поклонница короля!
— Хм, а разве это плохо? — я слегка удивлённо взглянул на него. — Луи Двадцать второй вполне достойный монарх.
— Ах, Александра, вы так юны! — махнул рукой Франсуа. — Монархия — пережиток, которому место на свалке истории. Республика — вот самая просвещённая форма правления! Когда граждане сами выбирают самого мудрого и достойного! Уверен, когда-нибудь все это поймут, и наша страна будет управляться выборным президентом, который приведёт её к процветанию!
— А король Луи не приводит?
— Да что вы! Король только и может, что налоги с нас драть, а на эти деньги потом устраивать балы! На его месте я бы использовал эти деньги куда более разумным способом! Вложил бы их в дело, построил бы новые заводы, превратил бы Францию в самую передовую страну мира!
Понятненько. Похоже, не зря он мечтает о республике — не иначе как видит себя на месте этого самого выбранного президента. С доступов ко всем финансам страны, конечно же.
— Прямо какой-то конфетный рай получается. — не сдержался и хмыкнул.
— Ха-ха-ха! Вы правы, Александра, вы правы! Я бы точно устроил бы для французов райскую жизнь! — сосед приосанился и задрал нос.
— А разве при короле Луи она так уж трудна? Вы же, Франсуа, вон даже новый завод решили открыть в Российской Империи. Значит, дела идут неплохо?
— Ну вообще да, неплохо. — поморщился революционер. — Но в том-то и дело! Налоги у вас в стране ниже, чем во Франции! И завод открывать выгоднее! Но если бы была республика — уверен, я бы сделал самые низкие налоги для бизнеса в мире! И все мечтали бы открыть свои заводы у нас! Король же Луи… Эх, он ничего не понимает!
Франсуа оглянулся по сторонам, чтоб убедиться, что никто не подслушивает наш разговор.
— Только между нами, мадемуазель, но мне кажется, что у Его Величества уже начинается маразм! — шепотом заговорил сосед. — Представляете, он неделю назад вывел в Ла-Манш флот и приказал устроить там военные учения! Просто так! Без какого-либо разумного объяснения!
— Ну, может, чтоб напугать британцев… — мне стало обидно за деда.
— Ах, бросьте! Британцы — милейшие люди, они регулярно покупают у моего завода конфеты! Ничего плохого от них нам ждать не стоит!
Мда, определённо кретин! Нет, из уст такого я точно не поверю в маразм деда, скорее уж он сам уже в маразме.
— Возможно. — я неопределённо пожал плечами. — И многие так думают во Франции? Про короля Луи?
— Не так много, как хотелось бы! — вздохнул кретин. — Мой отец и браться поддерживают его решения. Представляете, как трудно мне дома? Только в небольшой дружной компании можно говорить открыто! Я обязательно познакомлю вас с моими друзьями, Александра, это прекрасные люди, придерживающиеся самых просвещённых взглядов!
— Без сомнения. — покивал в ответ.
Лучше бы вместо него был котик какой, без сомнения.
— А что вы можете сказать о других членах августейшей семьи? О сыновьях и дочерях короля Луи? — решил полюбопытствовать.
— Вас это так заинтересовало? — оживился сосед. — Ну что ж! Скажу, что пристойных людей среди них нет! Старший сын, будущий Луи Двадцать третий, стал военным — будто кому-то в наше время нужны ещё армии! Пфе! Ясное же дело, что это пережиток прошлого! Остальные стали чиновниками-дармоедами. Дочери выскочили замуж и разъехались из Франции — патриотично, правда? А одна из них, Лилия, вообще так низко пала, что стала любовницей российского Императора! Ох, надеюсь, Александра, я не задел ваши патриотические чувства?
— Да ничуть! — так и запишу: как только приеду, надо будет наведаться на этот славный конфетный заводик. Мне кажется, там может случиться несчастный случай — один из сыновей владельца утонет в чане с карамелью!
— Ага. — видя отсутствие возражений, Франсуа воодушевился. — Я не имею ничего против российского Императора, но герцогиню гасконскую понять не могу. Она же благородная дама! Ха, видимо, такое у них благородство — спать с кем попало! По правде-то, так весь королевский двор такой — фрейлины-шлюхи и не отстающие от них придворные! А возглавляет всё это королевская семья!
Собеседник так раздухарился, что минут двадцать поливал всякими субстанциями и короля, и свиту, и вообще всех, кто попадался под руку. Только иногда оглядывался, следя, что никто нас не подслушивал. Ну да, за такие речи его не палки по пяткам ждут, а тюрьма или даже гильотина.
— Фух! — наконец успокоился он, взмахнул рукой, подзывая стюардессу с бокалами шампанского, выпил один. — Надеюсь, мадемуазель, я вас не утомил?
— Ну что вы, месье, вы мне на многое открыли глаза. — как можно милее улыбнулся ему. — Я учту ваши слова, пока буду жить во Франции.
— Да-да, только не делитесь ими с кем попало. — он снова понизил голос. — Замшелые ретрограды, которые не понимают всю полезность избираемой власти, могут на вас и донести. Будьте осторожны! Но со мной, конечно же, вы можете говорить обо всём!
Ага, это типа у нас теперь общая тайна и особенная связь. Вот противный женатик! С каждой минутой в его обществе уверяюсь, что его жена — святая женщина.
К счастью, тут стали разносить обеды, а после него я ловко прикинулся спящим. Я бы точно сошел с ума, если бы выслушивал его нытьё до самого Парижа!
— Ах, Александра, я восхищён вашей компанией! — Франсуа выкатился из самолёта вслед за мной, шел рядом и лил мне в уши свою чушь. — Будет просто преступлением, если мы не встретимся снова! Определённо моя душа будет страдать, требуя вашей компании ещё и ещё! Обещайте же мне, прекрасная Александра, что вы встретитесь со мной как можно скорее!
— Эм, могу только сказать, что я постараюсь. — выдавил я из себя, проглотив «захватить с собой побольше карабинеров».
— Вы меня обнадёжили! Я буду с нетерпением ждать! — закатил глаза в притворном восхищении француз.
Мы прошли от трапа к аэропорту, забрали свой багаж — этот гад даже не подумал предложить мне помощь! А ещё рассчитывает на вторую встречу! Нахмурившись, я потопал к выходу, катя за собой чемодан, а Жульен семенил за мной.
— Ого! Смотрите, что это там? — он первым обратил внимание на столпотворение в холле аэропорта. — Ого! Вы только взгляните, Александра — это же герцогиня
