мазью. Ему, видишь ли, стало интересно, весенние коты поют одинаковую арию, или у каждого свой репертуар. Дело закончилось тем, что его укусила кошка, которой он сорвал свидание своим исследованием, как раз за его любопытный нос. Надо ли говорить, что песни поют коты, а не кошки… В общем, по мнению Марфы он ещё легко отделался. С кошачьими Небесного Форпоста шутить очень опасно.
Кто-то завозился в её кровати, потом через ведьму перешёл кот. Это был её кот. Он не являлся вассалом кошачьего герцога, поскольку был колдовским котом. Ведьма не вполне понимала, как это у них работает, но колдовской кот на все свои девять жизней поступал в распоряжение одной хозяйки, а точнее ведьмы, ну или колдуна. Кот бесцеремонно наступил на неё, зевнул и спрыгнул на пол. Это был Варфоломей. Крупный чёрный, довольно пушистый котяра, на морде которого было написано что-то типа «Не влезай. Убьёт!». По подсчётам ведьмы он коротал с ней уже пятую или шестую жизнь. Кот подошёл к её ученику, сел и посмотрел на него, как на идиота. Ученик повернул голову. Теперь нос определённо являлся самой заметной частью его, в общем-то, вполне симпатичного лица. Нос распух, и в качестве дополнительного украшение на нём был приличного размера шрам. Ведьма вздохнула. Она решила повернуться на бок и подождать ещё полчаса, но в этот момент на улице что-то бухнуло. Дом содрогнулся, в шкафах зазвенела и застучала посуда. Сперва ведьма решила, что это оно. Но это было другое. Раздался ещё один бух, ведьма села. Она надела вязаную старую кофту, некогда имевшую коричневый цвет, поверх длинной утеплённой рубахи, в которой лежала. Поверх кофты она надела вязаную и очень древнюю жилетку, изначальный цвет которой, в виду её древности, идентифицировать было невозможно. На жилетку накинула платок. Относительно предыдущих деталей туалета он был практически новым, ведьма прикупила его на ярмарке пятьдесят три года назад. Скинув домашние тапки, она всунула ноги в нечто, когда-то очень давно, бывшее обувью, и вышла на улицу.
Её маленький домик располагался в оживлённом квартале новой части города. Хотя она хорошо помнила, что вокруг был весьма дремучий лес, а ещё ручей. Но если ручью повезло стать хотя бы питьевым фонтанчиком, то лес просто перестал быть. Раздался ещё один бух. Ведьма повернулась и пошла на окраину своего небольшого участка земли. Прямо за её забором группа гоблинов рыла котлован. Помимо рытья котлована они забивали в землю здоровенное бревно, используя для этого переделанное стенобитное орудие. Завидев ведьму, гоблины опасливо заозирались, то ли в поисках прораба, то ли направления бегства.
— Вы что творите! — рявкнула ведьма. — Я тут помереть пытаюсь!
Гоблины побросали лопаты и сгрудились на противоположном от ведьмы краю ямы.
— Я кого спрашиваю?! — Ведьма опёрлась о забор, и тот жалобно заскрипел.
Из кучи гоблинов вытолкнули, судя по виду, самого не ценного. Щупленький, для гоблина, разумеется, невысокого роста, он опасливо озирался, но направился в её сторону. Медленно обойдя яму, гоблин остановился метрах в двух от ведьмы.
— П… пр… прстите, Госпожа Ведьма, мы не знали, что вы так заняты… Но тут такое дело, нам в общем… Госпожа Ведьма…
— Господа в Магическом университете, — перебила его ведьма, — а я Марфа, или Чёрная Марфа, если тебе так больше нравится.
— П… п… пр…
— Что ты там бормочешь? — Ведьма успокоилась и даже усмехнулась.
Гоблинам стало ещё страшнее.
— Где ваш главный? Мухомор ему на закуску!
— А… э… ну… Так он того…
— Чего того?
— Отошёл. — Взял себя в руки гоблин.
— Совсем отошёл? — на всякий случай уточнила ведьма.
— А, не-не… Не совсем, он временно отошёл.
— То есть вернётся?
— Да.
— Оттуда? — Ведьму начал забавлять этот диалог.
— Откуда? — не понял гоблин и затравленно посмотрел на своих коллег.
Коллеги безмолвствовали.
— Ты мне скажи, в куда он временно отошёл?
— А я… Я не знаю… — Гоблин чуть не плакал.
— Ладно, — пожалела его ведьма. — Слышь! Ты, здоровый! — Она указала костлявым пальцем на самого крупного из всего ассортимента гоблинов.
У последнего предательски подкосились ноги.
— Я тебя знаю.
Гоблин резко поменял цвет. Причём сделал это настолько быстро и искусно, что запросто мог бы претендовать на пальму первенства в состязаниях хамелеонов. Из бодрого серо-зеленоватого цвет перетёк в замогильный бледно-зелёный.
Коллеги по котловану не бросили его в трудную минуту, аккуратно вытолкнув вперёд, поближе к ведьме.
— Я видела, как ты разговаривал с вашим старшим.
Гоблин на всякий случай кивнул.
— Скажи ему, что с десяти до двенадцати я пытаюсь помереть, и если вы! Мне! Продолжите! Мешать!.. В общем, скажи, что я заходила, — спокойно закончила ведьма.
Гоблин изо всех сил закивал головой.
— Вот и славно.
Ведьма вернулась в дом, но момент был упущен.
— Сегодня опять не пришла. Где её нелёгкая носит? — проворчала она.
Когда ведьма удалилась, гоблины переглянулись.
— А пошло оно! — Гоблин-хамелеон смачно сплюнул в не докопанный котлован. — За такие деньги пусть сами здесь копают! Пошли, парни! Лучше осушать Чёрные болота. Там и денег больше, и из рисков только утонуть, да ещё болотный змий сожрать может, ну и комары до смерти загрызут. Не то, что здесь.
Гоблины одобрительно закивали и покинули стройплощадку.
Близился конец рабочего дня. Главный инженер задумчиво смотрел на неглубокую яму, несколько брошенных лопат и застывшее в величественной неподвижности забивательное орудие.
— Это что!? — Он повернулся и посмотрел на прораба.
— А я предупреждал, — ответил прораб — здоровенный тролль, весь покрытый татуировками с мест строительств, в которых он принимал участие.
— И что ты мне предлагаешь делать?
— Не знаю. — Тролль пожал плечами. — Ты босс.
— Зато я знаю! — Главный инженер начал выходить из себя. — Я отправлю тебя строить тоннель в Алмазных горах!! И пока ты его не выкопаешь, ни одна компания тебя не наймёт!!!
— Я что один буду его копать? — опешил тролль.
— Да!!! — рявкнул гном.
Ярко-рыжая борода гнома начала шевелиться от злости своего хозяина.
— А ещё ты пойдёшь со мной к нашему директорату, и будешь лично объяснять им, о чём ты тут всех предупреждал!! Понятно?!!
Гном ревел на всю улицу, привлекая внимание зевак, но помимо зевак он ещё привлёк внимание Марфы. Точнее не привлёк, он ей помешал колдовать, а это было на много хуже, чем привлечь её внимание.
В котле что-то неприятно булькнуло. Марфа выругалась и посмотрела на Варфоломея. Кот присел на задние лапы, уши прижаты, шерсть встала дыбом, а глаза зажглись зловещим жёлтым огнём.
— Ладно, — проворчала ведьма, — ты тут ни при чём. Следи за варевом, — бросила она ученику. — И смотри, чтобы не закипело.
Марфа
