на неё, сопровождаясь злобной ухмылкой на губах.
— Видел тебя несколько раз. Наверняка ты не знала, что я наблюдал за тобой. Я прав?
Для человеческого глаза он выглядел бы как один из них, просто ещё один уличный бездельник. Глаза же Сабель оказались достаточно острыми, чтобы уловить замысловатые узоры — демонические заклятия — выгравированные на его коже, скрытые под грязью, а металлический привкус в глубине горла подсказал ей, что его аура была выкована из огня и серы.
Все демоны оставляли неприятный привкус во рту. У ублюдков также всегда был неприятный запах изо рта. Как будто они жевали собачье дерьмо, прежде чем решали выследить для себя самку. Шведский стол гнилого смрада, кульминацией которого был тошнотворный серный аромат, который чуть не раскрыл рвотный позыв нараспашку.
Хотя тот, кто стоял перед ней, каким-то образом смог обогнать всех на голову.
Ноздри Сабелль раздулись, и она вызывающе сжала губы.
— Тащусь от рыженьких. — Периферийный взгляд на её локон, закрученный в его толстых грязных пальцах, заставил её губу скривиться. — У меня есть клетка, я ждал только тебя. — Два отсутствующих зуба образовывали идеальный выход для прогорклого запаха, от которого ей хотелось провалиться сквозь землю. Для суккуба обоняние было одним из наиболее тонко настроенных чувств, и она не выдержала бы ещё одного выдоха ублюдка. — Только для начала опробуем товар. — Его рука упала ей на грудь.
— Возьми свою клетку… и засунь её себе в задницу, — прохрипела она, поморщившись от разрыва кожи на шее. На краях её поля зрения осветился красный ореол, и дымка затуманивала её зрение.
— Еб*нуться. — Нож демона отстранился от её горла в тот момент, когда он сделал шаг назад. — Суккубша.
Ага. Каждый раз одно и то же дерьмо. Причина, по которой она не могла найти работу в городе. Причина, по которой она не смогла найти достойного мужчину. А также причина, по которой засранец перед ней, вероятно, сдерживал подступивший поток мочи, а его лицо было измазано дерьмом.
Она была суккубом. Душесосущий и членососущий суккуб. Девяносто девять процентов мужчин-демонов избегали их, как нудистов, страдающих проказой. Однако некоторые бедняги просто не знали своих демонов.
— Оу. Означает ли это, что я сейчас недостаточно хороша для твоей клетки? — Она цокнула. — Обидно.
Красный цвет на её периферии усилился.
Суккубы оказались защищённым видом в подземном мире, но только из-за крупного движения за права, которое произошло задолго до появления Сабелль. Добавь к этому тот факт, что у них была сила поработить любого, кто просил об одолжении или совершал женоненавистнические действия против них, и у демонов были веские причины держаться подальше от коварной суккубы.
— Твои глаза… они… — его глаза расширились, и он прижался головой к кирпичной стене. — И светятся… — К счастью, он вырвался из транса примерно через две секунды после того, как получил удар коленом по яйцам. — Виноват. — Он выставил ладони перед собой, — Просто развлекался. Я не хотел причинить вреда.
— Вред, — повторила Сабель и улыбнулась. — Забавно, что именно ты это сказал. — Она ударила его кулаком по щеке, откинув его голову вправо, разлетелись брызги ярко-красной крови. Крепким хватом она сжала его мошонку, и его колени подогнулись. — Никогда не трогай женщину без разрешения. Понял?
С злобным рыком она повернула руку и вогнала ногти в его плоть.
Его руки накрыли её руки, его визг эхом разнёсся по переулку, и мужчина упал на землю.
— Понял. Охереть… как, понял. Да-да.
— Хорошо. — Красная дымка перед её глазами рассеялась, выставив перед ней прекрасный вид на его только что поломанный нос, и Сабель поднялась на ноги. Засранец. Ей следовало убить его и пощадить ту бедную девочку, которая попадёт в его клетку.
Хотя, по правде говоря…
Она подняла ботинок, но заколебалась.
Карма.
Конечно, долбануть своим ботинком по его лицу было бы фантастически. Однако это не поможет ей быстрее выбраться из этой адской дыры, а Сабель хотела этого больше всего на свете. Кроме того, после этого она должна была высосать его душу, а она просто не могла заставить себя хоть что-нибудь отдать подземному миру.
Она опустила ногу, скривив губу, когда он съёжился под ней. Иногда это вызывало у неё отвращение, когда она погружалась в свою сексуальную сторону. Вместо того чтобы соблазнять мужчин, она находила её очень эффективным оружием для отталкивания их. Однако это всё равно заставляло её чувствовать себя грязной. Дешёвкой.
Как её мать.
Никто не трахался с суккубами, если только они не искали суккубу сами, поэтому в большинстве случаев ей достаточно было раскрыть свой маленький секрет, и самцы улетучивались, как дохлые мухи.
— Ты… отпускаешь меня?
— Да. — Она ударила его ботинком по животу и улыбнулась, когда он с силой согнулся пополам. — Считай это предупреждением.
Демон вскочил на ноги, некоторое время неуверенно покачиваясь. Он споткнулся вперёд, но спохватился и, ориентируясь на кирпичное здание, выскочил из переулка.
Она выдохнула. Секунду спустя началась дрожь. Слава богу, они всегда случались после нападения, потому что большинство суккуб не боялись встреч, подобных той, что только что произошла, и это было бы явным признаком. Когда у тебя нет намерений продолжать, ставки становятся выше, и рано или поздно какой-нибудь опытный демон прозреет и раскусит её блеф.
Присев на корточки, она прислонилась к стене и закрыла лицо руками. Что, если бы он понял? Взял над ней верх? Чёрт возьми, ей нужно было думать о своих детях. В любом случае, это её вина, что она вообще оказалась в переулке. Она заметила, что он наблюдал за ней. Неделями. Смелый шаг, чтобы заманить его, послужил цели — отпугнуть его.
Не зацикливайся.
Для суккубы подобные встречи происходили ежедневно. Притягательная сексуальность имела неприятный побочный эффект: он привлекал ублюдков, и Детройт, казалось, был полон ими.
Один промах. Она могла бы надеть довольно прочный щит, но достаточно одного промаха, и её закоптят, прежде чем у неё появится шанс убить первой. Её сексуальная половина была как бы второй личностью, которую она в конечном итоге могла контролировать, но та имела свои собственные цели. Если бы она не научилась её сдерживать, парня могла бы постичь та же участь, что и большинство самцов, пытавшихся обмануть представителей её вида — высосать досуха и оставить умирать.
***
Вонь рвоты заполнила нос Сабеллы, когда она поднялась на очередной лестничный пролёт. Ещё один, чтобы добраться до квартиры её сестры, и уже отчётливый звук песни Леди Гаги, доносившийся из одной из квартир, начал раздражать её до чертиков. Хотя это лучше, чем звуки
