Меня забавляет идея о сексе втроем: с блондинкой, которая выделяется на фоне своих подружек посреди танцпола, и худощавой цыпочкой с татуировкой на щиколотке.
И затем это происходит.
Весь клуб исчезает. Девушки, бар, музыка. Единственное, что осталось, это девушка с просто идеальным телом. Она одета, но юбка настолько обтягивает задницу, а вырез на спине так сексуален, что глядя на нее, ощущаешь возбуждение. Это как ЛСД, вызывающий галлюцинации, и я четко вижу будущее. Волнистые каштановые волосы, взлетающие в экстазе, ритмично подпрыгивающая каплеобразная грудь, мои руки, обернутые вокруг этой стройной талии, словно направляющие заряженный снаряд.
Помните, я сказал, что моя одежда сидит прекрасно? Ну и что теперь делать с несколькими дополнительными сантиметрами в моих боксерах?
Я нахожусь достаточно близко, чтобы увидеть ее губы, и уже думаю обо всех способах, которыми она смогла бы боготворить меня с их помощью.
Она замечает меня и завораживает своими карими глазами, которые смогли бы покорить более слабого мужчину даже на расстоянии десяти метров. Рядом с ней несколько подруг, но меня не волнует все это дерьмо, а вскоре не будет волновать и ее тоже.
Она пьет джин-тоник с лимоном, и я ревную к стакану между ее губ. Я мягко беру ее за локоть, и она наклоняет голову ко мне.
— Я увидел тебя час назад, и с тех пор неспособен сосредоточиться на любой другой женщине в этом баре.
Она ухмыляется.
— Это ложь.
— Ты права, это ложь. Я только что увидел тебя, и уже знаю, что ты самая привлекательная женщина, которую я увижу за всю ночь.
— Что ж, всегда есть и другие ночи, — она рассеянно облизывает кожуру лимона, находящуюся на ободке ее стакана, и мой пульс стремительно учащается.
Я улыбаюсь. Она нахальна, но не может отвести от меня глаз. Новая тактика: прекратить нести чушь и действовать.
— Тебе следует вручить свое удивительное тело тому, кто знает, как максимально использовать его, — я поднимаю бровь. Женщины, которые знают в этом толк, сказали мне, что это сексуально как черт, а я редко чувствую необходимость играть честно.
Она открывает рот в притворном шоке.
— Я серьезно, — продолжаю я, — не думаю, что ты понимаешь, что на самом деле имеешь.
— Возможно, и нет, — говорит она, — но уверена, что мой парень понимает.
Я отступаю, прикольно.
— Оу! Парень? Вот это уже настоящий грех. Отдать все это, — я оглядываю ее с головы до ног, — в руки только одного мужчины. Особенно когда этот мужчина не я.
Девушка смотрит на своих подруг, глаза которых все еще сконцентрированы на мне, ожидая того, что я переключу свое внимание на них. Но этого не произойдет.
— Спасибо за совет, — говорит она, толкая своих подруг подальше от меня. — Я сообщу своему парню, что он недостаточно хорош для меня.
— Оу, он знает, — говорю я, когда она уходит.
Она поворачивается, собираясь сказать что-то, но вместо этого просто смотрит на меня, дарит странную улыбку и уходит со своими подругами. Игра закончена. На данный момент.
Я наблюдаю, как ее задница исчезает из виду, и это делает меня таким твердым, что я готов набросится на первую попавшуюся девушку на танцполе.
Я оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с сексуальной блондинкой. Она все еще танцует. Руки подняты вверх, тело изгибается как змея, но взгляд направлен на меня. Какое-то время я наблюдаю за ней, и она продолжает двигаться, извиваясь так, что мне открывается прекрасный вид на изгибы ее тела. Каждый парень в клубе в течение прошлого часа пускал слюни, глядя на нее.
Я направляюсь в сторону черного выхода, и она следует за мной. Мы находимся в разных концах помещения, но действуем слаженно. Она видит, что говорят мои глаза, и я вижу то, что говорят ее. Желание. Власть. Секс. Мы пересекаем клуб, как хищные акулы после охоты, все еще смотря друг на друга, пока не приближаемся к выходу.
Она почти одного роста со мной, а я не карлик, во всех смыслах. На ней маленькое черное платье, которое прекрасно подчеркивает ее длинные светлые волосы и сверкающие голубые глаза. Оно также позволяет продемонстрировать длинные стройные ноги, между которыми я хочу оказаться.
Мы выходим в переулок, который, как я знаю, в это время темный, незаметный и более чем безопасный. Я открываю дверь для нее, и это последний жест джентльмена, который я делаю. Как только за нами закрывается дверь, мы хватаемся друг за друга и соединяем наши тела вместе, словно ненавидим друг друга так же сильно, как и хотим трахнуть.
Она кладет руки мне на затылок и тянет на себя, засовывая свой язык мне в глотку, трахая меня языком, пока я кусаю и сосу ее губы со вкусом вишни. Я настойчиво провожу руками по изгибу ее спины, который приводит к заднице, с жадностью хватаю ее, поднимаю ее ногу и оборачиваю вокруг своего бедра. Другой рукой спускаюсь вниз по ее бедру, затем обратно вверх под юбку.
Мисс Длинные Ноги не успевает даже отдышаться, чтобы застонать должным образом. Виляние ее задницы на танцполе было достаточной прелюдией, и теперь она влажная и готовая. Я прижимаю ее к стене и просовываю руку между бедер, чтобы нащупать ее сладкую влажность. Она лишь слегка вздрагивает и настойчиво притягивает меня ближе.
Я провожу пальцами вокруг ее едва заметного нижнего белья, чувствуя привлекательную мягкость ее киски. Она откидывает голову назад, смотрит на небо и глубоко вздыхает, ее грудь красиво покачивается в такт дыханию.
Я крепко захватываю ее трусики и срываю их одним резким движением.
Это заводит ее еще больше.
С ее губ слетает задыхающийся стон, и она изящно оборачивает загорелые длинные ноги вокруг моей талии.
— Дай его мне.
Ей не нужно говорить ни слова, я уже знаю, что она хочет меня внутри себя. Я ощущаю этот запах, восхитительный аромат зрелой киски, соблазняющий меня, как сладкое кондитерское изделие.
Эта женщина сильна, и если бы я не проводил часы в тренажерном зале, оттачивая пресс до таких форм, что вы смогли бы даже выпить шампанское с него, то она раздробила бы мои кости своей свирепой сексуальной хваткой. Я спускаю свои брюки и быстрым движением натягиваю презерватив — практиковался много раз — затем подношу свой член, твердый как скала, к ее влажности.
— Это то, что ты хочешь?
— Черт, да.
Она вертится на мне как профи, пока я располагаюсь напротив ее киски. Сжимает ткань моих брюк, ее грудь вздымается, а тело умоляет меня войти полностью.
Я толкаюсь в нее, и на ее модельном лице появляется выражение безудержного удовольствия. Как будто я заполняю ее больше, чем ее киска может принять, словно заполняю каждый сантиметр ее тела; достигаю тех потаенных уголков, о которых она никогда и не знала. Настолько глубоко, что это почти божественно, если она верит в такие вещи.
