Я уже поел, вещи переложил в сидоре, когда наконец дорога в обе стороны опустела. Достав «СВТ» с оптикой, помню, что не хотел светить хранилищем. Мало ли админы наблюдают, я использовал вещмешок как бруствер, положив на него ложе, и прицелившись, сделал четыре быстрых выстрела. Глушитель на винтовке, не зря сменял её у бойцов ГРУ на противотанковое ружьё, негромко захлопал, и трое немцев повались. Сидор и винтовку я мигом убрал во второе хранилище и с низкого страта рванул к мотоциклу и лежавшим рядом немцам, там один на костерке что-то готовил, двое работали. Однако дорога опустела и те прилегли на траву в тени мотоцикла. Отдохнуть. Солнце палило, похоже май, как и при встрече с двойником. Кстати, мотоцикл был модели «М-72». Да, это был советский мотоцикл, даже раскраску сохранил, видимо не успели перекрасить, свежий трофей. Только пулемёт был не «МГ-34» или «МГ-42», а наш «ДП». Видимо крепление для сошек переделывать не хотели. Стрелял я в голову, причём так, чтобы пули или дальше летели, или в землю зарывались чтобы не побить мой первый тут трофей. Так что оба немца у мотоцикла убиты, а тот что готовил, ранен в обе руки. К нему я и рванул. Тот уже орал от боли, напрягая глотку. К счастью, я успел его допросить до того, как у немца от болевого шока остановилось сердце. Сейчас двадцатое мая сорок четвёртого года, и да, мы находимся на дороге Могилев-Гомель. К слову, ещё три дня назад тут были наши, но немцы контратаковали, собственно те силы что я видел, в сторону фронта и шли, так что пока тут немецкие территории. Довольно по широкому фронту немцы атаковали. Обер-ефрейтор, коего я допрашивал, сообщил, что вроде колечко хотят замкнуть вокруг советских войск, но наши неприятно быстро среагировали, перебросили к месту прорыва ближайшие резервы, и не только остановили немцев, но и гонят их обратно. Те колонны что прошли, двигались к фронту, как раз остановить наступление русских. Насчёт мотоцикла ефрейтор подтвердил, трофей, вчера на железнодорожной станции их новенькие разгружали, когда немцы её захватили. Так что, порядка сорока мотоциклов им досталось, только с завода. Вот этим и выдали трёхколёсную машину. Причём мотоциклы были двух видов, вот эти «М-72» и «Харлеи», что собирались на наших заводах. Но это не главное, что меня заинтересовало. На той станции на нескольких платформах стояли новые «ИС-2», что стали трофеями немцев. Мне мой «ИС» до сих пор жалко. Тот что из-под Варшавы, который вернул назад, отбив у немцев, и потерянный у плацдарма.
Это всё что успел сообщить язык, да и последнее уже слабеющим голосом. Раны я ему не перевязывал. Не собирался тратить дефицитный материал. А трофеи были такими. Мотоцикл с пулемётом, боезапас «ДП» семь дисков, потом карабин «Маузер», к нему сто патронов, два «МП-40», к ним по шесть запасных магазинов в чехлах и около двухсот россыпью в ранцах, плюс два «Парабеллума». Три ранца, три плаща, каски и вся амуниция. Я только френч ефрейтора не брал. Кровью запачкан, а так всё снял. Биноклю старшего поста порадовался, тот унтером был. Переоделся, использовал два комплекта формы, подбирая, вполне мой размер получился. Никто со мной схож лицами не был, подобрал одни документы, возрастам хоть схож, сел на мотоцикл и покатил в сторону железнодорожной станции. Кстати, на посту армейцы были, а не фельджандармы. Да, стоит отметить, что после сбора трофеев, когда трупы спрятал на опушке, я пробежался вокруг, но пусто. Тут пост наших регулировщиков ранее был, остатки шалаша видел, но видимо успели отойти. Тел не обнаружил. А так катил спокойно, в курсе, что до станции, тут до неё километров тридцать, пост всего один, и где тот находится. Все трофеи, кроме формы, карабина и мотоцикла, убрал во второе хранилище. Туда же свою форму командира-танкиста. Пулемёт к слову с коляски снял, приметно, пусть там будет. Дорога вышла отличной, немцев на дороге хватало, но на меня никто не обращал внимания, я как невидимка был, свой среди своих. Пост просто объехал по полю и подъехал к станции с тыла. Спустившись в овраг, тут сильно пахло трупным запахом, похоже непогребённые павшие где-то рядом лежат, пока ехал, не раз улавливал эту вонь, но искать источник запаха не стал, убрал мотоцикл во второе хранилище, перед этим заправив почти пустой бак из канистры, та в держателе на люльке была, и повесив карабин на правое плечо, поправив ремень, побежал к окраине деревни, что жалась к станции.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Успел, чёрт возьми, действительно успел. Станцию захватили вчера утром, где-то часов в десять, была надежда что «ИСы» ещё тут, и нашёл их на станции. Дальше пути разбиты, поэтому должны снять трофеи, а немцы эти тяжи ценят, не бросят и постараются увести. Так что я обнаружил все четыре тяжёлых машины на выезде со станции. Причём в колонну включены ещё три бронемашины, две «Т-34-85», тоже похоже новенькие, Горьковского завода, с пушкой «ЗИС-С-53», а также «Т-44» с пушкой как у «тридцатьчетвёрок». А вот он-то тут откуда? Может испытания должен был проходить в боевой обстановке? Узнаю от немцев. Сами немцы явно готовили колонну к выдвижению, и гнать собирались куда-то к себе в тыл. Ну да, наши наступают, канонаду я нет-нет да слышал. Убирать технику в хранилище вот так днём, на глазах сотен немцев, точно не стоит. Пока те готовили бронемашины, я прошёл на территорию станцию, на меня не обращали внимания, и изучил что тут наши ещё бросили. А мотоциклы то не все забрали, те что «М-72» и «Харлей». Семь штук стояли, из них два «Харлея» с колясками, у стены здания вокзала. Плюс ещё четыре раздавлены в железные лепёшки. Варвары эти немцы, зачем давить-то надо было? Поглядывая по сторонам я крутился у мотоциклов и когда сюда никто не глядел, по очереди, по две-три штуки, убирал во второе хранилище, пока не убрал все семь. А что, вещь неплохая, всегда пригодится. Также на станции я обнаружил вагоны со снарядами, их разгружали в грузовики, тут и для «ИСов» и «тридцатьчетвёрок». Но самое главное, с платформы, ревя движком, сгоняли редкий танк. Я его как увидел, аж обрадовался до дрожи в руках. До наших времён ни одной такой машины не сохранилось. «КВ-8», огнемётный, сделан на базе «КВ-1С». Их и выпустили-то всего штук сто, все в боях потеряны. Причём машина не новая, их закончили выпускать в сорок третьем, скорее всего восстановленный, с ремонтного завода на фронт направили. Видны нашлёпки наваренной брони на местах пробитий, хотя краска новая, чуть блестит. Немцам я и не думал мешать, те погонят технику к себе в тыл, я буду сопровождать, может стороной, может в составе колонны, нагло заберусь в какой грузовик, а ночью всё к рукам приберу. Ночь скроет мои действия. Те грузовики, их три десятка, куда грузились снаряды, видимо тоже в колонну собираются включить. Или две колонны будет. А вот топлива для советских танков я что-то не вижу, похоже немцы их из своих запасов заправляли.
Я ещё пошнярыл по станции, но особо ничего интересного тут не было, та не узловая, проходная, трое путей и несколько складов, на одном я обнаружил солидные запасы продовольствия. Там кладовщик из немцев как раз выдавал какому-то тучному интенданту припасы, две машины на загрузке стояло. Причём один «Опель», второй «Студебеккер» с плохо закрашенными звёздами на дверях, обе машины полноприводные. Когда патруль, что обходил станцию, прошёл, я достал два «Вальтера» с глушителями, и по-тихому снял двух шофёров, интенданта, кладовщика и четырёх пожилых немецких солдат, что тут за грузчиков были. К слову, пленных на станции я не обнаружил, даже танки не наши танкисты сгоняли с платформ, а сами немцы. Видать пленных ранее всех угнали в свой тыл. Так что я прибрал оба грузовика, благо ворота склада выходили в чистое поле, с поваленным забором, а патруль уже прошёл. Свидетелей нет, немцы с другой стороны станции шумели и суетились, после чего и склад обчистил. Тела убрал в хранилище. Потом от них избавлюсь. Подготовился к дальнейшему, после чего рванул к танковой колонне, и подойдя к гауптману, что тут командовал, козырнул, всё по уставу Вермахта.
- Что вам, рядовой? - наконец обратил тот на меня внимание.
