что прекрасно знал всех игроков в своей зоне ответственности. Да, среди них имелись очень опасные персоналии, особенно торговцы «нектаром», но никто не стал бы провоцировать власти расстрелом КПП.
- Полковнику лучше знать, капитан. Мое дело маленькое — доставить вас, куда приказано.
- У меня к тебе претензий нет, друг. А что еще тебе успели рассказать?
- Ничего, - разочарованно вздохнул Хартманн, - в этот раз глухо. И да, там уже эти, в костюмах все оцепили.
Под «этими» подразумевались сотрудники контрразведки — Бюро Внутренней Безопасности, БВБ. Полицейские их недолюбливали, а те делали вид, что не замечают этого. В Бюро служили люди определенного склада характера, отбор туда был очень строгим. Будущих сотрудников находили уже действующие. Просто через собеседование туда попасть было невозможно.
Виктору такой шанс не выпал, хотя закончил он Академию с высоким итоговым баллом, да и с физической подготовкой проблем не имел. Но никого не заинтересовал одаренный выпускник, поэтому он подписал контракт с полицейским управлением Урошеваца. Молодость будоражила кровь, и он напросился на оперативную работу в отдел по борьбе с наркотиками, между своими именовавшийся «аптекой». Это стало большой ошибкой. Он мечтал о поимке главарей наркобанд, рейдах по подпольным лабораториям. Рейды, конечно, проводились периодически, но представляли собой не штурм ангаров с оборудованием, а нудный обход домов и квартир с целью выяснить у проживающих там людей, где, возможно, располагаются точки сбыта, или вдруг кто-то чувствует запах готовящейся синтетики. Задержанные были тоже не джентльменами в деловых костюмах, а грязными, опустившимися «торчками», которые зачастую и пару слов связать не могли.
Но он быстро втянулся. Избавлять общество от таких отбросов — тоже важная работа. Один раз ему даже удалось схватить с поличным относительно крупного торговца. Именно так он получил звание капитана.
Машина тем временем катилась по ночным улицам города, на стенах зданий сверкали рекламные экраны, фонари освещения иногда создавали впечатление, что ночь и не наступала. А за всей этой иллюминацией возвышались дома и жилые строения. Город света, город искусственного солнца. Днем город терял свое великолепие, превращаясь в достаточно унылое место, за исключением нескольких новых улиц и района центрального парка. Днем Урошевацом владела бетонная серость, где белая мечеть и два христианских собора выглядели как инородные элементы.
Но он любил свой город даже таким. Серость не означала запустение, за домами ухаживали, ремонтные работы и строительные работы продолжались круглый год . А новые районы иногда могли удивить каким-нибудь архитектурным вывертом.
Его дом находился в пределах внутреннего Периметра, но на приличном расстоянии от пятого КПП, так что дорога туда даже по пустым дорогам заняла почти двадцать минут. Он попросил разрешения у Хартманна закурить. Тот с недовольством дал согласие:
- Курите, капитан, пепел на коврик только стряхивайте, все равно на мойку загонять.
- Спасибо.
- Бросили бы вы это дурное дело.
- Не начинай. Ты же знаешь, как сильно я люблю нравоучения.
- Да я не о здоровье вашем переживаю, хотя и это тоже. Вот бюджет вы свой так и прокурите.
Отчасти сержант был прав: сигареты и чай отъедали треть его жалования, когда он был лейтенантом, сейчас, конечно, он зарабатывает побольше — звание, выслуга, должность заместителя отдела, но и нормальные сигареты и чай не останавливают ценовой рост. Однако денег ему вполне хватало на приличную жизнь, он даже умудрялся что-то откладывать.
За все время пути им встретилась только одна уборочная машина рядом с центром, которая медленно сметала грязь с дорожного покрытия.
От центра Урошеваца в северном направлении начиналась прямая трасса, на которой и располагалась цель их поездки. Пять километров по прямой, четырехполосной трассе, которую так любили местные любители ночных гонок. Но они занимались этим после КПП, так как было бы глупо сразу нарваться на транспортную полицию.
Виктор вспомнил о том, что хотел закурить, но так и не достал сигарету. Ничего, покурит на месте.
Вдоль трассы с обеих сторон были высажены колоннообразные деревья, вроде бы специально выведенные тополя с усиленной корневой системой и отсутствием вездесущего пуха. Между ними стояли фонарные столбы, так что даже тут не было и намека на тьму.
Хартманн включил проблесковый маячок:
- Пусть видят, что свои, а то на нервах еще палить начнут.
Виктор подумал, что сержант явно сгущает краски. Придурков в полиции и БВБ не держали. Через минут десять им пришлось остановиться перед двумя бронетранспортерами «Freccia», перегородившими дорогу. Башня одного из БТР была повернута в сторону центра. Виктор давно не видел в городе военной техники и не мог сказать, что сильно печалился по этому поводу.
Из-за БТР вышли четыре солдата в полном боевом снаряжении и знаками показали им оставаться внутри. Хартманн медленно опустил стекло и повернулся так, чтобы можно было считать информацию с его нагрудного значка. Виктор достал пластиковую карту-удостоверение с чипом.
Не говоря ни слова, один из солдат навел на значок сержанта сканер, массивный агрегат из черного пластика с инфракрасным считывалем, подождал несколько секунд, пока пройдет синхронизация, и кивнул головой. Лицо его было скрыто большими темными очками, которые могли работать в качестве прибора ночного видения. После этого он махнул рукой в сторону БТР, и колесные машины сдвинулись с места, освобождая проезд. Виктор почувствовал странное беспокойство. Ситуация с расстрелом КПП не рядовое событие, но террористические атаки случались и прежде, однако раньше он лично не выезжал на место происшествия. Сразу вспомнились телевизионные репортажи, где на заднем фоне взорванных зданий или автобусов мелькали солдаты и бронетехника. Теперь ему предстоит увидеть, как это работает изнутри.
Здание КПП представляло собой большую стеклянную будку на бетонном постаменте. Обычно внутри находилось пять полицейских, занимавшихся сверкой регистрационных данных или взятием проб на алкоголь и наркотики.
Взрыв был не очень мощным, рассыпалось стекло только со стороны, обращенной к городу. Осколки тем не менее лежали и в тридцати метрах от КПП.
Они явно прибыли в числе последних. Метрах в пятидесяти от места трагедии уже стояли не менее двадцати патрульных и оперативных машин. Чуть ближе к КПП он заметил два микроавтобуса медицинской службы. Сержант остановился поближе к обочине, справедливо полагая, что кто приехал последним, тот последним и уедет.
Виктор выбрался наружу и сразу почувствовал, что здесь гораздо холоднее, чем возле дома, поэтому застегнул молнию на куртке под самое горло и все-таки вытащил сигарету. Однако подкурить не успел. Голос полковника
