Принц скривился.
— Откуда ты родом?
— Издалека, мой принц, насколько я могу судить. Мне сложно сказать точно, потому что мои воспоминания спутаны, — поживи с моё, тоже много чего забывать начнёшь, ага. — Я не понимаю, что случилось! Я думаю… Я думаю, это какая-то злая магия!
Мужик, которого я для внутреннего порядка решила называть Архимагом, страдальчески скривился. Он явно хотел переключить разговор на себя, и — вот нет, этого мне не надо. С этим придётся или нарушать запрет на ложь, или драться всерьёз, или договариваться и потом отыгрывать, простите боги, “боевого демона”. Всё перечисленное звучит неприятно, а я — ленивое зло. Нафея оно мне надо?
Так что я скроила самую лучшую из своих меня-посетила-хреновая-идея рож. Открыв глаза пошире и добавив в голос в равной мере надежды, трепета и восторга, я спросила:
— Мой принц, кажется, я начинаю понимать… Неужели это судьба? Неужели ваши доблестные колдуны призвали меня сюда в качестве вашей невесты?!
Дар речи потеряли и высочество, и “доблестные колдуны”. Догадываюсь, что всклокоченная я в пижаме и пушистых тапочках была очень мало похожа на идеал местной женщины; на невесту принца, разумеется, я походила ещё меньше.
И слава, в общем-то, богам.
— Ты что несёшь? — вскинулся принц.
Я ответила ему щенячьим взглядом.
— Вы так прекрасны, мой принц, — ну, вопрос вкуса; парень неплохо сложен, явно хорошо ухаживает за собой, обвешан статусными игрушками. Уверена, он прекрасен по меркам многих… не говоря уж о короне на голове, которая даёт +сто очков привлекательности любому лысому пузатому колобочку, не то что вполне симпатичному, в общем-то, юноше.
Он ещё сильнее вытаращился на меня. Я прикинула, что прямо сейчас его надо натолкнуть на правильные мысли. Но…
Я не рискнула подчинять его разум напрямую.
Это, конечно, был самый простой вариант, лёгкий и непыльный. Разрушить менталку, сделать личной куклой, подарить это тело в пользование одному из моих паучков — за годы в роли хтонического зла я изобрела множество способов разбираться с такого рода проблемами. Да и пауки, что уж там, немного соскучились по прогулкам в человеческих телах. Я просто чуяла, как самым старшим из них, тем, что на обратной стороне уже размером с небольшой домик, хочется уменьшиться, заползти орущему на меня человечку в ухо и обосноваться в мозгу, чтобы потом хорошенечко поразвлечься и сделать этот замок нашим гнездом…
Звучит соблазнительно, вообще-то. И весело.
Но тут есть пара неувязочек.
Во-первых, я ещё понятия не имею, насколько местные колдуны хороши. Тот же Архимаг, например, вполне себе внушает, да и на своей территории. Вдруг что лишнее заметит? Он уже сейчас что-то чует, так на кой усугублять?
Во-вторых, само по себе высочество. Не то чтобы в нём можно было заподозрить обладателя каких-то выдающихся моральных качеств — мои паучки ясно чуяли эманации насилия, в том числе сексуализированного, и трёх-четырёх убийств — но эй, ребят, это царственная особа в условно старинном сеттинге с восточным уклоном. С учётом эпохи, занимаемого положения и безнаказанности парень был, можно сказать, стабильным среднячком, причём даже со скосом в лучшую сторону. Опять же, я отчётливо улавливала направленные в мою сторону эмоции, и как бы так сказать… Принц был раздосадован, и зол, и возмущён, и в целом считал женщин низшей формой бытия. Однако, он самостоятельно, без малейшего паучьего вмешательства, задушил в себе порыв на наглой сумасшедшей (то бишь мне) всерьёз отыграться.
Имея некоторый опыт общения с царственными особами, я не могла подобное не оценить.
В-третьих, самое важное. Я всё ещё не собираюсь работать здесь древним злом! Я приехала, читайте по буквам, в отпуск! Dixi! И не позволю втянуть себя в местные разборки! А то знаю я эти молодые да дерзкие миры: стоит скромному хтоническому злу случайно оказаться поблизости, а после пошевелить лапкой — и тебя тут же тащат в игру, оплетая так, что фиг вырвешься. Знаю, проходили! Ты хотел, например, просто помочь туповатой деве в беде, или открыть своё кафе, или отдохнуть от суеты мирской в дальней провинции, параллельно восстановив там экономику — и потом сам не заметишь, как обнаружишь себя хозяином древней цитадели и Тёмным Властелином, находящимся в противостоянии с кучей полоумных святош. Со мной именно так и случалось, и уже на третий раз это начало натурально бесить…
Нет, нет и нет!
Мне оно не надо. Я хочу наслаждаться местной жратвой, увидеть библиотеки и книжные лавки, побывать на пляже, посмотреть красоты, попутешествовать и побродить с паучками по местным местам силы… Может, ещё завести необременительные отношения на две-три ночи, если вдруг встретится интересный объект, энергетически со мной совместимый и/или способный накормить паучков. И всё! Никаких больше великих деяний!
Так что нет, подчинять принца я не стала. Вместо того я попросила одного из маленьких паучков пристроиться у высочества на плече и натолкнуть на правильные мысли.
Мой маленький миньон не нашёл ничего лучше, чем тихонечко забормотать: “Она просто человек, жалкий человек, ни в чём не виновата. Виноват тот, кто вызывал. Вызвал ли он специально не того, как думаешь? Хотел ли он твоего падения?”
Высочество задумалось.
Я инициативу миньона одобрила: паранойя — универсальный ключ к мозгам правителей. Качество, проверенное временем, так сказать.
“Прикажи закрыть её где-то, — бормотал между тем паучок. — Не позволяй никому к ней приближаться… Не позволяй замести следы. Собери информацию и потом допроси её…”
Шёпот паучка явно упал в более чем благодатную почву. Я мысленно покачала головой: нет, не поймите неправильно, мне это более чем на руку. Но серьёзно, куда этому дитёнку с такой восприимчивостью к внушению лезть в правители? Из него же любой приближенный будет верёвки вить! И очень быстро или сломают, или сожрут… Впрочем, такова судьба почти всех правителей. О чём переживать?
Губы высочества пренебрежительно дёрнулись.
— Ты, заткнись! — приказал он мне. — Откроешь ещё раз рот без разрешения, отправлю всю ночь преступников в тюрьме ублажать. Кем себя возомнила!
Мне того и надо было, потому я послушно устрашилась, не забыв добавить в глаза слёз да в позу драматизма, и заткнулась.
Высочество, кажется, моей реакцией удовлетворилось: всё его внимание переключилось на Архимага.
— Уберите это с моих глаз, — бросил он, — заприте в дальних покоях. Я разберусь с ней позднее. Я хочу, чтобы её допросили в моём присутствии.
Архимаг нахмурился.
Не удивительно.
Любой опытный колдун знает: какая бы неведомая ерунденя ни выпала у тебя из пентаграммы (и как бы безобидно она при этом ни выглядела), за этой самой безобидностью может скрываться всё, что угодно. То есть реально, вообще всё. И даже если оно у тебя крякает, как утка, выглядит, как утка, и даже срёт, как утка — это может быть неизвестный вам тип уткогоблина, или босс-симуляция из виртуальной игры уровня реалистичности А+, или самая обычная утка, но из какого-нибудь мира, населённого разумными утками-людоедами, или… Ну да, или просто ошалевшая от превратностей бытия утка из соседнего пруда, которую затянуло в кривую пространственную воронку, построенную учеником-рукожопом.
Любой вариант почти одинаково вероятен.
Так что Архимагу, понятное дело, не нравится идея просто так меня посадить в тюрьму и забыть. Он наверняка опасается, что я могу оказаться не тем, чем кажусь, и чего-то учудить — и не то чтобы зря, будем же честны, опасается.
— Ваше высочество, я хочу, чтобы это существо отправилось со мной в одну из наших лабораторий. Мои ученики…
Паучок на плече принца зашевелился.
“Он хочет забрать её, чтобы скрыть правду” — прошелестел он.
Высочество преисполнилось суровости.
— Твои ученики призвали ко мне полоумную девицу вместо боевого демона! — возмутился принц. — Думаешь, это была случайность?! Ты потратил столько ресурсов, чтобы притащить человека!
