не волновала.
– Вы бы вызвали «Скорую». И полицию, – громко сказала я. – За этим я пригляжу.
Чего там приглядывать, впрочем. Удар в пах окончательно сбил несчастного с ног. Не без моей скромной подготовки, конечно.
Женщину мое замечание отрезвило. Она оглянулась на меня, на пистолет в руке, на седого. Подбежала к нему, щупая шею и проверяя пульс. Затем торопливо достала мобильник.
Да уж, Охотникова, вышла погулять…
Повезло: и полиция и «Скорая помощь» приехали достаточно быстро и практически одновременно. Перед появлением полицейских я обтерла пистолет платком и положила на асфальт. Преступник все равно был в перчатках, на его отпечатки пальцев на пистолете можно было не надеяться. А мне, пусть я и имею в Тарасове и авторитет, и надежную репутацию, неприятности с чужим оружием не нужны. Скажу, что выбила пистолет из рук, а дальше обезвредила врага в рукопашной. И незнакомка подтвердит мои слова.
У незнакомки, однако, оказалось свое мнение на этот счет. Дача свидетельских показаний в ее планы на вечер, очевидно, не входила. Едва в машину «Скорой помощи» загрузили обоих пострадавших, а неподалеку притормозили полицейские, ее и след простыл. До меня донесся лишь визг автомобильных покрышек – дамочка была на колесах.
Я с более чем ясной головой (и не через такое проходили) обрисовала полную картину дежурному офицеру. Благо сегодня дежурил мой неплохой знакомый, Шура Осколкин, и мои слова имели для него вес. Он знал, что я не совру. К тому же задержанный нападавший и до этого имел приводы в полицию. Так что здесь можно было рассчитывать хоть на какую-то справедливость. Правда, едва ли для неудавшегося грабителя все будет так сурово, как могло бы быть для его скрывшегося соучастника.
Потому что раненный соучастником мужчина впал в кому от полученной травмы. И еще неизвестно, как повернулось бы дело для той мадам, не вмешайся я.
Бегство ее не давало мне покоя. Я ведь не знала всей картины целиком. Что, если она тоже была соучастницей? Подозрительно. Видимо, ей было из-за чего опасаться контакта с правоохранительными органами.
В больнице я задержалась. Седой дядька вызвал у меня искреннее сочувствие, хотелось убедиться, что его опознали. Досталось ему все-таки больше всех.
Вины по поводу того, что я не успела ему помочь, я не испытывала. Всех не спасешь – меня вообще могло там и не оказаться. Сделала, что смогла. А та дама могла бы и спасибо мне сказать, а не сбегать вот так вот по-идиотски, еще и привлекая мое внимание.
Я спустилась к кофейному автомату на первом этаже – после выброса адреналина хотелось сладкого, без оглядки на последствия для фигуры.
Взяла растворимый горячий шоколад в картонном стаканчике и решила немного подождать. Переведу дух да и пойду все-таки, пожалуй. Шура Осколкин пообещал держать в курсе.
Он, как и я, счел бегство дамы подозрительным. Но вполне ожидаемым. Теорий строить не стал, все равно виновник лежал под надзором в одной из палат под солидной дозой обезболивающего, после веселой процедуры вправления костей и наложения гипса. Никуда до утра не денется, а дальше – полный сервис, допрос с пристрастием, предъявление обвинения…
Вот, кстати, дамочку он попросил описать поподробнее, голос, одежду и прочее.
Выслушал меня, озадаченно морща лоб. Я уж думала, он начнет показывать мне фотографии подозреваемых, но Шурка ответил только, что по моему описанию очень уж похоже на Лидию Рубиновую.
– Ну, та тетка из телика, – устало пояснил он, одной рукой давая мне подписать свидетельские показания, а другой вытаскивая «Сникерс» из ящика стола. – Не телеведущая, нет, эта… продюсер.
– А разница в чем, Шур?
– У телепродюсеров власти побольше. Решают, какой сюжет пустить в эфир, кого из ведущих когда поставить, в таком духе. Рубиновая довольно крутая.
Тут лоб наморщила уже я. Не особо я люблю все эти телевизионные программы и предпочитаю не вникать. Когда мне нужна информация, я обращаюсь к проверенным людям, которые не подведут, и получаю от них проверенную информацию. А телевизионщики… тетя Мила о всех этих эфирных персонах побольше знает, а у меня при упоминании вроде известного имени никакое лицо перед мысленным взором не всплыло.
Вру, поправила я себя, размешивая шоколад и отпивая. Теперь при упоминании имени этой телепродюсерши вспоминалась женщина из проходной, противно орущая: «Ленька, да?!»
Кто этот Ленька, интересно? Конкурент? Муж, действительный или бывший? Ревнивый любовник? И вот ведь интересно: седого дядьку приложили знатно. Я бы даже сказала, перестарались – с первого взгляда было понятно, что он как боец опасности не представляет. Ему одного удара под дых хватило бы за глаза и за уши. А тут так сурово, аж до комы.
А с этой дамочкой миндальничали. Такое впечатление, что ограбить собирались да припугнуть. Это я, конечно, догадками занимаюсь. Может, нападавший думал, что с некрупной женщины и пары затрещин хватит. Но на сумку он нацеливался, это точно. И еще было понятно, что я подоспела к самому началу инцидента. А преступники рассчитывали разобраться по-быстрому. Оно и видно, им ведь не пара мордоворотов противостояли.
Я допила шоколад и вышвырнула стаканчик в урну. Может, целью был именно седой мужик, а дамочку хотели лишить сумки только для виду, маскируясь под ограбление. То-то седому и шагу сделать не дали. При нем и вещей-то толком не оказалось. Хотя не исключаю, преступник мог уже его ограбить к моменту моего вмешательства.
Ладно, сочувствие сочувствием, а мне бы и домой пора. Травмированного я одним своим присутствием из комы не выведу, а Осколкин мое любопытство удовлетворит, в случае чего.
Однако к помощи Осколкина мне прибегать не пришлось. За него меня проинформировал тот самый телевизор, из которого была та самая Лидия Рубиновая.
Утро следующего дня для меня началось поздно (я типичная «сова») и вполне банально. Мила уже позавтракала, сварила кофе и сидела у себя в комнате. Она, в отличие от меня, и впрямь охотно смотрит телевизор. Не всякий мусор, нет: преподавательское прошлое и врожденная интеллигентность делали Людмилу Охотникову разборчивой. Но вот теми же светскими сплетнями и новостями, вот как вчера, Мила вполне могла побаловаться. Так человек, сидящий на сбалансированной диете, вдруг срывается и
