алчность и беспощадную жестокость. Кроме того, в нашей истории найдется место ярким, загадочным или трагическим фигурам: от печально известного Джека Кейда, возглавившего мятеж, до садиста Джона Типтофта, графа Вустерского, и от сонма могущественных лордов до нежных и слабых дочерей Уорика, Изабеллы и Анны Невилл, которым выпала несчастливая судьба. Все они так или иначе были вовлечены в описываемый конфликт. Перед нами и вправду история враждующих кланов, однако кланы эти состояли из конкретных людей, и именно они делают ее столь захватывающей и увлекательной.
Историю войн Алой и Белой розы неоднократно излагали множество ученых, но сегодня немодно придерживаться выдвинутой еще Тюдорами точки зрения, согласно которой причины этих вооруженных конфликтов следует искать в низложении Ричарда II, свершившемся более чем за пятьдесят лет до их начала. Впрочем, корни этого противостояния действительно можно проследить до указанных времен, а чтобы понять причины войн Алой и Белой розы и династический порядок наследования их главных участников, нам надо вернуться еще дальше в прошлое, в ту эпоху, когда Эдуард III, самый плодовитый из королей династии Плантагенетов, положил начало племени могущественных вельмож, состоявших в тесном родстве с английским правящим домом. Поэтому в этой книге повествуется не только о Войне Алой и Белой розы, но и о домах Ланкастеров и Йорков вплоть до 1471 года.
Источники, относящиеся к этому историческому периоду, весьма скудны, зачастую сомнительны и неоднозначны, но за последние сто лет наука предприняла немалые усилия, чтобы хотя бы отчасти пролить свет на эпоху, нередко именуемую сумеречным миром XV века. В ходе проведенных исследований были отвергнуты многие ложные концепции, однако этот династический конфликт до сих пор часто вызывает недоумение. Я неизменно ставила перед собой цель прояснить спорные моменты и представить историю этих войн в хронологической последовательности, подробно разбирая проблемы престолонаследия в ту эпоху, когда не существовало четких, однозначно сформулированных правил перехода власти от одного представителя правящей династии к другому. Кроме того, я пыталась по возможности воскресить на страницах книги мир XV века, описывая его в ярких и красочных деталях, реалистично и подробно, насколько это позволял объем, чтобы заинтересовать любого читателя, даже не принадлежащего к академической среде. Однако главным образом я старалась заново изложить удивительные и зачастую мрачные события, сопровождавшие борьбу за высшую власть в стране, борьбу, в которую был вовлечен ряд наиболее харизматичных персонажей английской истории.
Мой рассказ начинается в 1400 году с убийства одного короля и заканчивается в 1471-м убийством другого. Можно утверждать, что одно убийство явилось непосредственным результатом другого. История событий, произошедших между 1400 и 1471 годом, то есть история, излагаемая в этой книге, отвечает на вопрос, как это случилось.
Элисон Уэйр Суррей Февраль 1995 года
1. Богатства Англии
В 1466 году богемский дворянин Габриэль Тетцель посетил Англию и назвал ее «маленьким, окруженным морем садом». На итальянского ученого Полидора Вергилия, писавшего в конце XV века, большое впечатление произвели ее
приветные долины, услаждающие взор, пологие холмы, тенистые леса, обширные луга, возделываемая пахотная земля и великое множество чистых источников, бьющих повсюду. Воистину умилительно созерцать одну или две тысячи ручных лебедей на реке Темзе. Богатства Англии превосходят изобилие, которым могут похвастаться любые иные страны Европы. В Англии не найдется ни одного трактирщика, сколь угодно бедного и смиренного, который не ставил бы на свой стол серебряные блюда и кубки.
Англия, писал Пьеро да Монте, папский нунций при дворе Генриха VI, – «страна весьма и весьма богатая, где золото и серебро водятся в избытке, где вас везде окружают драгоценные предметы и где вас ожидают наслаждения и восторги».
Большую часть земли тогда покрывали леса и рощи. Повсюду паслись стада овец, так как престижная торговля шерстью являлась для королевства жизненно важным источником дохода. Везде можно было увидеть также крупный рогатый скот и стада оленей. Пахотную землю до сих пор часто делили на открытые участки, узкие и длинные, характерные для феодального земледелия, но во многих местах встречались покинутые деревни, приходящие в упадок вокруг разрушенных церквей. Уорикширский антикварий Джон Роуз говорит о «нынешней гибели и разорении деревень» как о «национальном бедствии». Многие села и деревни исчезли после того, как большая часть их обитателей умерла во время великой эпидемии чумы 1348–1349 годов, известной как «черная смерть». Это моровое поветрие просто опустошило некоторые деревни, а в других уменьшило число крестьян настолько, что они уже не могли обрабатывать землю. Тем, кто остался на месте, часто удавалось договориться об оплате своего труда наличными деньгами, а иногда даже воспользоваться новыми возможностями социальной мобильности, возникшими в новых обстоятельствах, и куда-то переехать. Другие деревни захватили фермеры и помещики, которые стали огораживать землю, прежде принадлежавшую крестьянской общине, чтобы обеспечить пастбищами овец, дававших прибыльную шерсть.
В Англии насчитывалось десять тысяч городков, но почти все они по размерам были сравнимы со многими современными деревнями. Лондон значительно превосходил прочие города: там жило 60–75 тысяч человек. В Йорке, втором по величине городе страны, численность населения не превышала 15 тысяч, в менее крупных городах проживало, возможно, самое большее 6 тысяч. Границами большинству мелких и крупных городов служили крепостные стены, а окружала их со всех сторон сельская местность. Города являлись средоточием торговли, которую контролировали купеческие гильдии.
Города и деревни соединяла сеть дорог, но проселков было мало. Как правило, содержание дорог входило в обязанности местных помещиков, но часто они не отличались добросовестностью. Во многих областях Англии путешественникам приходилось нанимать местных проводников, чтобы те доставили их до места назначения, а дождь и распутица часто превращали дороги в царство непролазной грязи. Судя по сообщениям того времени, климат тогда был более холодный и влажный, чем сейчас.
К 1485 году население Англии составляло от 750 тысяч до 3 миллионов человек. Оценки разнятся, потому что единственными доступными источниками информации являются сведения о подушном налоге 1381 года и свитки, содержащие протоколы заседаний парламента 1523–1524 годов. Впрочем, совершенно несомненно, что население Англии на протяжении XV века сокращалось и что многие люди переселялись в обширные районы Йоркшира, Восточной Англии и юго-западных графств, специализировавшихся на изготовлении шерстяных тканей. Примерно девять десятых населения было занято в сельском хозяйстве; посещавшие Англию в то время венецианцы сообщали, сколь малолюдной выглядит сельская местность, и отмечали, что население королевства «кажется несопоставимо малым по сравнению с плодородностью его земель, изобилием и богатством».
Венецианцы полагали, что англичане «необычайно самодовольны. Они думают, будто весь мир сосредоточен в одной их Англии». Англичане были глубоко консервативны:
