Читаем без скачивания Математик для наследницы - Ева Финова

же новенький, как и я, к тому же был чуть ли не единственным из всех, кто относился ко мне и моему неформальному внешнему виду с пониманием.

Достала мобильник с новой симкой и всего несколькими контактами: авиакомпания-лоукостер, водитель автобуса, хозяин гаража, староста, навязавшая номер, а еще, конечно, дружбан Тирс Дин, который переехал сюда в Моринс со старшим братом. Малой — учиться, а Джон — работать в роли группы поддержки. Правда, он почти все время пропадал где-то, и потому хата у Дина частенько пустовала, чем тот и пользовался, время от времени приглашая меня или еще кого из колледжа.

Поморщилась и передумала. Он наверняка еще на учебе. Эх, живот после отравления еле отошел, а тут этот гад! Хорошо, хоть карманы не вывернули, да и телефон не отобрали. Ведь реально дауны, причем вся троица. Моя, хоть и китайская, лопата стоила, как три его долга с процентами.

Уф. Кушать-то как хочется, кто бы знал? А в кармане застрял последний пятак (пять баксов) которого на день-то едва хватит. Что делать? Неужели придется обращаться в банк к своему тайному счету, оформленному на предъявителя по паролю? Ведь не спалят же меня, нет? В самом деле, мало ли кому такие счета открывал мой старикан?

Однако помотала тут же головой, прогоняя образы вкусных блюд, подсовываемых голодным подсознанием. Нет, нельзя! Выкручусь. Сейчас не такая уж экстренная ситуация, чтобы рисковать.

В итоге побрела дальше, минуя квартал банкиров с камнем на сердце, или как там в таких случаях говорится. И вот же в очередной раз свезло. Путь мой пролегал мимо парка-сквера, через который можно было изрядно срезать. И на мою удачу спортсмены-экстремалы уже свое отбегали по такой мерзкой, влажной до промозглости погоде. Хоть вроде снега нет, а все равно холодно, и только грязное месиво кругом.

Да и голые деревья ни разу не придавали парку очарования, потому покинуть его хотелось поскорее. Однако силы мои на полпути кончились, едва я завидела первую лавочку в безлюдном закутке, образованном густым кустарником, хоть и позже деревьев, но также скинувшим листву.

Едва я села на лавку, как из-за моей спины вынырнул еще один прохожий и умостился на другой ее край, как раз с правой стороны от моего лица, той, что у меня безбожно испачкана, да и слегка саднила. Паршиво. А еще он принес с собой еду.

— Есть хочешь? — спросил мужчина на вид не больше тридцати, довольно симпатичный, в плотном темно-сером пальто, не сказать, чтобы дорогом, но довольно добротном, с меховым воротом к тому же. А бросив на меня беглый взгляд, прибавил: — Оу.

Выудив и внутреннего кармана — нет, не платок, — влажные антисептические салфетки, он протянул их мне. А когда я не приняла его щедрый презент, положил на лавочку рядом со мной, потянувшись.

Дважды мне предлагать не надо. Все же подняла и раскрыла упаковку салфеток, наспех оттирая вначале руки, а затем лицо, начиная от шеи. И эта бурная деятельность отняла у меня последние силы. А он между тем дожевывал свой гамбургер или чизбургер, попивая кофе из бумажного стаканчика да украдкой поглядывая в мою сторону.

— Ссадину нужно обработать, — констатировал ровным голосом даже не мужчина, а скорее парень все-таки, просто одетый в шмотки, которые прибавляли ему минимум трешку.

Я же, перестав на него пялиться, поняла, как лоханулась, отвечая следом:

— Да, наверное.

— Ты далеко живешь? — Его следующий вопрос уже начал беспокоить. Потому соврала и упрямо вперила в него свой взгляд из угрюмой коллекции.

— Да, очень.

— Тогда, если не возражаешь, я живу недалеко. Тут совсем близко.

— Нет уж, спасибо, — отмахнулась, с тоской глядя на бумажный пакет из ресторана-фастфуда.

Никогда такое не ем. Но, как говорится, голод не тетка, сейчас готова начать жевать даже собственную куртку. Тем более принесенный этим незнакомцем аромат жареной картошки заставлял желудок болезненно сжиматься каждый раз, когда ветер дул в мою сторону.

— Будешь? — упорствовал он, перехватив мой взгляд.

— Нет, — отрезала я, изучая между тем испачканные по самое не хочу сапоги. А следом и вовсе намекнула, пробурчав себе под нос: — И это, тут полно пустых лавочек, так что давай не будем мозолить друг другу глаза.

— Все-все, я понял, исчезаю, — сказал этот хитрец, подняв вверх руки, мол, сдается. И… ушел, оставив пакет с едой на лавке. И даже кофе не допил.

Я же, глядя в его удаляющуюся спину, поняла, что он намеренно так сделал. Вот же Чулан! Такой же темный, правда, этот только волосами, загадочный и хрен поймешь, что там лежит, пока не заглянешь со свечкой. А этот хитрец небось и сытого тигра насильно накормит, если вдруг будет проходить мимо зоопарка.

Пропустив еще один голодный спазм, скривившись, облизала корку запекшейся крови на губе. Соленая. Ладно, фиг с тобой, угостил. Расплавилась и таю от твоей доброты. Молодец.

Поругала его еще немного и все-таки подтянула к себе бумажный пакет, в котором лежал еще один гамбургер и картошка фри. Достав коробочку, тут же вскрыла и съела в пару кусов. Полегчало, но и только. Вот есть картошку грязными руками точно не стану.

И стоило мне только подумать так, как тошнотворный спазм заставил тут же выплюнуть съеденное в ближайшую мусорку. Нет, нет, нет! Не говорите мне, что опять обострение?!

Боль и снова адская боль в желудке до потери сознания, прям как в тот раз, глаза мои закатились, и я, распластавшись обратно на лавочке, похоже, отключилась.

Глава 3

Андриан Леймар. Моринс. Штат Вирджиния. 15 декабря 2016 г.

«Вот же строптивая грязнуля», — подумал я, в очередной раз предлагая заготовленный гамбургер со снотворным.

А вслух же сказал лишь:

— Будешь?

Если так и дальше пойдет, то она сама себя доконает вперед всей завистливой родни.

— Нет, — сказала как отрезала, сверля меня угрюмым взглядом, потому сдался, да не совсем.

— Все-все, я понял, исчезаю.

Ушел, подняв руки, и оставил еду на лавочке. Интересно, она клюнет или нет? Жаль, оборачиваться нельзя, нутром чую, все еще сверлит меня взглядом в спину. Ладно, сделаю кружок по Клоер Гайд парку. Интересно, и почему она выбрала это захолустье, может быть, у нее тут кто-нибудь есть? Если это так, то нужно вернуться и попробовать еще раз навязать свое общество. Нельзя ее так просто упустить сейчас.

И вот стоило мне вернуться, как я увидел результаты, в том числе и своей ошибки. Девушка, бледная как мел, завалилась на лавочку с искаженным болью лицом. Нет. Твою… Только не