напасть такая могла произойти в Караиме?
— Это нам и надо выяснить, — Святослав мрачно смотрел на троих друзей. — Согласны?
— Без сомнения! — Ратибор утвердительно кивнул огненной гривой. — Своих в беде бросать нельзя!
— Конечно, надо выдвигаться на помощь, и чем раньше, тем лучше! — задумчиво молвил Мирослав. — Только чуйка ко мне нехорошая откуда-то прилетела, что не успеем… Уж больно долго пелёхать дотудова…
— Правду говорят, что у дураков мысли схожи, Мирка, ибо моё чутьё назойливо верещит мне то же самое… Но поспешить на подмогу всё равно надо как можно скорее! — Ратибор довольно засопел. — Заодно и кости свои растрясём! Хоть погода и портится не по дням, а по часам, а всяко лучше в дорогу дальнюю отправиться, чем на печи кверху пузом загорать!
— Да хватит вам со своими чуйками тоску раньше времени нагонять! — недовольно буркнул себе под нос Яромир и вопросительно зыркнул на князя. — Как я понимаю, нас хочешь Огнеславу на выручку отправить?
— Не просто вас отправить, а компанию вам составить, — Святослав слабо улыбнулся, увидев обратившиеся к нему удивлённые лица его воителей. — А что? Давненько мы, други мои, никуда вместе не выбирались! Да и мне самому до жути интересно стало, что же там произошло такое! Нутром чую, что-то очень необычное, мягко говоря, приключилось в северо-восточных землях с отрядом наших собратьев… А может, и страшное… На границах у нас спокойно сейчас: хазары с половцами ни к Мирграду, ни к соседям нашим пока более не суются, после того как мы им недавно по шапке надавали, да и печенеги что-то поутихли… Не потому ли, кстати, что Ратибор без моего на то высочайшего дозволения своевольничал и вместе с гарнизоном Первой заставы сровнял с землёй одно из их близлежащих становищ… — при этих словах князь лукаво покосился на рыжебородого витязя, сидевшего с невозмутимым лицом и делавшего вид, что не понимает, о чём речь. — В общем, тишь да благодать, и вражин не видать… — продолжил тем временем Святослав. — А впереди зима, никто из степняков не рискнёт серьёзную вылазку организовать в это время года. Когда ещё, как не сейчас, в поход мне отправляться⁈ За главного, думаю, вместо себя Ладимира оставить. Полагаю, начальник городской стражи не успеет набедокурить за время моего отсутствия и натворить дел! Хоть и не обладает он мышлением стратегическим, зато сообразительный, ответственный и преданный. А это главное! Советником ему Тихомир послужит. Я бы кого из вас оставил, да чутьё подсказывает, что вы мне нужнее будете в походе этом! Неизвестно, с чем или с кем нам предстоит столкнуться в Забытых пустошах, и я хочу, чтобы вы рядом со мной были в сей момент тревожный! Все трое! С вами, не сомневаюсь ни на миг, мне куда спокойнее будет в этом опасном путешествии!..
— Слышу я здравые мысли от тебя, княже, что не может меня не радовать, — пробасил удовлетворённо Ратибор. — И это славно! Заодно в пути пузенько малёха растрясёшь, а то совсем заплывёшь жирком-то в своих хоромах от такой праздной жизни! Только вот Тихомир этот доверия не вызывает ни капли! Скользкий тип…
— У меня появилось пузенько? — Святослав, проигнорировав слова Ратибора про своего советника, озабоченно похлопал себя по животу и потрогал за бока, после чего вопросительно взглянул на приятелей.
— Если только самую малость, — озорно улыбнулся Мирослав.
— Наш рыжий дружка преувеличивает, не бери в голову, — хмыкнул Яромир. — Давайте лучше решать, когда выходим да кого потащим с собой в такую даль? Идти надо налегке, без обоза, иначе застрянем ещё в начале Гиблого тракта. Зима застанет нас аккурат в середине пути.
— Думаю около сотни-полторы ратников взять, не более. Проверенных бойцов, естественно! И согласен я насчёт обоза. Не нужен он нам. Лишь задерживать нас будет! Помимо наших коней только рабочих лошадок возьмём под поклажу и провиант… — Святослав на секунду задумался. — Ну а выходим тотчас, как соберёмся, полагаю! Чего тянуть потапыча за ухо…
— Я готов, если что! — довольно проворчал в предвкушении славной вылазки Ратибор. — Хоть сейчас могу в путь двинуться!..
— Тебя там жена лупит, что ль, скалкой аль половником по буйной твоей бороде регулярно, что ты из родного дома норовишь побыстрее ускользнуть? — Мирослав удивлённо уставился на своего рыжего товарища.
— Думаю, Марфушка кухонной утвари не напаслась бы на этот гранитный подбородок, — усмехнулся едко Святослав. — Всю бы переломала!..
— А может, она его готовить да стирать заставляет? — хохотнул Яромир. — А если отказывается, то Марфа его, поди, веником по бокам и охаживает!
— Все высказались? — Ратибор, чуть прищурившись, с лёгкой улыбкой смотрел на веселящихся друзей. — Ваше счастье, что я с вами, балаболами, не одну бочку медовухи вместе осушил, а не то вы на себе познали бы сейчас, как неудобно с головой в заднице по потолку ходить…
— После этих слов боюсь спросить, чем это вы там с твоей Марфушей занимаетесь по ночам?.. — Мирослав снова прыснул в кулак, но тут же постарался принять серьёзный вид, ибо Ратибор начал слегка закипать, аки пузатый самовар какой.
— Тебе чего, друже, твой уютный домишко не мил уже стал? — Яромир озадаченно переглянулся с князем и Мирославом.
— Да мил-то он мне, мил, конечно, — досадливо поморщился Ратибор. — Но не могу я там долго находиться, и всё тут! Все дела переделал уже давно, а лежать на печи кверху брюхом — не по мне! Не домосед я, понимаешь⁈ Хочу путешествий, приключений да рубки нормальной! Без походов и битвы доброй чахну я, аки одуванчик поздней осенью…
— М-дя!.. Надо тогда срочно выдвигаться, пока наш одуван совсем не осыпался, — Мирослав не мог упустить возможность ещё раз уколоть старого приятеля.
— Я вот дам тебе как-нибудь по твоей кучерявой макушке, Мирка, ты у меня точно рассыпешься на лютики!..
— Стража, а-а-а-у-у-у! — сложив руки лодочкой, прокричал негромко Мирослав. — Вызовите кто-нибудь сюда бравый отряд наших доблестных воителей, моя маковка в опасности!
Раздавшийся несмелый стук в дверь прервал шутливую перебранку между друзьями.
— М-можно? Ик! — в трапезную осторожно заглянул двоюродный племянник Святослава, молодой паренёк лет двадцати — двадцати двух на вид, средней комплекции, с веснушчатым, раскрасневшимся лицом, обрамлённым светлыми кудрями. В руках он держал какую-то мятую
