Читаем без скачивания Мегрэ и мертвец - Жорж Сименон

Фамилия дамы была Обен-Васконселос. Это имя запечатлелось в памяти комиссара, но больше он ее не видел. Уж не умерла ли она вскоре после свидания с ним? Вряд ли. Мегрэ слышал бы об этом. А может быть, ее упрятали в сумасшедший дом? Или, разочаровавшись в официальной полиции, она обратилась в частное сыскное агентство? Или просто проснулась на следующее утро с новой навязчивой идеей?

Как бы то ни было, комиссару еще около часа пришлось выслушивать ее разговоры обо всех, кто целыми днями подливает ей яд в просторном доме на Пресбургской улице, где жизнь, прямо скажем, не очень-то веселая. В полдень Мегрэ сумел наконец распахнуть окно и с трубкой в зубах проследовал к начальнику.

— Сплавили ее деликатно?

— Насколько мог, да.

— Похоже, в свое время она была одной из красивейших женщин Европы. Я немного знал ее мужа, самого безобидного, бесцветного и нудного человека, какого только можно вообразить. Вы в город, Мегрэ?

Комиссар заколебался. На улицах пахло весной. В пивной «У дофины» уже вынесли столики на террасу, и фраза начальника прозвучала как бы приглашением отправиться туда и спокойно выпить аперитив перед завтраком.

— Думаю, мне лучше остаться. У меня был сегодня утром любопытный звонок.

Продолжить комиссар не успел — зазвенел телефон. Начальник взял трубку, потом протянул собеседнику.

— Вас, Мегрэ.

— Алло… Нас перебили… Он вошел и мог услышать разговор через дверь кабины. Я испугался.

— Где вы?

— В «Вогезском табаке» на углу Вогезской площади и улицы Фран-Буржуа… Я попробовал оторваться от него, только не знаю, удалось ли… Но могу ручаться: он вот-вот попытается меня убить… Объяснять слишком долго… Я подумал, что другие только посмеются надо мной, но вы — вы…

— Алло!..

— Он здесь. Я… Извините.

Начальник смотрел на Мегрэ: комиссар помрачнел.

— Что-нибудь стряслось?

— Не знаю. История очень странная. Вы позволите?

Комиссар снял трубку другого аппарата.

— Срочно соедините с «Вогезским табаком»… Да, хозяина… — И, адресуясь к начальнику, Мегрэ добавил:

— Только бы и на этот раз не забыли повесить трубку.

Почти сразу же новый звонок.

— Алло… «Вогезский табак»? У телефона хозяин?.. У вас ли еще клиент, который только что звонил?.. Что?.. Да, пойдите и проверьте… Алло… Уже ушел?.. Расплатился?.. Скажите, не появлялся ли еще один клиент, пока первый звонил?.. Нет?.. А на террасе?.. Посмотрите, там ли он еще… Тоже ушел?.. Не дожидаясь аперитива, который заказал?.. Благодарю… Нет… Кто звонил? Полиция… Нет, ничего особенного.

Мегрэ окончательно решил не сопровождать начальника в пивную «У дофины». Когда он распахнул дверь в инспекторскую, Жанвье уже вернулся и ждал его.

— Заходи. Рассказывай.

— Очень странный тип, шеф. Коротышка в бежевом плаще, серой шляпе и черных ботинках. Влетел в «Погреба Божоле» и бросился к телефонной кабине, крикнув хозяину: «Налейте на свой вкус». Через окошечко хозяин видел, что незнакомец весь дергается и жестикулирует, словно говорит сам с собой. Потом, когда вошел другой клиент, первый выскочил из кабины, как чертик из табакерки, и, ничего не выпив, не сказав ни слова, припустил к площади Сен-Мишель.

— А другой как выглядит?

— Тоже коротышка… В общем, невысокий, обтрепанный, чернявый.

— Что сказал постовой на площади Шатле?

— Все сходится. Тип в плаще, возбужденно жестикулируя, попросил задержать человека, который его преследует, но ни на кого конкретно не смог указать. Постовой собирался на всякий случай упомянуть о нем в донесении.

— Отправляйся в табачный магазин на углу Вогезской площади и улицы Фран-Буржуа.

— Ясно.

Жестикулирующий коротышка в бежевом плаще и серой шляпе. Вот все, что о нем известно. Остается одно — встать у окна и наблюдать, как толпы выплескиваются из контор, растекаясь по террасам кафе и ресторанов. Париж был светлый, веселый. Как всегда в середине февраля, люди наслаждались дыханием весны сильнее, чем потом, когда она придет по-настоящему; газеты несомненно упомянут о знаменитом каштане на бульваре Сен-Жермен, который расцветет через месяц.

Мегрэ позвонил в пивную «У дофины».

— Алло… Жозеф?.. Это Мегрэ… Не принесешь ли две кружки и сандвичей?.. Да, на одного.

Сандвичи еще не прибыли, как комиссара снова вызвали, и он сразу узнал голос: Мегрэ предупредил телефониста, чтобы тот соединял прямо с ним, не теряя ни секунды.

— Алло… На этот раз я, кажется, оторвался от него.

— Кто вы такой?

— Муж Нины, но это не важно… Их самое меньшее четверо, не считая женщины… Совершенно необходимо прислать кого-нибудь и…

Теперь неизвестный даже не сказал, где он находится. Мегрэ позвонил по городскому телефону. Проверка заняла несколько минут. Вызов был сделан из «Четырех ла-рошельских сержантов», ресторана на бульваре Бомарше в двух шагах от площади Бастилии. Недалеко оттуда и до Вогезской площади. Легко сообразить, что зигзагообразный маршрут коротышки в плаще пролегает внутри одного квартала.

— Алло, Жанвье?.. Я так и думал, что ты все еще там, — позвонил Мегрэ на Вогезскую площадь. — Лети в «Четыре ла-рошельских сержанта». Такси не отпускай.

Прошел час. Ни звонков, ни известий от мужа Нины. Когда телефон заработал снова, звонил уже не он, а официант из кафе.

— Алло… Я имею честь говорить с комиссаром Мегрэ?.. Лично с ним?.. Я официант из кафе «Бираг» на улице Бирага. Звоню вам по поручению клиента, который попросил меня связаться с вами.

— Давно?

— С четверть часа. Я должен был сделать это сразу же, но у нас теперь час пик…

— Клиент низенький, в плаще?

— Он самый… Я боялся, не розыгрыш ли это. Он очень спешил. Все время посматривал на улицу… Минутку, сейчас припомню поточней… Он велел вас предупредить, что попробует увести того человека в «Пушку Бастилии»… Знаете пивную на углу бульвара Генриха Четвертого?.. Он просил, чтобы вы поскорей прислали туда кого-нибудь… Подождите, это не все… Вы-то, конечно, поймете… Вот дословно: «Они сменились. Теперь это высокий, рыжий, самый опасный».

В «Пушку» Мегрэ поехал сам. Взял такси, и оно меньше чем за десять минут доставило его на площадь Бастилии. Пивная была просторная, тихая, рассчитанная в основном на завсегдатаев, которые довольствовались дежурным блюдом и копченостями. Комиссар поискал глазами человека в плаще, потом осмотрел вешалку в надежде увидеть бежевый плащ.

— Скажите, официант…

Официантов было шестеро плюс кассирша и хозяин. Мегрэ опросил всех. Нужного ему человека никто не заметил. Тогда он сел в углу, у входа, заказал кружку пива, раскурил трубку и принялся ждать. Через полчаса, несмотря на съеденные сандвичи, потребовал сосиску с капустой. Смотрел на улицу, вздрагивая при виде каждого прохожего в плаще, а их было немало: с утра уже в третий раз прошел ливень, чистый, светлый, веселый, как всякий дождь, после которого снова сияет солнце.

— Алло… Уголовная полиция?.. Говорит Мегрэ… Жанвье вернулся?.. Дайте его… Ты, Жанвье?.. Хватай такси и гони ко мне в «Пушку Бастилии»… Жду… Нового? Нет, ничего.

А если этот субъект просто скверный шутник? Тем хуже… Мегрэ оставил дежурить в пивной инспектора и вернулся на службу. Маловероятно, чтобы мужа Нины убили после половины первого: он явно избегает укромных мест; напротив, выбирает оживленные кварталы, людные улицы. Тем не менее комиссар связался с наружной службой, куда ежеминутно стекаются сведения обо всех происшествиях в Париже.

— Если поступит сигнал, что с человеком в плаще произошел несчастный случай, или он впутался в ссору, или еще что-нибудь, звоните мне.

Он также зарезервировал за собой одну из машин, дежуривших во дворе уголовной полиции. Вероятно, это смешно, но он хочет быть застрахован от любой неожиданности.

Мегрэ принимал посетителей, курил трубку, время от времени помешивал в печке, хотя окно не закрывал, и бросал укоризненный взгляд на телефон. «Вы знали мою жену», — сказал этот тип. Комиссар силился вспомнить, какая же это Нина — он ведь знавал многих. Несколько лет назад сталкивался с одной в Канне — она держала маленький бар, но уже тогда была старухой, а теперь наверняка умерла. Да, есть еще Алина, племянница его жены, — все ее зовут Ниной.

— Алло… Комиссар Мегрэ?.. Четыре часа дня. Еще совсем светло, но комиссар уже зажег настольную лампу с зеленым абажуром.

— Говорит заведующий почтовым отделением на улице Фобур-Сен-Дени, двадцать восемь… Простите за беспокойство… Возможно, это розыгрыш… Несколько минут тому назад к окошечку заказных отправлений подошел клиент… Алло… по словам операционистки мадмуазель Данфер, он торопился, выглядел испуганным. Протянул ей записку и сказал: «Не старайтесь понять, а немедленно позвоните комиссару Мегрэ и передайте это сообщение». Затем он исчез в толпе, а девушка побежала ко мне. Бумажка у меня перед глазами. Написано карандашом, неразборчиво. Наверняка набросано на ходу. Вот… «Не смог добраться до „Пушки“… Вы что-нибудь понимаете? Я — нет. Впрочем, не важно… Дальше слово, которое мне не прочесть… „Теперь их двое. Маленький брюнет вернулся…“ Не знаю, правильно ли я разобрал слово „брюнет“.. Что вы сказали?.. Хорошо, вам видней. Но это не конец. „Уверен, они решили убрать меня еще сегодня. Подхожу к вашей набережной. Но они хитрые. Предупредите постовых“. Это все… Если хотите, я пришлю вам записку с доставщиком пневматичек… На такси?.. Извольте, но при условии, что заплатите вы: я не могу себе позволить…