на месте автокатастрофы, в которой погибли двое детей. Несмотря на небольшой опыт, Тео решил, что его образования и подготовки будет достаточно для работы с Люком Гуделом.
Доктор согласился встретиться со своим пациентом в гостинице недалеко от дома Нэнси Ширер. Полицейский, снова надев темные очки и бейсболку, появился на месте во время.
— Добираясь сюда подобным образом, я чувствую себя преступником в бегах, — застенчиво произнес он.
— Невиновные частенько считают себя виноватыми без всяких на то причин.
— Невиновные? Я же застрелил семнадцатилетнего подростка.
— Присядем и потолкуем об этом? — произнес Тео и подвинул два кресла.
На протяжении следующего часа психолог пытался помочь Люку избавиться от угрызения совести, но сделал мало, если не сказать ничего. Психолога утешал тот факт, что это была лишь первая встреча, поэтому чудес вряд ли следовало ожидать. Когда прием закончился, Люк поднялся с места и собрался уйти.
— Мне хочется кое о чем вас попросить, — сообщил доктор.
— О чем же?
— Мишель Коллисон, та девушка, которую вы спасли, хотела бы встретиться с вами.
За темными очками пациента доктор Редмайн не видел глаза, но заметил, как натянулись губы.
— Зачем? — спросил Люк.
— Думаю, что она хочет поблагодарить за спасение.
— В этом нет надобности. Я просто выполнял свой долг.
С горечью в сердце он подумал о том, что нигде в должностной инструкции не говорится о том, что придется стрелять в подростков.
— Ты же понимаешь, что у нее сейчас трудное время. Разговор с тобой может помочь ей.
«Это не принесет тебе никакого вреда», — подумал психолог.
— Я сообщу, — ответил полицейский и отложил решение не некоторое время.
Поздно вечером с работы вернулась Нэнси с сумкой китайской кухни.
— Как дела? — спросила она.
— Как я и ожидал. Думаю, что меня списали с работы и следует забыть о той жизни, которая у меня была.
— Так сказал психолог?
— Нет, — признался Люк, — но он намекал на это.
— Может, в его словах ты услышал то, чего не было на самом деле.
Полицейский посчитал, что теперь следует сменить тему разговора.
— Он говорит, что меня хочет увидеть Мишель Коллисон.
— Та, которую ты спас? — спросила Нэнси. Из-за нахождения Люка в своем доме она не следила за новостями о расследовании.
— Да.
— Что думает об этом доктор?
— Он считает, что это пойдет ей на пользу.
Люк молча наблюдал, как его подруга открыла пакет с утиным соусом и намазала блинчики с овощами.
— Ну, а ты как думаешь? — спросил он, перестав есть закуску. — Мне следует встретиться с ней?
— Я не считаю, что готова ответить на твой вопрос. Я всего лишь программист, а не психолог.
— Я спрашиваю тебя как своего близкого друга. Ты согласилась бы с ней встретиться?
— Да, возможно, для нее будет полезно встретиться с тобой. В конце концов, она была бы мертва, если бы не ты.
— Плохо, что этого не скажешь о Сете Лэмпмане.
— Ты когда-нибудь думал о том, что ему хотелось бы умереть? Сколько таких стрелков, погубив невинные жертвы, обращают оружие на себя? Даже те, кто понимает, что нет шансов остаться живым. Думаю, что, принеся ружье в школу, Сет Лэмпман знал, что его ожидает.
«Удивительно, — подумал полицейский, — что доктор Редмайн за все годы учебы и практики не успокоил его так, как это сделал простой программист».
* * *
Когда Люк дожидался прибытия Тео и Мишель Коллисон в пустом гостиничном кафе, он задавал себе вопрос: не делает ли он ошибку. «Представить себе не могу, что пережила бедняжка. А вдруг что-то расстроит сказанное мною? Это еще больше усугубит ее состояние». Он подумал о ближайшем выходе и возвращении в дом Нэнси, но такой поступок оказался бы трусостью. Увидев, как «Лексус» Тео припарковался, он отвернулся и мысленно подготовился к худшему. Люк посмотрел вверх и увидел в дверях девушку, за которой следовал психолог. Он наблюдал, как она прошла на костылях, поскольку пуля попала в ногу. Подросток выглядел моложе своих лет и более уязвимой, чем тогда, когда лежал перед убийцей и просил о пощаде.
— Как нога? — спросил он, его горло сжималось от волнений.
— Все еще болит, но жить буду, — ответила Мишель. — Спасибо, что согласились встретиться со мной.
— Хочешь чашечку кофе или что-то еще?
— Коку, если можно.
Так как кафе в это время было еще закрыто, доктор Редмайн добровольно вызвался поискать торговый автомат.
— Не знаю, как выразить свою признательность, — пролепетала Мишель, едва психолог покинул помещение.
— Тебе не нужно благодарить, я…
— Не говорите только эту фигню, что вы делали лишь свою работу. Это совсем не то, что вы сменили мне спущенное колесо или помогли найти пропавшего пса. Вы спасли мне жизнь в прямом смысле!
Вспыльчивость девушки и ее озлобленная речь удивили Люка. Все это заставило ее казаться естественной и менее хрупкой, и это ему понравилось.
— Как хорошо ты его знала? — спросил он.
— Сета? Не так уж. Он был младше, а я на втором курсе. У нас не было совместных занятий, но я встречала его пару раз в доме старшего брата. Я иногда сидела с его племянником. Кроме того, мы уж точно не были в одной и той же компании. Он был школьной знаменитостью, капитаном футбольной команды, встречался с девушкой из группы поддержки.
Эти слова вызвали улыбку на устах Люка.
— Футболисты и группа поддержки. Мне напоминает это о школьных днях. Конечно, тогда и в голову не могло прийти, что кто-то из одноклассников принесет в школу ружье и устроит стрельбу в библиотеке. Времена изменились.
— Вас назначили вести это дело? — спросила Мишель.
— Нет, мне приказали уйти в отпуск на несколько недель. Руководство обеспокоено моим эмоциональным состоянием.
— Понимаю! Школа направила учителя на дом до конца учебного года. Мне также пришлось посещать психотерапевта и школьного психолога. Если бы Сет ходил на консультации врача, то, возможно, не зашел бы так далеко.
— Ты думаешь, что все случилось из-за этого? Сет свихнулся?
Ответом послужило пожатие плеча.
— Коки не было, и я взял пепси, — сообщил Тео, когда появился в кафе.
— Спасибо, — произнесла Мишель и приняла напиток. — Послушайте, док, мы можем поговорить с Гуделом наедине?
— Конечно, — ответил психолог после того, как Люк одобрительно кивнул. — Я подожду в вестибюле.
— Не понимаю, зачем полиция расследует это дело и почему пресса все еще слоняется в Уиллоу-Гров, — воскликнула Мишель. — Зачем одним семьям не дают спокойно похоронить погибших, а другим прийти в себя и продолжить жить.
— Должно же быть официальное расследование, — пояснил Люк. — Погибли двенадцать студентов, включая стрелка, ты же ранена.
— Но все
