моей кровати вальяжно расселась сводная сестра, изящно перекинув ногу за ногу. Оставив бестактный вопрос без ответа, ещё сильнее зажмурилась, мечтая в кои веки побыть хоть немного наедине с собой, — И ты так и не призналась ему?
Вместо ответа я снова всхлипнула, упрямо отворачиваясь к стене.
— А что, если я тебе скажу, что не всё потеряно? — неожиданно предложила Дженни.
— Что ты имеешь в виду? — хрипло пробормотала, продолжая утопать в собственном горе.
— Я предлагаю тоже отправиться в столицу. В связи с огромным наплывом гостей в замке сейчас как никогда нужны свободные руки.
— Глупая идея, нас никто не отпустит! — покачала головой, глубже зарываясь в шерстяном пледе.
— Почему? В нашей лавке ожидается длительное затишье, так как все жители от мала до велика бросились посмотреть кровавые представления, а при дворе нам сейчас каждому заплатят вдвойне, — продолжала объяснять сводная сестра. А это был достойный довод, так как в семье, которая меня приютила, были проблемы с деньгами. Сводные братья с утра до вечера трудились в поле, мы с Дженни в основном работали по хозяйству, ухаживали за многочисленной скотиной и птицей, а по вечерам помогали родителям продавать разноцветную зелень, сезонные овощи и фрукты, домашние яйца и мясо в скромной сельской лавке. Больше всего мне нравилось работать с водой, так как это была моя физическая стихия. У каждого жителя нашего королевства был дар управлять огнём, водой, воздухом или землёй. По слухам, только представительницы царствующей династии могли контролировать все стихии сразу, обычным смертным приходилось скромно довольствоваться чем-то одним.
Древняя знахарка, живущая на самом краю деревни, как-то проронила, что у меня очень ярко выраженный дар, поэтому мне необходимо поступить в столичную академию, но так как с деньгами в семье были проблемы, никто не воспринял этот бредовый совет всерьёз. Но мне всегда нравилось силой воли перемещать жидкость из одной формы в другую, превращая прозрачного как стекло петуха в толстую кошку, а потом в крошечного поросёнка с маленьким пятачком. В хозяйстве этот дар был почти бесполезен, только, разве что, воду без вёдер переносить или полить картошку. Намного больше ценился дар управления землёй, так как с его помощью можно было за несколько часов заставить прорости пшеницу или ячмень.
— К тому же, кто знает, — хитрющая сестрица сделала многозначительную паузу, выжидательно разглядывая мой затылок, — Может, у нас будет шанс хоть краем глаза посмотреть на королевские игры?
Глупое сердце с надеждой забилось, больно ударяясь об острую грудную клетку.
— Или даже ты сможешь поговорить с Эшли? И, — загадочно протянула девушка, смешно вытягивая пухлые губки в трубочку и хлопая пушистыми ресницами, — Возможно, ещё не всё потеряно.
— Договорились! — резко поворачиваясь к Дженни и торопливо вытирая слезы, прошептала, ощущая, как кошки больше не скребут на душе, смачно впиваясь острыми когтями.
— Тогда вперёд, навстречу приключениям? Поскорее собирай вещи, я же потороплюсь в лавку уговаривать родителей. И хватит солить подушку, её уже выжимать можно! — напоследок выдала сводная сестра, громко хлопая массивной деревянной дверью.
В общем, собирать-то особенно было нечего, так как у меня было всего одно праздничное платье, в которое я и вырядилась с утра, тщетно надеясь поразить Эшли напоследок своей «роковой» красотой. Раздраженно поправляя скромное одеяние, с новой волной печали вспомнила, что он даже не заметил, насколько я тщательно готовилась к встрече. В мыслях упрямый парень был уже далеко, где-то на огромном ринге, сражаясь за руку и сердце прекрасной принцессы.
«Чтобы у неё лицо прыщиками покрылось!» — злорадно пожелала, доставая пыльную дорожную сумку и старательно складывая немногочисленные пожитки. Остановив задумчивый взгляд на изящных туфельках, так разительно отличавшихся от уродливой грубой обуви, которую мне приходилось носить, тоже положила их в котомку, заранее бережно обмотав льняным полотенцем. Добавив пару комплектов дешёвого нижнего белья и старый роговой гребень, оглянулась на облупленное зеркало, критически рассматривая своё отражение.
Всегда бледная кожа теперь казалась совсем прозрачной, а под заплаканными глазами красовались тёмные круги после бессонной ночи. Голубое мешковатое платье с чужого плеча, вышедшее из моды много лет назад, было настолько огромным, что не спасала даже боковая чёрная шнуровка. Но приёмные родители категорически запретили ушивать по фигуре этот мрачный наряд, предусмотрительно оставив «на вырост». Можно подумать, что я планировала резко поправиться на пару десятков килограмм со дня на день
— Неудивительно, что Эшли совсем равнодушен ко мне, — поправляя выбившийся из причёски локон, горестно заметила, отворачиваясь от неприятной картины.
Мрачные размышления снова прервала Дженни, как ураган влетевшая в нашу крошечную каморку.:
— Отец согласился сразу, а матушка сомневалась, но я смогла убедить её.
— Ох, — до сих пор не веря в реальность происходящего, резко выдохнула. Это значит, что мы выдвигаемся…
— Сразу после обеда, но ехать придётся в компании кочанов капусты и картошки, — злорадно усмехнулась сводная сестра, хитро сверкая янтарными глазами, — Дядюшка Сэм хотел выехать со снедью в столицу сегодня утром, но его задержала зубная боль. Боюсь, конечно, что после похода к знахарке старик будет более ворчлив, чем обычно, но это же ерунда, не правда ли?
— Конечно, главное, что мы тоже будем там! — радостно воскликнула, хлопнув в ладоши. Может даже у моей истории будет счастливый конец?
Глава 3
Слегка покосившееся от времени домишки родной деревушки Чёрствые корочки незаметно уменьшались с каждым оборотом колёс почерневшей от старости скрипящей телеги, почти доверху загруженной спелыми тыквами, кабачками и кочанами капусты с душистыми початками кукурузы. Есть хотелось настолько неимоверно, и всё только потому, что во время обеда от волнения не смогла проглотить ни крошки. А внутренние переживания не давали сидеть на одном месте, заставляя постоянно ёрзать. Если не считать авантюрную вылазку в столицу с Эшли на праздник спелых яблок, это была моя первая поездка дальше соседнего села на ярмарку, вот почему я постоянно озиралась по сторонам, боясь пропустить даже самую незначительную деталь. Частенько нас обгоняли богатые кареты, украшенные позолотой и непонятными вензелями, а иногда мимо нас как смерч молниеносно проносились гордые всадники на гнедых жеребцах, окидывающие пренебрежительным взглядом нашу хлипкую телегу, запряжённую старой задрипанной кобылой с облезлым хвостом. Было очевидно, что со скоростью полумёртвой улитки добраться до места назначения не получится, поэтому придётся заночевать на постоялом дворе. Внезапно увидев вдалеке прекрасное кристальное озеро, весело поблескивающие под полуденным солнцем, впервые за день растянула кончики губ в некотором подобии улыбки, ощущая, как приятный лёгкий ветерок ласково играет с локонами волос.
— Ездят тут всякие, — снова проворчал дядюшка Сэм, раздражённо ударяя хлыстом по ободранному боку ни в не повинной старой кляче, когда пыль
