону Авроры, (а мыслями уже убежала вперед, на корабль), говорю туристам:
– Слева от вас гранитный обелиск, на котором виден медальон с пятью профилями. Здесь стояла виселица, на которой казнили пятерых декабристов. У нас много в Петербурге таких же прекрасных мест…
В конце экскурсии подошёл мужчина из группы, спросил:
– Вы помните, что Вы сказали в начале экскурсии?
– Ой, я столько сегодня всего наговорила…
Он мне и повторил мою фразу про прекрасные места… Поблагодарила, что так внимательно слушал!
Подслушано возле Медного всадника.
Как известно, на камне – постаменте с двух сторон сделаны надписи, с одной стороны – на латинском, с другой – на русском языке: Петру Первому – Екатерина Вторая.
На фоне монумента фотографируется семья. Отец громко детям говорит:
– Вот, видите, какой дочка батьке памятник поставила! Учитесь!
Все мы разные. У нас разные запросы, разные интересы. И отношение к увиденному или услышанному тоже различное. Кого-то в восторг приведёт Эрмитаж, кому-то из приезжих больше всего понравится Зоологический музей, а кому-то запомнится Гранд Макет Россия с миниатюрными фигурками. Поэтому в туристические программы опытные менеджеры ставят музеи разной тематики.
Однажды привезла школьную группу в Царское Село. Это был последний день тура, ребята уже слегка пресытились нашими красотами, устали. Осмотрев великолепный Екатерининский дворец, мы пошли в Лицей. И тут вдруг два парнишки «забастовали». Сказали: всё! Никуда не пойдём. Здесь, возле гардероба, посидим.
А ребята хорошие, взрослые – класс девятый – десятый. Учителя от них отстали (сколько можно уговаривать?) А у меня ещё, видно, силы были. Как-то нашла нужные слова. С трудом, но нашла. (Не всегда получается).
И не то, что, типа, «деньги заплачены, идите уже». Я просила. Уговаривала. Говорила, что, может быть, они никогда больше здесь не побывают, в Лицее. Разве что уже со своими детьми. Что здесь замечательные экскурсоводы и им будет интересно. Гарантирую!
Ребятам стало просто неловко мне отказать. Они пошли.
Я, конечно, подошла к ним, когда вышли. Спросила: как?
Ответ одного из них запал в душу. Он сказал:
– Вот только ради этого сюда надо было ехать. Все эти ваши Эрмитажи, дворцы – всё это ерунда. А вот это – круто.
Не запомнила, кто им тогда показывал Лицей. Кто бы ни был – спасибо!
Коллега показывает туристам знаменитую скульптуру Петербурга – Медного всадника. Подробно рассказывает увлекательную историю создания монумента – как нашли и везли в столицу Камень – гром, который «лёг под стопы Великого Петра», как сложно создавалась сама скульптура.
