class="p1">— Да, — сказал я из вредности.
— «Нет», — снова стучит.
Упёртая.
— А вот и да… Ай! Хватит щипаться! У меня из-за тебя всё время синяки появ…
И договорить она мне не дала. Нежно обняла за голову и прижала к своей мягкой груди.
Рита вообще была вся мягкая. Руки мягкие, ножки, на которых я так любил спать, мягкие, грудь тоже мягкая. Не девушка, а подушка ходячая. Ещё от неё приятно пахло цветами.
Но я ей об этом не скажу, иначе зазнается, будет потом нос к потолку задирать.
— Ладно, отпусти. Давай продолжим. Я хочу выучить эту мелодию к отъезду сестры.
Девушка высвободила меня из мягкого плена, однако, только мои пальцы коснулись клавиш, как её ладонь легла поверх моей, не давая начать играть.
— Что опять?
Ответа я не получил. Рита выпрямилась, насторожилась и стала вертеть головой. В такие моменты она была похожа на гончую, что услышала или унюхала добычу на охоте.
— Рита?
Перед моим лицом возникла её ладонь. Это она так просит помолчать.
— Что-то случилось?
— «Оставайтесь здесь. Не выходите из комнаты. Я скоро вернусь.» — написав быстро на планшетке, Рита неожиданно поднялась и ушла, оставив меня одного.
Даже как-то обидно стало.
Но делать нечего и я решил продолжить заучивать мелодию. Сестрёнка у меня и вправду молодец, в этом году должна поступить в академию, а это значило, что мы с ней увидимся только через год.
Что касается мелодии, которую я пытаюсь научиться играть, то первые два нотных листа шли идеально, а вот начиная с третьего периодически фальшивил и сбивался. Либо путал строчки.
— Практика, практика, практика и ещё раз практика. — так писала Рита на своей планшетке, так говорил мой отец на занятиях по слову силы.
И, кстати говоря, прошло уже пятнадцать минут, а моей няньки всё нет. Не то чтобы я беспокоился… Скорее злился.
— Так! — захлопнув крышку инструмента, поднялся. — Если эта хитрожопая тетеря где-нибудь прохлаждается, заставлю делать мне массаж ног до конца дня.
Выйдя из комнаты, где Рита обучала меня музыке, двинулся дальше по коридору. Где-то в глубине души, было чувство что что-то идёт не так, но я, как и полагается ребёнку, просто отмахнулся.
«Родители смогут решить любую проблему». — Так думают дети, так думал и я, особенно, если учесть кем были мои отец и мать.
Последние десять метров проходили по глухому коридору без окон, который заканчивался своеобразной террасой, где за резными перилами можно было с высоты второго этажа, увидеть главный холл и парадный вход.
Я не очень любил когда к нам приходили гости, а потому, услышав незнакомые голоса, постарался максимально незаметно подкрасться к краю коридора и взглянуть, кого там принесло на ночь глядя. В противном случае, как это уже бывало, мать могла меня несколько часов крутить перед глазами каких-то непонятных и незнакомых мне людей, расхваливать со всех сторон и рассказывать какой у неё умненький и красивый сыночек.
Из холла донеслась очередная волна хохота.
Сделав ещё несколько шагов, я приподнялся на носках и заглянул за край террасы. Видно было немного. По крайней мере, мне удалось рассмотреть чепчики горничных, что стояли шеренгой вдоль стены.
«Наверное, отец кого-то отчитывает или… Может, планируется званый ужин? Давно такого не было.» — успокоил себя.
Однако, мне не давал покоя тот факт, что были слышны только чужие голоса, а потому, решил подойти ещё чуть ближе.
И лучше бы я этого никогда не видел.
Рядом с шеренгой побледневших и дрожащих служанок лежала старшая горничная с перерезанным горлом. Я старался с ней не пересекаться, уж очень строгая была эта женщина, но в любом случае она не заслужила такой участи, да и… Кто посмел тронуть прислугу нашего дома⁈ Как отец такое вообще допустил⁈
Я сделал последний шаг для того чтобы мне открылась полная картина и ужаснулся от увиденного…
В холле находились незнакомые мне люди, они вальяжно развалились на креслах и диванах, на которых отец обычно встречал гостей.
Незнакомцы раздели часть служанок и просто их использовали невзирая на протесты. Ещё одна лежала на столе раздетая и с жуткими ранами по всему телу. На кушетке, раздвинув ноги и куря сигары сидело ещё пара мужчин, а на полу перед ними, активно работая головами разместилось ещё две горничных. На сестре верхом, словно на стуле, сидел какой-то парень и о чём-то беседовал с остальными.
Отец стоял на коленях с ножом у горла, а мать лежала лицом на столе в окружении незнакомых мужчин. Какой-то ублюдок задрал её платье.
«М-мама?»
Это был кошмар. Настоящий оживший кошмар.
— Ч-что… Что вы делаете⁈ Мама!
Как человек, родившийся с золотой ложкой во рту и жопе, я искренне верил, вернее, привык, что когда озвучиваю свое желание, то его тут же выполняют. В крайнем случае, достаточно пустить слезу или захныкать. Но тут всё случилось по-другому.
В холле словно случился стоп-кадр, стало тихо и все разом уставились в мою сторону.
— А-а-а… Наследник явился! — вскинул руки какой-то парень, салютуя мне полным бокалом. — Спустись-ка сюда, малец, мне есть что тебе рассказать!
— Не тронь его, ублюдок! — отец попытался подняться, но тут же получил кулаком в лицо.
— Хью! Хью, беги, сынок! — Сесилия, моя мать, забилась в истерике. — Они убьют тебя! Беги!
«Б-бежать? Но как же… Как же вы?» — я вообще не понимал, что происходит, что делать, и… просто заревел. Это был мой последний аргумент для взрослых.
— Ох, и любите вы, госпожа Сесилия, портить сюрпризы! — усмехнулся парень, а затем обратился к остальным. — Господа, предлагаю пари!..
«Почему ты смеешься? Почему?»
— Пари⁈ К чёрту пари! — крикнул какой-то блондин и, оттолкнувшись от пола, в секунду оказался на перилах моего балкона, буквально в метре от меня.
«Но плохое же не случится? Оно не может случиться! Завтра утром всё будет по старому!»
— Иди сюда, шкет, прогуляемся! — оскалился блондин, протягивая руки в мою сторону.
Он был настолько близко, что я смог рассмотреть маленькую гравировку на его зажиме для галстука и аккуратный маникюр на пальцах.
«Педик вонючий». — пролетела мысль в моей голове и я зажмурился, ожидая что меня сейчас схватят, но в этот момент что-то с гулом пролетело прямо над моей макушкой, едва касаясь волосиков.
Раздался грохот, открыл глаза и увидел как об лицо блондина разлетается на осколки ваза
