как коллекционер вина. Ничего в этом не понимал и не отличил бы дрянную разбавленную и подслащенную бурду от Бордо, простите за каламбур, но скупал все, что подвернется. Понятное дело, что подсовывали ему много всяческих подделок, но и действительно хорошие сорта в его коллекции водились. И вот, повторюсь, недавно он умер. Оставил после себя море долгов и семья решила распродать имущество. Включая содержимое винного погребка. А я как раз собирался пополнить запасы для гостиницы. К счастью, оказался первым покупателем, облазил весь погреб – и наткнулся на сие чудо.
– Дайте-ка я угадаю, – усмехнулся Фальк. – Его наследники понятия не имели о стоимости вина и продешевили?
– Можно и так сказать, – с показной скромностью потупился Виктор Львович. – Дабы не подать виду и не пробудить алчность продавцов, я выбрал десять бутылок, среди которых, конечно же, находилось в «вино кометы». Отдал за них 150 рублей, хотя оставшиеся девять сортов этих денег не стоили…
– Ничего себе! – воскликнул Василий Оттович. – Да она одна может обойтись в 200-300 рублей, как минимум!
– На это я и рассчитываю! – подтвердил Козлов. – Поэтому завтра вечером в моем ресторане пройдет аукцион, на котором стартовая цена бутылки составит именно 200 рублей. И я рассчитываю, что к исходу вечера эта сумма, как минимум, удвоится!
– Какой вы, право, меркантильный, – скорчила расстроенное личико Лидия.
– Каюсь, грешен, иначе бы давно по миру пошел, – воспринял замечание, как комплимент Виктор Львович.
– Думаете, в Зеленом луге найдется много желающих выложить такие деньги за бутылку вина? – спросил Неверов.
– Вы удивитесь, – загадочно ответил Козлов. – Но, конечно же, я жду гостей еще и из Петербурга.
– Которые, возможно, решат остаться здесь на ночь, ведь поезда обратно в город ходить перестанут, – понимающе покивал Фальк.
– А ведь они еще и проголодаться могут, – поддержал его Виктор Львович.
– И тем, кто останется без искомого «вина кометы» тоже захочется жажду утолить, – заключил Неверов. – Снимаю шляпу перед вашей «недюжинной коммерческой хваткой»!
– Скучные вы, право! – вставила шпильку Лидия.
– Означает ли это, что завтра на аукцион вас не ждать? – спросил Козлов.
– Конечно же ждать! – оскорбилась Шевалдина. – Хоть меня и утомляют разговоры о деньгах, но спектакль человеческой жадности посмотреть будет интересно. Тем более, доктор Фальк составит мне компанию. Не правда ли, Василий Оттович?
– Мне будет больно смотреть, как «вино кометы» уходит кому-то еще, ведь я не смогу позволить себе даже стартовую цену, но ради вашего общества, пожалуй, смирюсь, – пообещал Фальк.
Общественная жизнь Зеленого луга, конечно, разительно отличалась от соседних дачных деревень. В лучшую сторону. Но даже с учетом бильярда в курзале, спортивных соревнований и любительских спектаклей, рано или поздно любого дачника одолевала скука. Поэтому идея выхода в свет казалась привлекательной даже такому ворчуну, как Василий Оттович. Не говоря уже о кулинарных шедеврах повара «Швейцарии» и возможности провести вечер с Лидией. Хотя, если бы Фальк знал, чем закончится аукцион, он бы предпочел поскучать в любимом кресле-качалке на веранде дома, с книгой и рюмочкой наливки его кухарки, Клотильды Генриховны…
[1] Так иногда именовались салаты.
Глава вторая,
в которой все готовятся к аукциону, а доктор Фальк встречает ряд неприятных личностей.
На следующий день, вплоть до 6 часов, вечера, назначенного времени аукциона, ресторан «Швейцарии» стоял закрытыми для посетителей. Под бдительным оком Виктора Львовича работники оттачивали каждый этап будущего мероприятия. Кухня готовила блюда, перечисленные в особенном меню, за оформление которого Козлов заплатил столичному театральному художнику. Стоимость ужина, в отличие от стандартного a-la carte, хозяин гостиницы установил фиксированную. Вина, водка и иные алкогольные напитки подавались по отдельному прейскуранту. Десять столов в главном зале ресторана, на втором этаже центрального корпуса гостиницы, были накрыты для сорока человек. Каждому гостю полагалась также отдельная табличка с номером для участия в аукционе. Для распорядителя собрали отдельную трибуну, хорошо видную с каждого места. На время ужина-аукциона Виктор Львович выставил двойную команду официантов. Для победителя, коль он решит насладиться купленным вино здесь и сейчас, отвели один из двух отдельных документов. Словом, Козлов учел каждую мелочь. Включая охрану.
Об этом Фальк узнал утром, когда к нему заглянул главный (и единственный) представитель полиции в Зеленом луге, урядник Александр Петрович Сидоров. После поимки преступника, стращавшего деревню под видом призрачного серого монаха, доктор и страж порядка подружились и регулярно посещали курзал дабы сыграть в биллиард или просто выпивали чай (или чего покрепче). Василий Оттович также, по доброте душевной, снабжал Сидорова качественными сигарами, которые тот, на свою невеликую зарплату, позволить себе не мог.
Вот и сейчас доктор Фальк, попивающий утренний кофей на веранде, обрадовался визиту Александра Петровича, жестом пригласив его присаживаться в соседнее плетеное кресло.
– Я так понимаю, вы планируете заглянуть на аукцион в «Швейцарии»? – спросил урядник.
– Да, Виктор Львович обещал приберечь нам с Лидией два местечка, – ответил Фальк.
– Поборетесь за приз?
– Нет, что вы! Я, конечно, не бедствую, а порой – так вообще сибаритствую, но бутылка вина за 200 рублей для меня стала бы слишком большим расточительством. А вы откуда знаете про аукцион? Деревня гудит?
– Конечно, – ответил Сидоров и недовольно скривился. – Предположу, что те, кому не хватило места на самом аукционе, будут бродить вокруг «Швейцарии», пытаться заглянуть в окна и ловить каждое слово на торгах.
– И почему это вас столь волнует?
– Виктор Львович попросил меня поучаствовать в мероприятии. Присмотреть за тем, чтобы все прошло спокойно.
– Не бесплатно, надеюсь?
– Конечно, нет, – смутился Александр Петрович. Такие подработки, конечно же, не приветствовались, но и на жалование деревенского урядника семью досыта не накормишь. Поэтому Фальк Сидорова не осуждал.
– А волнуетесь-то почему? – снова спросил доктор. – Боитесь, как бы начальство не прознало?
– Да черт с ним, с начальством! Меня больше пугают суммы, которые планируют потратить участники. Конечно, сейчас живется куда спокойнее, чем пару лет назад, но все же. Люди вечером соберутся непростые. Состоятельные. Тысяч двадцать-тридцать рублей между собой у них будет. И это не считая украшений на дамах, без которых тоже не обойдется.
– Ограбления опасаетесь, – понял Фальк.
– Опасаюсь, – согласился урядник. – Виктор Львович, конечно, свою охрану тоже наймет, но все же… Я ведь поэтому и заглянул к вам. С просьбой. После того, как вы помогли с убийцей, я совсем уверился, что глаз у вас, что алмаз. Вы уж, если не сложно, на аукционе посматривайте по сторонам. Увидите чего подозрительное – шепните словечко. Не слишком многого прошу?
– Ну, вообще-то я намеревался там отдохнуть, порадоваться компании и вкусной еде, – ответил Фальк. – К тому же,
