понимаю, что не издаю ни единого звука.
«Что? Что произошло?»
— Ха… Ха-ха-ха-ха-ха! — ублюдки разразились хохотом.
— Наследник дома Меригольд потерял право голоса! Ха-ха-ха!
— Нет-нет-нет, теперь я хочу, чтобы это показали в новостях! Ха-ха-ха!
Хохотал даже тот гондон, который минуту назад держал меня за плечи.
Я попытался что-нибудь сказать, но ничего не вышло. Закричал — и опять тишина. Это был… конец. Наверное, он наступил в тот момент, когда мы пошли в библиотеку, но почувствовал его я именно в этот момент.
— Ой, не могу, — брюнет снова присел рядом со мной, вытирая проступившие слёзы от смеха. — Повеселил ты нас, пацан. Правда, смешно было. Честно-честно.
— Чтоб ты в аду сгорел, тварь. — рыкнул я, чем ещё больше рассмешил этих уродов.
— Извини, ты что-то сказал? — усмехнулся парень, приложив ладонь к своему уху. — А то губами шлёпаешь, а звуков нет.
Что ж, в этом есть свои плюсы.
— Говорю, что мать твою в кино водил, забыл предупредить чтоб аборт сделала, сучий ты сын.
— Брэндон, сколько ты ещё с ним будешь играть? — спросил кто-то из тех кто держал Риту.
— Джеймс и Брэндон, я ваши имена запомнил, говноеды. Не знаю зачем, но запомнил.
— Тихо-тихо! — поднял руку брюнет. — Сейчас будет самый смак, обещаю, вам понравится. Жаль, папаша его этого не увидит. — с этими словами, он снова обратился ко мне. — Вижу, эта горничная тебе дорога, понимаю, у меня в детстве тоже были любимые игрушки, однако хочу заметить, что она убила аристократа, а за такое не прощают, и ты как её хозяин несёшь за неё ответственность. Понимаешь, о чём речь? Я бы очень хотел вам помочь, но правосудие есть правосудие. — тут он на секунду замолчал. Видимо, наслаждался моей реакцией. — Но ты можешь её спасти!
Брэндон взял меня за руку и поднял, так что моя кисть оказалась между нашими лицами.
— Думаю, моральный ущерб, который мы понесли, можно оценить, скажем, в пять пальцев. Выдержишь — мы её отпустим, оставишь хотя бы один, и мы её трахнем, а потом грохнем прямо у тебя на глазах. Кивни, если понял.
Я взглянул на Риту, лицо девушки опухло от побоев ещё сильнее и сейчас было залито слезами, затем на свои пальцы и на морду этого ублюдка.
— Хочешь шоу? Хорошо. Ты получишь шоу. — беззвучно прошлёпав губами, я кивнул.
Брэндон достал из кармана окровавленные ножницы, похожие на те, которыми подстригают собакам когти. Вероятно уже успел ими воспользоваться урод вонючий.
— Джеймс, будь рядом, подморозишь рану, а то вытечет раньше времени. — обратился брюнет к своему товарищу, а затем ко мне. — Начнём с мизинца. Давай, выстави пальчик.
Я покосился на Риту. Она изо всех сил пыталась вырваться, кричала, но… Так уж устроен мир. Если ты потерял голос, то никто и никогда тебя не услышит.
Щёлк! Палец с глухим стуком упал на пол, руку пронзила резкая нестерпимая боль, от которой я готов был на стену лезть и орать во всё горло. Естественно, вид бьющегося в агонии мальчика вызвал очередную волну гогота. Потому что в комнате, несмотря на все мои крики, была полнейшая тишина.
— Ха-ха-ха, реально тихо. Эй-эй, Брэндон, он по-моему щас отвалится. — Джеймс указал на меня, когда мое сознание решило отдать концы.
— Ничего, я его разбужу.– парень коснулся моей головы, и в следующий миг в мозг словно раскалённый гвоздь воткнули. — Не спать! Ещё четыре пальца, помнишь? — щёлкнул он ножницами перед моим искаженным от боли лицом. У меня действительно что-то перемкнуло и уголок рта жутко тянуло вниз. Я даже рот нормально закрыть не мог. — Давай руку.
Рита в бессилии смотрела, как её господина, совсем маленького мальчика, калечат и уродуют прямо у неё на глазах.
Мне было хреново. Очень хреново. А ещё страшно и больно, но я представить себе не мог, что отдам свою подругу на растерзание этим сволочам. Даже если они врут, то я сделаю всё, что в моих силах, чтобы её спасти.
— Ну⁈ Или ты уже передумал⁈
— Пошёл ты нахуй. — сказал я одними губами и буквально ткнул ему в лицо своей ладонью. — Режь, мразь. Пусть тебе от этого станет легче.
Лезвия ножниц уже обхватили мой палец, когда в комнату зашел ещё один участник нападения. На этот раз это был мужчина в возрасте. Черное пальто, седая бородка и такие же седые, аккуратно уложенные, волосы.
— Вы что делаете, идиоты⁈ — тихо, но с угрозой произнёс он. Я на секунду подумал, что спасение всё же нас нашло.
— А-а… мы…
— Мы-мы, когда же вырастете уже… — мужчина достал пистолет, раздался выстрел. Голова Риты дёрнулась, и девушка затихла.
Я поднял взгляд на него, он лишь на секунду остановился, с отвращением глядя на мое перекошенное и залитое слезами, кровью и слюнями лицо. На его руке сформировалось энергетическое лезвие. Один взмах и шею пробивает острая боль, тело становится неожиданно лёгким, а затем, на последних секундах своей жизни, вижу как мою голову суют в мешок.
«Будь… ты… проклят… защитник…» — звучат слова в затухающем сознании.
Глава 2
В АD
Со стороны огненного океана подул ветер, поднимая облака красной пыли, которая забивалась в глаза и уши. Тучный демон, что избрал для себя путь торговца, на секунду остановился, как будто что-то почуял, огляделся, но всё было так же тихо. В том смысле, что кроме привычного завывания ветра тут больше ничего не было.
Впереди демона не спеша ступало четвероногое создание, тащившее на своем горбу товары для продажи, обмена и прочий немногочисленный скарб. Ничего особенного они не везли: горшки, бусы, вьюки, сумки, коробки, различные тряпки, которые отличались между собой количеством дыр и заплаток. Даже такой мусор найдёт своего покупателя на базаре Маммона.
Демон недовольно посмотрел на высокий утёс, откуда доносились далекие голоса. Казалось, руку протяни, и вот ты уже на месте, но, к сожалению, он, как и его животное, был не в той кондиции, чтобы карабкаться по отвесным скалам. Тем более вместе с грузом. Придётся идти дальше вдоль берега, пока склон не станет более пологим, и уже оттуда двинуться в обратную сторону к базару.
Пока торговца терзали тяжкие думы о длинной дороге, его вьючное животное заметило выброшенную на берег
