Я предлагала им и Романовых, и Шереметьевых. Уперлись, как бараны. Нужны только Абашевы, и все тут!
— Ну, у нас по линии еще Марат с Дамиром[1] есть, — вспомнила мама. — Племянники твоего папы.
— Подозреваю, они пошлют Павла гораздо дальше, чем каждый раз посылаю я. У них самих по личной империи.
Уже и не помнила, когда в последний раз видела двоюродных братьев. Наши отцы не слишком любили друг друга. Скорее даже ненавидели, потому мы мало общались.
Однако статьи о братьях регулярно мелькали в интернете. В колонках о самых богатых и знаменитых. Так что не знать об их успехах было сложно.
— Всё, хватит об этом «Империале»! — Я бросила сумочку и обняла маму. — Расскажи лучше, как у тебя дела? Что сказали в больнице? Когда операция?
— Лен... Да нормально всё... — Мама как-то странно потупила глаза и отвернулась.
— И почему мне кажется, что ты врешь?
Я наклонилась, чтобы лучше видеть ее лицо. Хотя бы в профиль.
— Мне новые таблетки выписали. Сказали, что они лучше прежних.
— Та-а-ак... А операция?
Грудь сдавило от нехорошего предчувствия.
— Не будет пока никакой операции. Отложили ее.
— Проклятие! — взорвалась я. — Как они могли ее отложить? Эти таблетки... Они тебе не помогают! Мы два обследования в разных клиниках прошли! Кисты с каждым месяцем становятся только больше!
— Дочь... Дочь... — Мама, как всегда, попыталась меня успокоить. — Ну, может, эти, новые, помогут.
— А причину, почему отказали в плановой операции, тебе сообщили?
Ни о каких таблетках я и слушать не хотела. За два года мама перепробовала их столько, что научную диссертацию можно было на основании ее опыта защитить.
— У нас в районе какая-то клиника закрылась... Врач говорил название, но я забыла, — вздохнула мама. — Теперь всех пациентов объединили в одну очередь. И пока что хирургам не до меня.
— Денег хотят? Взятку?
Голова от напряжения начала болеть так сильно, что пришлось распустить волосы.
— Лен, ну что ты сразу о плохом?! У них там сейчас молодых много. Некоторым еще рожать и рожать. Не то что мне!
— Сумму озвучивали? Намекали хоть на что-то?
Я даже не вникала в мамины объяснения. Ясно было и так. Какому-то врачу дали понять, из какой мама семьи, и все «прекрасное» в нашей медицине поперло наружу. Всплыло!
— Дочка! — Теперь уже мама обняла меня. — Какие намеки? О чем ты? По мне разве не видно, какая я богачка? Пенсия как у всех. И зарплата копеечная. Никто ни на что не намекал.
— Конечно...
Так и хотелось поспорить. Но я не стала. Уж мама точно была не виновата в том, что ее здоровье для системы ничего не значило.
— Хорошо все будет. — Теплая сухонькая рука коснулась моего лба и медленно стекла по щеке вниз. — Таблетки помогут. Ничего со мной не случится.
— Мам, я найду деньги. На частную клинику. Не нужно больше экспериментов над собой.
— Даже и не думай! — Мама снова погладила. — Никаких долгов, кредитов или еще чего нам не нужно. Тим скоро от папки из Англии вернется, и так затрат хватит. Новый учебный год. Одежда, обувь, книги всякие. Третий класс — это не шутки.
— Значит у отца его попрошу... У Славы.
Я закрыла глаза и попробовала дышать медленнее, чтобы хоть немного снизить тревогу.
— Лена, я скорее на паперть милостыню собирать пойду, но не позволю тебе унижаться перед этой сволочью! — В голосе мамы зазвенела сталь. — Хватит и того, что он всю молодость тебе отравил. Держит на коротком поводке, как собачонку. Ни личной жизни, ни счастья. Сплошной шантаж. И угрозы.
— Ты сгущаешь краски. Всё не так плохо.
Я почти не врала. За четыре года после развода настолько смирилась с условиями, которые выдвинул Слава, что сейчас уже и не чувствовала никаких ограничений.
Просто ничего не хотела. Только своего мальчика — Тима. Видеть рядом, обнимать, водить в школу и читать книжки перед сном.
— И все равно... прошу. Дочка, не нужно... — Мама заглянула мне в глаза. — Я справлюсь. Мы обе справимся. Только не проси.
Последние слова она произнесла одними губами. Беззвучно. Как молитву.
Больше всего на свете хотелось согласиться и не обманывать. Каждая услуга Славы стоила очень дорого. За одну-единственную свою ошибку, совершенную в девятнадцать лет, я каждый раз платила так дорого, словно ошибалась снова и снова. Без скидок за верность и послушание.
Но кроме Тима и мамы у меня никого больше не осталось.
Глава 2
Лена
Я не хотела откладывать звонок Славе. Планировала поговорить с ним сразу же после общения с сыном. Но бывший муж меня опередил.
За несколько минут до назначенного Тимом времени на экране ноутбука вспыхнула фотография Мисюрова. Игнорировать его я не стала.
— Рад видеть тебя, драгоценная моя. — Одутловатое, но идеально выбритое лицо бывшего мужа расплылось в улыбке. А за его широкой спиной мелькнула чья-то тень. Женская. — Все хорошеешь!
— Здравствуй. — Я хмыкнула. — Новая жена? Скромная какая-то. Прежние хотя бы знакомились.
Слава оглянулся назад и равнодушно махнул рукой.
— Я решил следовать твоему совету и перестал жениться на всех любовницах.
Бывший муж ногтем мизинца сковырнул что-то между зубов и брезгливо потряс ладонью.
— Так ты слушал меня? Удивил!
Игнорировать последний жест было легко. Подобные шоу Мисюров устраивал с завидной регулярностью. Он ловил особый кайф от моего отвращения.
Скорее всего, это была такая форма агрессии. Не физической, так хотя бы моральной. Чтобы я не забывала свое место и того, кому обязана рождением Тима.
— Ты мать моего единственного ребенка. — Слава пожал плечами. — Разве я мог не слушать?
Улыбка на его лице стала еще шире. Наверное, это был идеальный момент, чтобы спросить о деньгах. Обычно во время наших разговоров бывший муж был молчалив и серьезен. Порой даже казалось, что мы не экс-супруги, а подчиненная и босс.
Улыбался Слава, лишь когда знакомил с очередной пассией. Будто хвастался своей полноценной жизнью. Намекал на то, чего я так «опрометчиво» лишилась.
Сегодняшний, разговорчивый и добродушный Мисюров был уникальным явлением. Но что-то остановило меня от разговора. Возможно, слишком холодный взгляд, никак не вяжущийся с улыбкой. Возможно, это было уже чутье. Почти звериное. Выработанное
