что влияния, но даже семьи и друзей нет. Неудивительно, что моя жизнь в последнее время походит на барахтанье в бурном горном потоке. Как ни сопротивляйся, он все равно понесет туда, куда нужно ему. Вот только для меня это будет значить конец.
– Вы правы, но я не могу по-другому, – прошептала еле слышно. – Иначе просто потерю себя.
– Я никогда не был в твоей ситуации. И не знаю, чем тебе можно помочь. Хотел бы, но не знаю. Прости, Сэрли.
– Не извиняйтесь, вы-то точно ни в чем не виноваты. – Я выдавила улыбку и поднялась. – Спасибо за чай. И за правду.
– Удачи тебе, девочка, – кивнул старик. – Удачи, несмотря ни на что.
Попрощавшись с аптекарем, я вышла на улицу. Тучи истратили силы, и ливень превратился в противную мелкую морось, которая висела в воздухе туманом. Я побрела по мостовой, набросив на голову капюшон плаща. Хотелось не только защититься от сырости, но и спрятать приметные медно-рыжие волосы. После откровенности господина Тора стало казаться, что теперь меня в лицо будет узнавать полгорода.
Внутри все кипело от обиды. Лорд Мористон своим словом не оставил ни единого шанса. Никто не станет идти против главы Ордена магов, причем, это касается и обычных людей. Сплетни расходятся быстро, а значит, что мне в Ильброне даже цветочницей не устроиться. И все потому, что у нас пол оказывается важнее знаний и таланта.
Женщины в Темиране, да и в других странах тоже, издавна считались существами слабыми, которым никак не обойтись без покровительства мужчин. Когда-то мы не имели прав вообще, и нас воспринимали кем-то вроде разумной домашней скотины. За женщин все решали отцы, братья, мужья или совсем посторонние люди. А стремление к свободе и независимости воспринималось, как настоящее сумасшествие.
Когда к власти пришел король Годрик, отец нынешнего правителя, стало немного полегче. Порядки медленно менялись, а король Арениус не стал отменять реформы отца, продолжая его курс. Сейчас женщины могли владеть хоть каким-то имуществом или деньгами, без разрешения мужчины получать профессию, пусть и типично женскую, вроде швеи, учительницы, гувернантки. Вот только несмотря на реформы прогрессивного монарха, магички по-прежнему оставались собственностью семьи или Ордена магов.
Все дело в том, что самые сильные дети рождаются в парах, где оба родителя одарены силой. Да, бывают и исключения, когда дар пробуждается стихийно, и я сама – одно из таких исключений. Но одаренные девушки считаются очень ценным ресурсом, которым не разбрасываются просто так. Если магичка рождается в знатной или просто обеспеченной семье, она воспитывается дома, а потом выходит замуж за подобранного чуть ли не с колыбели жениха. Естественно, выгодного роду жениха. Те семьи, которые не могут себе позволить нанять учителей, отправляют дочерей в университеты. В самых крупных из них есть факультеты так называемой бытовой магии, носящие в народе емкое прозвище «Факультет элитных жен». Там и правда готовят жен, способных составить пару магической элите королевства.
Все обучение посвящено превращению крестьянок и мещанок в идеальных супруг. Нас учили ведению хозяйства, этикету, танцам и кулинарии. И, конечно, вдалбливали мысль, что наша участь лучшая из возможных, поэтому мы должны относиться к ней с принятием и смирением. Мне всегда интересовало, зачем нужно смирение, если участь лучшая, но я благоразумно не задавала этот вопрос.
Конечно, магии нас учили тоже, потому что любой дар нуждался в раскрытии и стабилизации путем регулярных упражнений. Но это была только бытовая магия, чтобы поддерживать порядок в доме, кулинарная – готовить супругу любимые блюда, и целительская – лечить разбитые коленки детям. Больше ничего.
Моей радостью и моей бедой стало то, что я выросла в Ильбронском университете. С двенадцати лет меня воспитывал дальний родственник, служивший в университете главным библиотекарем, поэтому юность я провела среди книг. Читала все, что попадалась под руку, интересовалась самыми разными темами, изучала магическую теорию и страстно мечтала, что у меня тоже когда-нибудь пробудится дар. Как ни странно, дар и правда пробудился. Но это привело меня не к славе и свершениям, а на бытовой факультет, где наставники попытались задавить мою жажду знаний.
Вот только у них ничего не вышло. Я прогуливала занятия по танцам, чтобы понаблюдать за тренировками боевиков. Освоив простые маскировочные чары, тайком пробиралась на лекции парней, чтобы урвать кусок чего-нибудь интересного. Изучала заклинания, которые не входили в мою программу. Придумывала собственные схемы и испытывала их, радуясь каждой удаче, как ребенок.
С выпускного бала, по сути бывшего ярмаркой невест, я попросту сбежала. И попыталась найти работу, которая позволила бы мне и дальше развивать способности, но везде получила только отказы. Теперь стало понятно, почему. Да, глупо было надеяться, что на мое стремление к свободе махнут рукой. Я все четыре года сидела костью в горле нашего ректора. Разве мог он отпустить меня на вольные хлеба? А с лордом Мористоном они дружны, так что ректор вполне мог попросить его о небольшой услуге, чтобы щелкнуть по носу зарвавшуюся девицу. Как же несправедливо!
Не в силах что-либо решить, я стояла и бестолково таращилась на мраморную громадину, как вдруг меня окликнул знакомый голос:
– Ванден!
Вздрогнув, я обернулась. От кареты с гербами нашего университета ко мне степенно шествовал лорд Раймин – ректор. Оказалось сложно удержаться от гримасы. У нас с лордом ректором была стойкая взаимная нелюбовь. И на почве моего непослушания, и просто из-за поганого ректорского характера. Он постоянно кичился своей важностью и сейчас тоже смотрел на меня со странной смесью презрения и снисхождения. А после того, что я сейчас узнала, с ним даже на одном тротуаре стоять не хотелось. Но не бежать же.
– Ты то мне и нужна, Ванден, – сообщил лорд Раймин, останавливаясь рядом. – Я направляюсь с визитом к лорду Мористону. Пойдешь со мной.
Выдав этот приказ, он развернулся и отправился в гильдию. Я зашагала следом. Не от большой покорности, нет. Во мне подняла голову робкая надежда. Может, все же удастся изменить мнение лорда Мористона о себе? Может, он поймет, что это не просто блажь, а искреннее желание, подкрепленное талантом, и даст мне шанс проявить себя?
Мне еще не доводилось бывать в главном оплоте магии Темирана, и сейчас я рассматривала его во все глаза. Внутри было так же роскошно, как и снаружи. Мои старые ботинки ступали по полу из наборного дубового паркета. Светильники с яркими светоносными кристаллами
