я сказал, будто мне всего лишь повезло? — Холодно осведомился я. Терпеть не могу, когда неудачники портят мне приятные впечатления от победы.
— Именно. — Чуть ли не прошипел он.
Я вздохнул. Возможно, я зря переживал насчет следующего сезона, парень слишком неуравновешен и может не оправиться после неудачи. Невозможно всегда быть первым, победная серия слишком разбаловала его. Как ни крути, подъем с низов ладдера до второго места мирового турнира — весомое достижение. Но… Мне захотелось закурить. Единственное, что я сейчас мог — дать парню ценный совет. Грустно будет, если мир лишится игрока такого уровня.
— Учись признавать поражения. — Спокойно произнес я и мой собеседник взорвался.
— ТЫ! ТЫ!!! Хорошо! Ты победил в этой дерьмовой игре, признаю, смертный. Но как ты справишься в реальной битве?! Ты еще…
Я оборвал разговор и добавил неадеквата в ЧС. Черта с два я буду загоняться и портить вечер негативом. Меня ждут изысканные блюда, девочки и приятные посиделки с друзьями.
Монитор погас. Странно. Я потянулся рукой, чтобы нажать на кнопку включения, но следом за монитором погас весь свет в комнате. Что за дела?
Я встал с кресла и на ощупь добрался до окна. Отдернул штору, надеясь увидеть огни города, но ничего. За окном царила непроглядная тьма. Мне все это кажется. Точно кажется.
Я отпрянул назад, но не смог нащупать кресло. Я бросился вперед, но стен не было. Не было ничего. Чья-то ледяная рука схватила меня за щиколотку, и я упал. Пола не было тоже, но кто-то удержал меня над бесконечной бездной тьмы.
— Учись признавать поражения. — Шепнул мне на ухо знакомый молодой голос.
И отпустил.
* * *
Я погрузился в ничто. Нет рамок. Нет границ. Нет меня. Нет времени.
Бесконечность спустя что-то изменилось. Я смог понять где верх, а где низ. Пространство дрогнуло, и бесконечность сузилась до жалкой скорлупки человеческого тела. Неудобного и непривычного. Часть меня проникла в тело, и её тут же затопила боль.
— Господин, мы зацепили его!
— Увеличьте напряженность маны на третьем луче. Не дайте ему сбежать!
Я осознал себя. Тело не слушалось, когда я попробовал дернуть рукой — оттопырилась нога. Я кое-как поднял веки, но глаза смотрели в разные стороны. Грудь жгло огнем, а мышцы задеревенели, словно через них пропустили высоковольтную линию.
— Еще больше маны! Концентрируйте силу на внешней звезде! Используйте накопители!
Ощущение «ничего» пропало. Глаза слезились, но я сумел разглядеть, где оказался.
Каменный пол, свечи, кровавая пентаграмма. Люди в красных мантиях и глубоких капюшонах вздымают руки в странных жестах. Воздух клубится и трещит от переполняющей его силы.
— Господин! Концентрация слишком велика!
— Закрывайте проход! Закрывайте!
Я не могу разглядеть говорящих, всё словно в тумане. Треск в воздухе нарастает, и поток силы валит культистов с ног. Облако магии развернулось калейдоскопом картин. Невероятно четкие видения возникали прямо в голове, минуя сбоившие органы чувств.
Аристократка купается в чужой крови. Пушечное ядро проламывает крепостную стену. Лезвие гильотины падает и очередной аристократ лишается головы. Запах пороха и стали. Крестьянин размахивает флагом, стоя на перевернутой карете. Свист пара и грохот станков, кующих оружие нового мира. Картинки разлетаются вдребезги, оставляя лишь одну, что заполонила всё вокруг.
Слепящее солнце. Поле боя. Королевские войска отправились подавлять восстание. Командиры спокойны, солдаты перебрасываются шутками. Что им сможет противопоставить крестьянская шваль? Закованная с ног до головы в сталь рыцарская конница уже отправилась в атаку. Тяжелая пехота держит фронт, наступая следом, под прикрытием мага. Враги даже не закованы в доспехи, это будет легкая прогулка.
Канонадой запели пушки. Крупная картечь не щадит никого. Ни людей, ни лошадей. Кавалерия сметена, разорвана на части, немногие выжившие в панике бегут. Ряды латников в замешательстве, но они подошли слишком близко. Сигнал! Строй линейной пехоты вскидывает мушкеты. Залп! Клубы дыма и свист пуль. Штатный маг, что прикрывал войска от стрел, кашляет кровью, пули мгновенно перегрузили щит. Свинцовые шары собирают смертельную жатву, проламывают латы и пронзают плоть.
Латники бросаются в атаку, пытаются сократить дистанцию. Сигнал! Первая шеренга встает на колено. Залп! Доспехи не помогут. Люди падают, как трава под косой. Сигнал! Залп! Ему вторит канонада перезарядившихся орудий. Картечь стальной метлой сметает врага. Никто не в силах противостоять новому оружию. В искореженных кусках метала и плоти уже не узнать людей. Атака захлебнулась.
Перестук барабанов и линейная пехота цепью идет вперед, переступая кровоточащие трупы. Маг делает пассы руками, возводит щиты. Бесполезно. Цепь вскидывает мушкеты. Залп! Несколько пуль рикошетят, но остальные прошивают и магический щит и тщедушное тело мага. Благородная кровь, осененная даром магии, толчками выходит из тела, смешиваясь с кровью павших латников. Для пуль нет разницы, аристократ ты или нет. Линейная пехота продолжает движение, не обращая внимания на трупы под ногами. Немногочисленных выживших добивают ударами штыков. Королевские войска потерпели сокрушительное поражение. Потерь среди восставших нет.
Видение рассеялось в воздухе, оставив после себя запах пороха и крови.
— Господин… Наш повелитель подал нам знак? Он дарует нам демоническое оружие?
— Глупец! Пророчества нельзя воспринимать буквально! Зри в суть! Наши противники мертвы! Повелитель пророчит мне великую победу. Мы сметем всех врагов и я стану королем!
Зрение прояснилось и я увидел мерзкого толстяка, что наблюдал за ритуалом, сидя на позолоченном кресле.
Глупец здесь только ты.
Королем?
Мечтай.
Вся моя суть кричала о том, что пророчество было дано мне.
И только мне.
Глава 1
Я попробовал встать и все тут же вспомнили о моём существовании. Ко мне тут же рванулось нескольких закованных в пластинчатые латы, стражников и попытались прижать к полу. Я пытался совладать с телом, но тяжело отбиваться, когда вместо того, чтобы вмазать кулаком по врагу, дергается колено и пинает пустоту.
Увидев, что у двоих воинов не получается меня удержать, на подкрепление ринулось еще четверо. Вместе они кое-как сумели зафиксировать мои конечности, распластав меня на полу.
— Проверьте состояние печати! — Пробухтел возбудившийся от мыслей о короне, толстяк.
Ко мне испуганно засеменил культист-коротышка. Взмахом руки он разорвал остатки шелковой рубашки, что закрывали грудь. Под ними оказалась крайне сложная, вырезанная ножом фигура, покрытая запекшейся кровью. При взгляде на изрезанную плоть меня
