собственный урожай. Деб почти не видела мужа в течение дня.
Она старалась утихомирить свое недовольство, но оно упрямо стояло в горле. Одержимым – вот каким стал Рэнди. Муж был совершенно одержим ремонтом этой старой фермы, одержим землей. Его всегда интересовала только земля. Семейный бюджет трещит по швам, и скоро они окажутся на мели из-за ведения сразу двух хозяйств, чего просто не могут себе позволить. Деб больше не хотела с этим мириться.
Вдалеке раздался еще один сильный хлопок. Чертовы дети, подумала она. Полностью стряхнув с себя сон, она уставилась в потолок и стала наблюдать за ленивым вращением вентилятора в ожидании возвращения мужа и сына.
01:10
Сначала двенадцатилетняя Джози Дойл и ее лучшая подруга Бекки Аллен побежали в сторону громких хлопков. Бежать к дому показалось им тогда единственным верным решением. Там оставались мама с папой и Итан. Там девочки оказались бы в безопасности. Но к тому моменту, как Джози и Бекки осознали свою ошибку, стало уже слишком поздно.
Они наконец свернули в сторону от места, откуда раздавался шум, и рука об руку помчались по темному двору фермы к кукурузному полю – к высоким щетинистым зарослям, их вратам к спасению.
Джози была уверена, что слышит тяжелый звук шагов за спиной, и обернулась посмотреть на преследователя. Но никого не увидела – только силуэт дома высился в ночной тени.
– Скорее, – выдохнула Джози, потянув Бекки за руку и подталкивая ее вперед.
Тяжело дыша, девочки понеслись в сторону поля. И почти добежали, но тут Бекки споткнулась. Вскрикнув, она выпустила ладонь Джози и упала на колени.
– Вставай, вставай! – взмолилась Джози, хватая Бекки за руку. – Прошу тебя. – Она осмелилась снова взглянуть назад. Проблеск лунного света на мгновение выхватил силуэт, выступивший из-за сарая. Джози в ужасе следила, как незнакомец вскинул руки и прицелился. Она выпустила руку подруги, повернулась и побежала. Еще чуть-чуть – и она достигнет поля.
Джози нырнула в кукурузу в тот самый момент, когда прозвучал еще один выстрел. Жгучая боль пронзила руку, а дыхание застряло в легких. Джози не остановилась и не замедлила шаг. Она продолжала бежать, а кровь капала из раны на утоптанную землю.
Глава вторая
Наши дни
Поскольку снежная буря стремительно приближалась, Уайли Ларк проворно нырнула на последнее оставшееся на улице место для парковки, возле продуктового магазина Шаффера, втиснутого между аптекой и гостиницей «Лосиный приют». Уайли предпочла бы заехать в более крупный супермаркет в Алгоне, но серые снеговые облака уже окутали Бёрден.
Уайли вылезла из своего «форда-бронко», и под сапогами заскрипела соль, щедро рассыпанная по тротуарам в ожидании двух футов снега, которым предстояло выпасть в тот вечер.
С тревожным предчувствием Уайли подошла к стеклянным витринам магазина, украшенным ко Дню святого Валентина: повсюду потертые красные и розовые сердца и купидоны с луками. Она помедлила, затем резко распахнула дверь. Заведением владела семья Шафферов, не жаловавшая ассортимент сетевых гастрономов, и выбор здесь не отличался разнообразием. До магазина было удобно добираться, но здесь всегда толпились любопытные горожане.
До сих пор, когда Уайли заезжала в Бёрден, ей удавалось избегать взаимодействия с местными, но чем дольше она оставалась здесь, тем труднее становилось держаться в стороне.
Внутри ее встретил порыв теплого воздуха. Она подавила искушение снять шапку и перчатки, сунула в уши наушники и увеличила громкость: Уайли слушала подборку записей о криминальных расследованиях.
Все тележки оказались заняты, и Уайли пришлось взять корзинку. Она шла вдоль рядов, стараясь глядеть только на пол прямо перед собой. По пути она швыряла в корзинку продукты: замороженную пиццу, консервированный суп, тесто для приготовления шоколадного печенья. Помедлила возле отдела с винами, изучая ограниченный выбор. Мужчина в коричневой униформе и желто-зеленой кепке наскочил на Уайли, так что один наушник выскользнул у нее из уха.
– Ой, простите, – улыбнулся мужчина, глядя на нее сверху вниз.
– Все в порядке, – ответила Уайли, не глядя ему в глаза.
Она быстро схватила первую попавшуюся бутылку вина и встала в длинную очередь к кассам.
Там сидела единственная кассирша с усталым лицом и тронутыми сединой темными волосами, стянутыми серебристой заколкой. Казалось, ей нет ни малейшего дела до нетерпеливых клиентов, спешащих домой. Она проводила каждую покупку через сканер раздражающе медленно.
Очередь двигалась вперед черепашьим шагом. Уайли почувствовала, что сзади нависает что-то высокое. Она обернулась: за ней стоял тот самый мужчина из винного отдела. Вся покрывшись потом, Уайли посмотрела на кассиршу. Глаза их встретились.
– Извините, – пробормотала Уайли, расталкивая других покупателей. Она поставила корзину на пол и ринулась к дверям. Холодный воздух приятно освежил лицо.
В кармане завибрировал мобильник, она выудила его оттуда. Звонил бывший муж, но Уайли не хотелось с ним разговаривать. Он постоянно твердил, что ей нужно вернуться в Орегон и помогать ему заботиться о сыне. Что она без труда сможет закончить книгу дома. Уайли подождала, пока звонок переключится на голосовую почту.
Муж был неправ: Уайли не сумела бы закончить книгу дома. Хлопающие двери и громкие стычки с четырнадцатилетним Сетом по поводу его поздних возвращений домой постоянно выбивали ее из колеи. Она не могла там думать, не могла сконцентрироваться. А когда Сет, сверкая глазами из-под буйной копны волос, заявил, что ненавидит ее и хочет жить с отцом, она решила поймать его на слове.
– Прекрасно, вот и катись, – заявила она, отвернувшись.
Сын так и сделал. Когда наутро Сет так и не пришел домой и не ответил на многочисленные звонки и сообщения, Уайли собрала чемоданы и уехала. Она понимала, что это самый простой выход, но больше ни секунды не могла выносить скрытность Сета и его злобу. И решила, что ее бывший в состоянии справиться с сыном пару дней. Правда, вскоре пара дней переросла в пару недель, а затем и месяцев.
Она хотела засунуть телефон назад в карман, но тот выскользнул из пальцев, ударился об асфальт и свалился прямиком в грязную жижу.
– Вот черт, – выругалась Уайли, наклонившись и пытаясь выудить телефон из ледяной лужи. Экран треснул, а сам аппарат промок.
Вернувшись в машину, Уайли сняла шапку и выскользнула из пальто. Волосы и футболка у нее стали влажными от пота. Она попыталась вытереть телефон салфеткой, но было ясно, что надо срочно добраться домой и высушить его, или трубке конец. Она ткнула в разбитый экран пальцем, надеясь, что тот оживет. Напрасно.
Двадцать пять минут обратной поездки до фермы казались вечностью. И в итоге не окупились: Уайли не привезла с собой ни еды, ни вина. Лучше бы она обошлась тем, что имелось в доме.
Всего через пару минут Уайли уже наблюдала в зеркало заднего вида, как тает вдали Бёрден, а впереди лежала бесконечная по ощущениям черная полоса шоссе. Дважды она застревала позади грузовиков с солью, но чем дальше на север двигалась, тем меньше попадалось на дороге машин. Все попрятались в ожидании метели. Наконец она свернула с шоссе на разбитую гравийную дорогу, ведущую к ее дому.
Уайли уже шесть недель жила в сельской глуши округа Блейк, и погода все время стояла суровая. Холод проникал до костей, и никогда прежде она не видела столько снега. Пока она ехала, все реже мелькали вдоль дороги дома и фермы, и наконец впереди простерся белоснежный океан на месте полей, где выращивали кукурузу, люцерну и соевые бобы. Не было и намека на
