секунды утекают…
Я же, сжав зубы, проклинаю всё на свете и…
Глава 2
Чёрт, не видать мне этой сделки и товара…
Выскакиваю на дорогу, прихватив игрушечного бобра.
На автомате запираю машину, несусь в сторону дома, куда убежали похитители, сворачиваю за угол и…
Вижу, как малая в отчаянии вырывается из рук похитителей, кричит:
— А ну, пути! Как не стыдно, двое на одну!
Пытается лягнуть кого-то из мерзавцев сапогом.
— Дайте мне хоть клапиву сорвать! Ух, я тогда вас уделаю!
А малая явно не промах!
Другой ребёнок бы на её месте просто расплакался или вопил от страха, а эта бандитка в колготах пытается ещё и отпор дать похитителям!
Но без подмоги она явно не обойдётся.
Поэтому я в два прыжка настигаю ближайшего похитителя, хлопаю его по плечу и резко бью в живот.
— Слышь, — он сгибается от боли, — ты кто такой, дядя? Гуляй…
Второй удар обрывает все недовольства, мерзавец падает на клумбу и тихо скулит, даже не пытаясь подняться.
Малая тем временем всё-таки бьёт второго похитителя сапогом, вырывается из его рук и бесстрашно бежит за крапивой.
— Кто к нам с мечом плидёт, — кричит, под корень срывая колючее растение, — тот с клапивой в штанах уйдёт!
Я усмехаюсь восхищённо.
— Хорошая цитата. Это Македонский?
— Это тётя Гуля, — отвечает малая с достоинством.
Похититель смотрит на нас ошалело, отступает назад.
— У одной крапивы куст, у другого бобёр игрушечный, — бормочет испуганно, — вообще на всю голову отбитые…
— Мы не отбитые, — отвечает малая, — а отварные… ой, отвазные! Сейчас ещё тётя Гуля вынесет свой тонометр, как померяет вам всем давление, слазу сляжете от магнитной бури!
Пока малая заговаривает зубы похитителю, я бросаюсь вперёд, чтобы схватить мерзавца, но он испуганно бросается наутёк, прыгает в припаркованную рядом машину и уезжает.
— Ну и трус, — вздыхает малая, — интересно, чего он больше испугался? Клапивы, тебя или Аркадия?
— Тонометра, — отвечаю, глядя вслед уезжающей машине, — его все люди за тридцать боятся немного.
Оглядываюсь… второй похититель успел быстро улизнуть, пока мы загоняли в угол первого.
Ладно, главное, что маленькая бандитка спасена.
Надо вернуть её маме и валить скорее на встречу.
Батый там, наверное, уже с ума сходит…
— Спасибо, — малая прижимается вдруг ко мне, крепко обнимает, — если бы не вы, плишлось плименять свои тайные плиёмы укушу… а они опасные, могут плостых людей зацепить.
Да, хорошо, что до «укушу» не дошло.
— Знаешь хоть, почему тебя пытались похитить? — спрашиваю у малой. — И что это были за люди?
— Неть, — отвечает она, — может, из-за денюшек, потому что мы с мамой должны за квартиру, а её друг Жульберт набрал много денег в долг, а сам сбежал, оставил нас с мамой, за его долги платить…
Понятно, история стара, как мир.
Чёртов мошенник втёрся в доверие к доверчивой женщине с ребёнком, убедил взять её несколько кредитов, сам с денежками сбежал, а кредиты оставил… ненавижу таких паразитов, даже людьми язык не поворачивается их назвать, честно…
Но вся эта история с кредитами – не моя проблема.
Надо отдать мелкую маме, скорее ехать к Батыю.
Надеюсь, ещё не всё потеряно со сделкой…
— Мама твоя где? — спрашиваю у малой. — В ломбарде, правильно помню? Покажешь, где он?
Малая кивает и… берёт меня за руку.
Сам не знаю, почему не пытаюсь вырвать руку.
Чувства вдруг какие-то странны просыпаются…
А малая шлёпает спокойно в своих сапогах, говорит:
— Идём, покажу. Ты машину холошо запер? А то придёт Жаллегрова…
— Запер хорошо, — иду с малой вниз по улице, — ты лучше скажи, как твою маму зовут?
— Вика она, — с гордостью отвечает малая, — или Виктория… мама у меня очень класивая, стройная такая, ей все платюшки и туфли идут!
Вспоминаю испуганную рыжую девицу, которая перебегала мне дорогу на зебре… неужели она?
Ещё и имя это Вика… тоже кажется мне смутно знакомым.
— Мама класивая у меня, да, — вздыхает малая, — но с мущщинками ей не везёт, дядя Жальберт вот жуликом оказался, а до него, мама говорила, тоже с сельёзным дядей встлечалась, но он был опасный бандит, и ей плишлось сбежать от него.
— Да уж, — хмурюсь, отдавая малой игрушечного бобра Аркадия, — невезучая у тебя мама.
— Не то слово, — отвечает маленькая бандитка, — мы с тётей Гулей даже хотели мамину анкету отплавить на пеледачу «Давай поленимся», ой, поженимся, но тётя Гуля что-то напутала и отплавила анкету на плогламму «Жить здолово», маме потом плиходило пледложение сыграть на пеледаче в костюме печени…
Я искренне удивляюсь тому, какая интересная жизнь у малой.
Но ещё больше удивляюсь её уму и словарному запасу.
Где она вообще всего этого нахваталась?
Пока идём в сторону ломбарда, малая осматривает меня критично.
— Вы вот, дядя злодей, тоже красивый, луки такие большие, плечи шилокие, но моей маме вы не понравитесь.
— Это почему?
Мне прям обидно становится.
— Вы класивый, но мама моя сказала, что со злодеями завязала, больше с ними даже гулять никуда не пойдёт.
— Критичная у тебя мама, — усмехаюсь, когда подходим к ломбарду…
И я слышу внутри отчаянный крик.
— Отдайте, сейчас же! Это моё! Эта собственность нашей семьи!
Похоже, и тут кое-кого выручать придётся…
Сегодня я прям спасатель на четверть ставки.
Правда, работаю пока только за «спасибо».
— Дяденька злодей, — дёргает за штанину малая, — может, возьмёшь клапиву или Аркадия, для свекровки, ой, для подстлаховки.
— Думаю, справлюсь своими силами.
Резко распахиваю дверь ломбарда, залетаю внутрь и…
Замираю от удивления!
У прилавка стоит она… там самая рыжая в платье и на каблуках.
«Мама Вика»
И самое удивительно, что я узнаю её лицо!
Это же та самая, которая…
Глава 3
— Вадим, — говорит изумлённо моя бывшая, — что ты здесь делаешь? И… почему с тобой моя дочь?
Я смотрю на маленькую бандитку в сапогах.
Она ничуть не смещается.
— Это дядя злодей, он меня спас от похищения, а я его машину спасла от похищения, но случайно уклала его селдечко.
Вот это новости!
У меня сердце успели украсть, а я и не знал.
В любой другой ситуации
