Казалось, сэр Генри простоял в молчании целую вечность. Потом он повернулся и, стараясь не встречаться с умоляющим взглядом дочери, заговорил. Его голос звучал холодно и резко, в его ледяных голубых глазах не было ни капли тепла.
— Принося цветы на могилу мамы, ты не сможешь вернуть ее, Марина. Нет, ты должна начать новую жизнь, и пребывание во Франции будет для тебя в высшей степени полезным. Иностранные языки всегда были твоим слабым местом, и теперь у тебя будет отличная возможность подтянуться. С этой целью я связался с хорошей семьей, которую знаю уже много лет. Месье и мадам Соланж прислали ответ, в котором выразили желание сделать свой дом твоим на ближайшее будущее. Ты должна быть благодарна за такую возможность.
— Но папа! — взмолилась Марина, упав на колени. — Я не понимаю, почему я не могу остаться с тобой. Ведь теперь, когда мамы нет, ты будешь как никогда нуждаться во мне.
Сэр Генри изменился в лице, и Марина поняла, что перешагнула черту дозволенного. Если отец ненавидел что-то больше всего на свете, так это препирательства с ним после того, как он принял решение. Крутой нрав сэра Генри не вызывал у Марины желания его испытывать.
— Ты смеешь сомневаться в моей мудрости, дочь? — с едва сдерживаемой яростью произнес он; каждое его слово несло угрозу.
Хотя сэр Генри никогда и пальцем не тронул Марину, в эти последние недели девушка начала бояться его самого и непредсказуемых перемен его настроения.
Она видела, как отец набрасывается на слуг, даже на Фроума, их дворецкого, который служил сэру Генри задолго до того, как тот женился на матери Марины, и стал нетерпим с Монти, их гладкошерстной охотничьей собакой.
Бедного преданного пса теперь выгуливал лакей Джонас, поскольку сэр Генри утратил к собаке всякий интерес.
— Нет, папа, — ответила Марина после долгого молчания.
— Рад это слышать. Ты поедешь во Францию в следующую пятницу. Я устрою все, что касается этой поездки. Элен, твоя горничная, отправится с тобой в качестве компаньонки. Молодой девушке не пристало путешествовать одной.
— Да, папа.
— Хорошо. Я сказал все, что хотел. Можешь идти.
Марина медленно поднялась с пола, чувствуя себя совершенно разбитой.
Она обратила на отца молящий взгляд, но сэр Генри даже не посмотрел в ее сторону. Он стоял у окна, выходившего на Харли-стрит, и не оборачивался.
Марина с грустью повернула массивную латунную ручку в форме улья и покинула гостиную, заново переживая муки разбитого сердца.
«Он отослал меня прочь, как будто я для него значу не больше служанки, — мысленно стенала девушка, взбираясь по лестнице к себе в комнату. — Не знаю, чем я заслужила такое».
В спальне Марину ждала Элен, которая нянчила ее в детстве, а теперь, когда девочка выросла, осталась при ней, заботясь обо всех ее нуждах.
Марина была еще недостаточно взрослой, чтобы иметь камеристку, однако Элен выполняла большинство обязанностей и такого рода прислуги.
— Мисс Марина, вы плакали? Что стряслось?
По-матерински заботливая служанка выбежала навстречу девушке, едва та переступила порог пепельно-розовой спальни. Элен была ирландкой, несдержанной в порывах, а потому без лишних раздумий обняла свою юную подопечную.
— Пойдемте сядем на кровать, мисс, и вы расскажете мне, что произошло.
— Ах, Элен! — воскликнула Марина и вновь заплакала. — Папа отрекся от меня!
— Тише, тише, что за глупости? Вы просто скучаете по маме, вот и все.
— Нет, Элен. Я больше не нужна папе. Он так сказал.
— Ваш папа очень вас любит, мисс Марина.
— Тогда зачем он отсылает меня во Францию?
Элен отстранилась от Марины с выражением ужаса на лице.
— Вы, конечно же, ошиблись. Ваша дорогая матушка только что оставила нас. Разве может он желать, чтобы вас не было рядом?
— Тем не менее, это правда. Он только что сообщил мне, что на следующей неделе я еду в Европу и ты со мной. Он не говорил тебе о своих планах?
Элен удивилась.
— Нет, не говорил, мисс Марина.
— Думаю, папа больше меня не любит, Элен, — прошептала девушка сдавленным от горя голосом.
— Глупости!
— Так зачем же он меня отсылает?
Элен снова пожала плечами, выражение растерянности было на ее широком румяном лице.
— Этого я не знаю, мисс Марина. Но он сейчас, простите за вольность, точно не в здравом уме.
— Разве не мог он отправить меня хотя бы за город? У нас в Саффолке много родственников, и я была бы не прочь пожить там какое-то время. Но Франция!.. Я не смогу приходить на могилу к маме и навещать друзей. Он как будто отправляет меня в изгнание за то, что я похожа на маму.
Марина опять заплакала.
— Быть может, папа передумает, — вздохнула она в перерыве между всхлипываниями.
— Возможно, — отозвалась Элен.
Но едва она успела произнести эти слова, как раздался стук в дверь и в комнату вошла миссис Бейнс, экономка.
— А, Элен! Вот ты где. Я пришла сказать, что ты скоро поедешь во Францию вместе с мисс Мариной. Сэр Генри любезно разрешил после обеда освободить тебя от работы, чтобы ты могла купить все необходимое для поездки. Фроум даст тебе деньги после ленча.
Экономка молча вышла из комнаты, кивнув в сторону Марины.
Та остановила на Элен несчастный взгляд.
— Значит, — выдохнула Элен, когда переварила сказанное миссис Бейнс, — ваш папа все-таки говорил серьезно.
— Я ни на миг в этом не сомневалась. Папа не из тех людей, которые склонны предаваться фантазиям.
— Пожалуй, лучше мне сейчас же пересмотреть вашу дорожную одежду, мисс, а еще я должна составить список того, что нам понадобится.
Повернувшись, чтобы взглянуть на фотографию матери, стоявшую на прикроватной тумбочке, Марина страстно посетовала, что та умерла, что выбрала для прогулки опасную лошадь…
«Мама! Ах, мама! — тихонько всхлипывала она. — Почему ты не здесь, живая и невредимая? Ты бы не позволила папе отослать меня прочь, будто я какая-нибудь служанка».
* * *
На следующий день отец вызвал ее к себе в кабинет и сообщил, что она уезжает в воскресенье.
— Советую попрощаться с друзьями, — добавил он, вручая девушке билеты на поезд и пароход, — ты надолго с ними расстаешься.
— Да, папа, — пробормотала Марина, чувствуя, как подступающие слезы щиплют глаза.
Она посмотрела на билеты в своей руке и пожалела, что не может швырнуть их в камин, где тлели угли.
— Соланжи хорошие люди, Марина, тебе понравится их общество. Месье Соланж очень интеллигентный человек, ты многому у него научишься. Я полностью ему доверяю.
— Да, папа.
