Дело в том, что зулусская история очень уж богата событиями. В нашей стране о зулусах знали с давних времен, и не только по тому упоминанию в «Вестнике Европы». Зулусские сказки многократно издавались на русском языке. Еще в 1873 году они вышли в Санкт-Петербурге, правда тогда в переводе с английского, а в течение последних пятидесяти с лишним лет они выходят уже в переводе с зулусского.
В 1854 году в Петербурге были изданы рассказы о стране зулусов, услышанные от английских моряков, потерпевших кораблекрушение у ее берегов, в Индийском океане. Известный книговед Николай Александрович Рубакин издавал потом эти рассказы дважды, в 1903-м и в 1910-м.
Самая объемистая книга об африканском народе, когда-либо выходившая в нашей стране, — это перевод фундаментального исследования Альфреда Брайанта «Зулусский народ до прихода европейцев». Книга была издана в 1953 году под совместной редакцией крупнейших советских африканистов Дмитрия Алексеевича Ольдерогге и Ивана Изосимовича Потехина.
Восхищение европейцев с давних пор вызывали зулусские воины. Зулус «в сутки проходит больше, чем лошадь, и быстрее ее. У него мельчайший мускул, крепкий, как сталь, выделяется словно плетеный ремень». Такое наблюдение одного английского художника приводил Фридрих Энгельс.
Пересказывая восторженные отзывы очевидцев, Энгельс и сам восхищался зулусами, их военным искусством и храбростью. Зулусы, писал он, «сделали то, на что не способно ни одно европейское войско. Вооруженные только копьями и дротиками, не имея огнестрельного оружия, они под градом пуль заряжающихся с казенной части ружей английской пехоты — по общему признанию первой в мире по боевым действиям в сомкнутом строю — продвигались вперед на дистанцию штыкового боя, не раз расстраивали ряды этой пехоты и даже опрокидывали ее, несмотря на чрезвычайное неравенство в вооружении...»[2]
Речь тут шла о событиях 1879 года, когда британские войска вторглись в земли зулусов. Эта война была одним из крупнейших событий в тогдашнем мире. В Европе изумлялись действиям зулусского правителя Кетчвайо и битве у холма Изандлвана — зулусы атаковали и уничтожили крупный английский отряд. И хотя зулусским копьям противостояла европейская военная техника, все же погибло больше восьмисот британских солдат и офицеров и почти пятьсот бойцов «туземных войск» — африканцев, завербованных колониальными властями.
Такое поражение африканцы нанесли европейским вооруженным силам впервые в истории. В «Санкт-Петербургских ведомостях» 4 [16] февраля 1879 года говорилось: «Победа кафров-зулусов над отрядом англичан оказывается полною. Не только из отряда никто не спасся, но вследствие означенного поражения главнокомандующий английскими войсками лорд Чельмсфорд принужден был отступить». Слово «зулус» вошло тогда в обиход русского языка. Чехов в письмах к своему старшему брату Александру обращался: «Мой брат зулус». Салтыков-Щедрин в «Современной идиллии» отправил своего бродячего полководца Редедю в страну Зулусию.
Англо-зулусская война повлияла и на события в Европе. В Англии она стала одной из причин широкого недовольства премьер-министром Дизраэли, приведшего вскоре к его падению. А ведь накануне этой войны он был в зените славы.
Даже епископ англиканской церкви Натала осудил агрессию своих соотечественников.
В одной из мелких стычек зулусы убили молодого человека по прозвищу Принц Лулу, а но имени — Наполеон Евгений-Людовик-Жан-Жозеф. Он действительно носил титул «имперского принца». Это был единственный сын последнего французского императора Наполеона III. Хотя во Франции уже несколько лет, со времен франко-прусской войны и Парижской коммуны, существовала республика, партия бонапартистов быстро усиливалась и, уверенная в скором приходе к власти, еще в 1874 году, в год совершеннолетия принца, провозгласила его своим главою под именем Наполеона IV. Бонапартисты считали, что ему не хватало лишь военной славы, чтобы французы увидели в нем подлинного Бонапарта. Вдова Наполеона III императрица Евгения и приютившая ее в изгнании королева Виктория послали своего любимца за этой славой на Юг Африки. Им казалось, что там ее добыть не трудно, французский географ Элизе Реклю сострил: принц «надеялся, что военные подвиги против зулусов доставят ему впоследствии господство над французами»[3]. Европейские газеты готовились описывать грядущие военные подвиги принца. «По слухам, принц Луи-Наполеон изложит все пережитое им в Южной Африке в дневнике, который будет печататься...» — сообщила в апреле 1879 года петербургская газета «Голос»[4]. Но зулусский ассегай сорвал планы бонапартистов и заметно изменил политику европейских кабинетов, до того считавшихся с возможностью восстановления империи во Франции.
Дизраэли, один из главных виновников войны с зулусами, и тот не мог скрыть своего изумления. «Что за восхитительный народ — он убивает наших генералов, обращает наших епископов в свою веру и пишет слово „конец" на истории французской династии»[5].
Прекрасные боевые качества зулусов настолько запомнились всему миру, что через много лет, в январе 1942 года, в самую критическую пору второй мировой войны, на страницах американской «Нью-Йорк геральд трибюн» появилась статья «Громадный африканский резерв воинства для союзников». В ней говорилось: «Величайший боевой народ Африки, прославленные южноафриканские зулусы не воевали ни в первой мировой войне, ни пока еще — в этой»[6].
Битва при Изандлване произошла через полвека после гибели Чаки. Однако принято считать, что именно его реформаторская деятельность дала зулусам возможность одержать эту победу. В программе Южно-Африканской коммунистической партии сказано, что зулусы героически боролись против вторжения буров и англичан, «используя боевую тактику Чаки».
Действительно, за те двенадцать лет, когда Чака был инкоси (верховным правителем) зулусов, в их стране произошли громадные перемены. В 1816 году Чака возглавил небольшой клан Зулу — всего несколько тысяч человек, а к моменту гибели Чаки, в 1828 году, власть зулусов распространялась на весь Натал (в наши дни это восточная провинция Южно-Африканской Республики). Влияние же их — на многие сопредельные территории. По подсчетам Эрнеста Риттера, автора этой книги, за время правления Чаки подвластные ему земли увеличились со 100 кв. миль до 200 000 кв. миль, а его войско — с 500 воинов до 50 000.
Первые десятилетия XIX века получили у южноафриканских народов название «дифакане» или «мфекане». На русский язык это можно перевести как «перемалывание». Это был период многочисленных войн, в ходе которых происходило объединение одних племен, дробление других, миграции третьих. Возникали различные формы их взаимозависимости. В результате вооруженных столкновений некоторые племена и автономные группы переселялись, иногда даже в очень отдаленные области — за многие сотни километров,
